Загрузка...

Юрий Дружников

Русские мифы, или Посиделки с классиками

ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ ПЕРЕСТАЛ СМЕЯТЬСЯ

(Повесть об историческом казусе)

«В муравейнике всё так хорошо, всё так разлиновано, все сыты, счастливы, каждый знает свое дело, одним словом: далеко еще человеку до муравейника!»

Ф.Достоевский

Ершистый слуга короля

Приговор суда гласил: «Волочить его по земле через весь Лондон в Тайберн и там повесить так, чтобы замучился до полусмерти. Вынуть из петли, пока он еще не умер, отрезать половые органы, вспороть живот, вырвать и сжечь внутренности. Затем четвертовать его, прибить по четверти тела над четырьмя воротами Сити, а голову выставить на Лондонском мосту». В Тайберне, на левом берегу Темзы, проходили все казни. И до Лондонского моста там, как вы помните, рукой подать.

Слушая судью, он, если верить легенде, улыбался. Но даже если и вправду улыбался, кому ведомо, что творилось в этот момент в его душе? На утро ему объявили о милости короля Генриха VIII: комплексное наказание заменялась простым отсечением головы. «Боже, – пробормотал осужденный, – избави друзей моих от такой доброты». И, согласно той же легенде, засмеялся.

Хотя силы после полутора лет сидения в Кровавой башне Тауэра иссякли, на эшафот он взобрался с трудом, но все же самостоятельно. Палачу сказал: «Шея моя короткая, примерься получше, чтобы не опозориться». В другой легенде говорится, что он прошептал палачу: «Постой, я уберу бороду. Ее незачем рубить, она-то никогда не совершала государственной измены». Голова Томаса Мора покатилась, и в ней остались невысказанные мысли, которые человечество разгадывает вот уже полтысячелетия.

Резвые соображения о том, как обустроить жизнь на земле самым справедливым образом, сколько жертв для этого потребуется и что выпадет в осадок, существуют столько времени, сколько само человечество. И короли, и нищие рассуждают с одинаковым интересом о справедливости для всех, только не могут решить, где и как ее добыть и кому какую порцию выделить. Сколь много ни дай, все мало. В результате имеем на мировой арене то, что имеем. Начал я размышлять на эту тему еще в советское время. Стимулом к тому, чтобы противоречивые мысли теперь систематизировать, послужили споры моих калифорнийских студентов. Оказалось, без Томаса Мора обойтись невозможно, он обязательно в полемике присутствует.

Его должность в российской исторической науке была и остается (советскую никто еще не опроверг) – «основоположник утопического социализма». В Советском Союзе был поистине культ Мора. «Утопию» изучали все возрасты в учебных заведениях, но вряд ли даже учителя задумывались, что она такое на самом деле. Юбилеи Мора пышно праздновали, издавали уйму трудов. Разве что Маркс и Энгельс из иностранцев удостаивались такой чести. Упаси вас Бог перечитывать тонны этих книг: я сделал это за вас, поверьте мне на слово.

Везде марксовы идеи начинаются с утопий, или с «утопических социалистов». А среди них наиболее подходящим почему-то оказался Томас Мор, стал предтечей. Без утопических корней социализм – чужеродное тело в истории, марксисты – голые короли. Скажу сразу (возражайте, сколько хотите): без Томаса Мора не было бы Маркса и ХХ век пошел бы иначе.

Стало быть, Мор… Со знаменитого портрета, сделанного Хансом Хольбейном Младшим, смотрит лицо, чуть одутловатое, ширококостное, немного презрительное, тщательно выбритое. Портрет я видел в Нью-Йоркской коллекции Генри Фрика, а в советском научном издании Мору на этом портрете зачем-то пририсовали усы. Волосы у Мора длинные, властные губы сжаты: человек знает себе цену, его на мякине не проведешь. Мне кажется, он ироничен, чуть заметно улыбается. На голове треуголка, наподобие Наполеоновской. Такую шляпу он имел право носить. Оживили Мора в Голливуде в 1966 году в фильме «Человек на все времена». Мора играл знаменитый актер Пол Скофилд. Но это уже совсем другая история.

