помочиться не разрешал, и видно было, что с нетерпением ждет, когда у ног заключенного образуется лужица, после чего захохочет от радости, от того, что унизил мужчину с высшим образованием. Затем повалит на пол, ткнет лицом в лужицу и сунет под нос протокол, мол, подписывай, что выполнял задания вражеской разведки, дискредитировал советскую власть, все равно отсюда живым и здоровым не выберешься. Савелий Викторович терпел пытки до потери сознания, лишь однажды не выдержал и подписал протокол с обвинением, по которому грозило не более десяти лет. Выбрал из худшего самое благоприятное: жена работает, сын учится. Жаль, весточки от них редко приходят. И больше не придут. Развелась с ним дорогая Бася. Когда он получил из Мосгорсуда бумагу о разводе, то глазам не поверил, чуть с ума не сошел. А потом проплакал всю ночь. А утром подумал, что не могла она сама пойти на развод с ним. Ее заставили. Наверное, грозили уволить с работы, если она не разведется с мужем — врагом народа. А как жить без работы? Да еще с сыном-школьником. Савушка, бедный. Он, видимо, об этом не знает и пусть не узнает никогда. Спасибо ему за теплые письма. Виктор Савельевич понял жену и простил ее, но душу его с той поры охватила неимоверная тоска. За что так искалечили его жизнь? Зачем учили наукам? Дали в Москве жилье, работу. Зачем? Чтобы уничтожить?

Как юрист он понимал, что его, дважды осужденного по одному и тому же делу, не выпустят на свободу. Слишком много знает. Он так горевал и отчаивался, что силы буквально с каждым днем заметно покидали его. Он перестал вырабатывать норму, и теперь лес стал для него непреодолимой стеной на пути домой. Виктор Савельевич Крамаров не вернулся из Туруханска. Дело спецпоселенца Крамарова находится в архиве Красноярского УВД.

О том, чего не знал Сава

Он любил солнце, даже зимой, когда небесное светило грело не столько тело, сколько душу, вселяя надежду, что оно скоро наберет энергию и разольет повсюду свое тепло, оживляя природу и согревая людей. Он любил тепло, тянулся к нему, наверное потому, что ему не хватало его в жизни. На первый взгляд это кому-то может показаться странным, и небезосновательно. Савелий Крамаров был одним из самых популярных и любимых народом артистов кино. На его творческих вечерах иные зрители, за отсутствием мест в зале, буквально висели на люстрах. Увидеть своего кумира было для них истинным удовольствием. И когда на телевидении редактор Борис Пургалин и режиссер Евгений Гинзбург задумали сериал, состоящий из шоу известных артистов, вернее — их бенефисов, то для первого бенефиса, который должен был привлечь особый интерес зрителей, выбрали Савелия Крамарова и не ошиблись в своем решении. После показа передачи она была объявлена цикловой, и далее снимались бенефисы Мартинсона, Гурченко, Голубкиной, По замыслу редактора и режиссера героем бенефиса выбирался синтетический артист, то есть способный показать себя разносторонне и даже в различных жанрах искусства. Киноартист Савелий Крамаров выступил в своем бенефисе не только с отрывками из кинофильмов, но и в роли конферансье, гостеприимного, доброжелательного хозяина передачи, пригласившего на вечер своих коллег, незаурядных артистов, не боясь, что они «перебьют» его успех, а будучи уверен, что они, безусловно талантливые люди, упрочат его, что и произошло. Помимо интересных рассказов о своей киножизни, Савелий спел удачную песенку и даже танцевал. Я был автором сценария этого бенефиса, и после него у меня с Савелием возникла крепкая творческая и человеческая дружба. Савелий Крамаров был одним из редких людей, который ни разу не обманул и не предал меня, даже в мелочах, и однажды сказал: «Ты мне в жизни делал только хорошее», Те же слова я могу произнести в его адрес. И теперь, по прошествии многих лет с того времени, я думаю об одном важном свойстве его таланта, послужившем причиной выбора Савелия Крамарова для первого телебенефиса, его неизменного киноуспеха у зрителей. Само появление артиста в фильмах, даже не совсем удачных, приносило радость людям, потому что в его таланте присутствовала народность, несшая черты многих людей, понятная и близкая им.

Признанный ныне неверным — увы, пока теоретически — лозунг «Искусство принадлежит народу», то есть должно быть понятным ему, нанес немалый урон некоторым выдающимся творцам, воплощавшим лозунг в жизнь, и самому народу. В своей книге мемуаров Федор Шаляпин вспоминает о двух благотворительных концертах, данных им для народа в 1912 году в Киевском цирке, вмещающем две тысячи зрителей. Переполненный рабочими зал подпевал ему «Дубинушку» и даже оперные арии (!). А после революции, на юбилейных торжествах в Витебске, солдаты протыкали штыками панно художника Марка Шагала, как непонятные, а значит, вредные и чуждые им. Послереволюционное искусство во многих своих проявлениях не возвышало души людей, а снижало их культуру, порою опускаясь до их низменных чувств и потребностей. К сожалению, немало примеров тому и в настоящее время. Не обошел этот злосчастный лозунг и творчество Савелия Крамарова. С годами он понял это и выделял из массы сыгранных им фильмов в России только шесть. Умоперемена (термин великого русского историка и религиозного философа Льва Петровича Карсавина) пришла к Савелию Крамарову в немолодые годы, и он, как и его великие коллеги по искусству: Федор Шаляпин, Марк Шагал, Михаил Чехов, Игорь Стравинский, — не видя путей развития своего творчества на родине, покинул ее. Тем не менее, лучшие роли Савелия Крамарова, согретые его обаянием, искрящимся юмором и отражающие правду жизни, вошли в историю комедийного искусства. Его творческий путь, по сути человека с улицы, пришедшего в кино без всякой протекции, весьма интересен и заслуживает всяческого уважения.

Он шел к успеху, надеясь только на себя, без чьей-либо поддержки и меценатства. Правильно заметил один умный человек о том, что таланту нужно помогать, а посредственность пробьется сама. И я знаю, что многие коллеги Савелия Крамарова по жанру юмора пробились на телеэкран, пользуясь покровительством сильных нашего недавнего времени. Один артист развлекал семью бывшего министра культуры Демичева, другой — самого Брежнева и его внуков, третий — министра МВД Щелокова… Даже в Большой театр некоторые певцы попадали по протекции членов ЦК и его Политбюро. За спиной Савелия Крамарова не было никого из сильных мира сего. Были и творили актеры, таланту которых он поклонялся, у которых учился. Мастерами высочайшего уровня были для него блестящий артист театра и кино Игорь Ильинский, истинно народный артист кино Петр Алейников и, конечно, Аркадий Райкин, современник Савелия, увидев которого первый раз на сцене, он долго не мог прийти в себя от восторга. Многие юмористы, попав под влияние действительно блестящего, высококультурного и остросовременного сатирика, старались подражать ему, и не случайно слишком зло, но в чем-то правильно каждого из них называли в эстрадном мире «Райкиным для бедных» или «Райкиным для нищих».

Савелию удалось отрешиться, найти мужество, чтобы уйти от пути подражания кому-либо из великих артистов, но, конечно, он взял на вооружение их опыт, те черты творчества, что могли помочь ему в становлении личности. Он учился не только у коллег по жанру, но и у лучших драматических артистов, которых буквально боготворил.

Я забежал вперед в своем повествовании о Савелии Крамарове намеренно, чтобы показать не только уникальность его таланта, но и удивительное восхождение к успеху артиста, которого начальство не поддерживало и нисколько не было заинтересовано в атом. Одаренного певца Вадима Козина заточили в Магадан, и первую же его попытку приблизиться с гастролями к Москве госбезопасность остановила в городе Горьком. В противоположность ему оригинальнейший и славный певец Александр Вертинский, после прибытия из-за границы, спокойно разъезжал с концертами по всей стране. Но многие русские люди из Харбина и Шанхая, а точнее — десять тысяч человек, не решились после революции вернуться на родину, бежали из Китая, опасаясь расправы с ними работников ГПУ, очутились на Филиппинах, где гибли от голода и тропических болезней. Их спас глава Русской церкви в Сан-Франциско архиепископ Иоанн, добившись замены в их паспортах принадлежности к Китаю, чьим представителям ограничивался въезд в США. Он отправил за ними корабли, привезшие русских беженцев в Сан-Франциско. Среди них было немало отличных специалистов в технике, а также талантливых людей искусства. Недавно умерла прекрасная актриса Роза Туманова, сыгравшая в голливудском фильме роль легенды русского балета Анны Павловой. Провожал Розу Туманову в последний путь и русский американец Савелий Крамаров, переживая ее уход из жизни и понимая, насколько печальна участь человека, погибшего на чужбине. И, наверное, он вспомнил свою юность и то, что даже после XX съезда партии, разоблачившего культ личности Сталина, когда потянулись домой из лагерей сотни тысяч оставшихся в живых невинно осужденных людей, многие

Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату
×