У Мора не одна дата рождения. Он появился на свет 7 февраля, но согласно разным источникам, в 1477, в 1478 и 1480 годах. Утверждений, что это был 1478-й больше, стало быть, в 2003-м вернее справлять 525 лет со дня рождения Мора, – хороший повод опять начать спорить, ибо загадки остаются.

Родился Мор в Лондоне. В школе его выучили читать, писать и говорить по- латыни. Студентом Оксфорда изучал естественные науки, теологию и литературу. Шестнадцати лет познакомился с Эразмом Роттердамским, и они стали друзьями на всю жизнь. Вместе с Эразмом занимаются в философском кружке переводами с греческого на латынь. Он и Эразм единодушны во взглядах: общество может быть устроено только на основе Евангелия.

Мору чуть больше двадцати, когда он решает стать монахом. Но вдруг меняет планы и идет в юридическую школу. В 26 лет он адвокат, выбран в парламент, а попав туда, не нашел ничего лучше, как предложить ограничить полномочия Генриха VII да еще выступил против новых налогов. Король отомстил: упятал в тюрьму его отца, а самого Мора полностью отстранил от политики. После смерти Генриха Мор вернулся на королевскую службу и стал заместителем шерифа Лондона.

Новый король Генрих VIII ему симпатизирует, любит говорить с ним на философские темы и отправляет с дипломатическими миссиями за рубеж. Мор служит в английском посольстве во Фландрии. Однажды король поручил ему передать Франциску I ноту, написанную изрядно по- хамски. «Вы ведь знаете, ваше величество, что у Франциска характер вспыльчивый, – заметил Мор. – Он, чего доброго, прикажет отрубить мне голову». – «Не бойся! – уверил его Генрих. – Если француз тебе отрубит голову, я отрублю головы всем французам в Лондоне». – «Не думаю, – отвечал Мор, – что какая- нибудь из этих голов подойдет к моим плечам». Висельный юмор был нормой того времени.

В антверпенском посольстве Мор как-то сказал приятелю Питеру Гиллю, что хотел бы написать о путешествии за тридевять земель одного моряка, который повидал жизнь, совершенно не похожую на европейскую. Мор сочинял кое-что и раньше, однако «Утопия» сделала его писателем, с ней он вернулся в Лондон. Опубликовал рукопись друг Эразм в 1516 году, а через четыреста один год случилось, сами знаете, что.

На службе Мор преуспел: получил почетное звание рыцаря, а позже пост канцлера королевства. Информированный лучше других, он больше других понимал в структуре власти и политике. Фортуна оставила его, когда он отказался поддержать Генриха в его желании потребовать от папы Римского разрешения на развод с Екатериной Арагонской. Мор оказался снова отстраненным от дел, а немного спустя, не дождавшись покаяния, король упек бывшего друга и сподвижника в тюрьму. Мор, однако, упрямо утверждал, что король не должен получать особые льготы от папского престола.

Чтобы преодолеть влияние папы, в 1534 году Генрих VIII объявил о новом законе, в котором назвал себя Верховным лидером всего мира, выше Римского папы. Все жители Англии должны были одобрить этот закон, принеся клятву верности монарху. Мор опять отказался – знаем мы эту диссидентскую негибкость! Упрямца бросили в камеру – держали четырнадцать месяцев без пера, бумаги, книг. Друзья короля уговаривали заключенного, пустили к нему жену и детей, чтобы убедить принести присягу верности, – упрямец стоял на своем. Ничего не говорил против короля, лишь не хотел одобрить этот акт. «Что выше: закон или король?» – вопрошал он. И сам твердил: «Закон выше».

Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату