девушки водрузили маленький чепчик в виде золотой круглой сетки.

Патрик Лесли, надевший по такому торжественному случаю костюм из темно-зеленого бархата, испытал нечто вроде сожаления, увидев свою дочь. «Черт бы побрал этого Джеймса Стюарта! — подумал Лесли. — Если бы не он, этой помолвки бы не было…» Впрочем, в глубине души граф понимал, что дело не в нем и даже не в Рудольфе ди Сан-Лоренцо. Рано или поздно ему вес равно пришлось бы расстаться с дочерью. Он утешался лишь тем, что до свадьбы еще почти два года.

— Ты очаровательна, моя милая, — сказал он.

Джанет улыбнулась и, взяв отца под руку, пошла вместе с ним к ожидавшим их лошадям.

Для декабря в тот день было очень жарко и влажно. Даже толстые каменные стены кафедрального собора не спасали от духоты. К тому же старый епископ затянул сегодня какую-то особенно длинную речь. Джанет благодарила Бога за то, что догадалась не назначать на сегодня мессу, сказав, что это следует отложить до свадьбы.

Но наконец эта пытка закончилась, они с Руди подписали бумаги, официально делавшие их женихом и невестой. Покинув собор, они на минуту остановились на верхней ступени широкого крыльца. Изящная девушка с золотисто-огненными волосами и высокий красивый юноша. Восторженными криками их приветствовала собравшаяся толпа граждан Сан-Лоренцо. Виновники торжества были настолько молоды, красивы и невинны, что сразу же покорили сердца людей.

На загорелом лице Руди появилась улыбка.

— У меня для тебя подарок, — проговорил он.

— Подарок? Но я думала, что брошь…

— Брошь брошью. Дань традиции. Но я кое-что выбрал и самолично.

Она улыбнулась:

— Что же?

— Сюрприз, — ответил Руди. Они спустились с крыльца, и он подсадил ее на лошадь. — Увидишь, как только вернемся во дворец. Уверяю тебя, что прежде ты не видела ничего подобного. Тебе будут завидовать все женщины Сан-Лоренцо.

Они стали подниматься вверх по склону холма к дворцу, где их ждали с поздравлениями многочисленные члены семейства герцога, духовенство и местная знать.

Спустя какое-то время они наконец остались в узком кругу. Руди обнял невесту за талию:

Я уже говорил тебе, как я люблю тебя сегодня, сага mia4?

— Только сегодня?

— Нет, вообще, любимая. — Он поцеловал ее в мочку уха. Она покраснела, а Руди рассмеялся:

— После нашей официальной помолвки ты как будто стала еще застенчивей. Просто очаровательно!

— Рудольфе, — раздался зычный голос герцога, — по-моему, самое время поднести Джанет подарки.

Герцог хлопнул в ладоши, и в зал потянулись слуги, неся на подносах свертки и букеты. Каково же было удивление всех собравшихся, когда вдруг Джанет, никого не стесняясь, совершенно по-детски взвизгнула от восторга.

— Теперь вы понимаете, почему я не хотел торопить события? — обратился к герцогу Себастьяну Патрик Лесли.

— Ничего, после свадьбы она повзрослеет, — ответил тот.

В ларце, обтянутом белой кожей, Джанет обнаружила жемчуг Сан-Лоренцо — традиционный подарок правителей острова будущим невесткам. Герцогиня преподнесла Джанет ларец из красного сафьяна с туалетными принадлежностями: два гребня и золотое зеркальце. А также золотую шкатулку, в которой были заколки для волос из черепахового панциря. Три флакона венецианского хрусталя с розовой водой, лавандовой водой и редким восточным мускусом. Наконец, в мешочке из светло-серого бархата лежали белоснежные восковые свечи и хрустальный с золотом подсвечник.

Юный Адам подарил сестре золотое кольцо с выбитым на нем гербом Лесли и выгравированной надписью «Дорогой сестренке Джанет от Адама».

Джанет поднялась со своего места, подошла к мальчику и поцеловала его в щеку:

— О таком брате мечтает любая сестра. Адам вспыхнул и смущенно заерзал на стуле. Джанет тем временем вернулась к подаркам. На последнем подносе лежало удивительно красивое женское седло.

— О Руди! — воскликнула она, не сдерживая своих чувств. — Какая прелесть!

— Согласен, по этот дар не от меня, сага, а от твоего отца.

— Но ты же говорил, что приготовил мне еще один подарок, а это был последний поднос…

— Нет, вы видели эту жадину? — воскликнул Патрик.

— О, пап, прости, — рассмеялась девушка. — Замечательное седло!

— Но к седлу полагается и еще кое-что, дорогая. Пойдемте-ка все на веранду и посмотрим, что подарила бабушка.

Все объединенное семейство перешло на веранду. Там стояла, перебирая копытами, красивая кобыла белой масти. Под уздцы ее держал молодой негр. На нем были ярко-красные атласные шаровары и желтый тюрбан с белым плюмажем. В левом ухе красовалась золотая серьга. Голый торс его был намазан маслом и блестел па ярком солнце.

— Кобылу зовут Вереск, — сказал Патрик.

— А это, — подал голос Руди, положив руку на плечо негра, — Мамуд. Он приручен и обращен в христианство. Вот это и есть мой сюрприз. Я купил его с одного торгового судна в нашей гавани на прошлой неделе. Он оскоплен и, таким образом, стал евнухом.

Джанет была в восторге от этого подарка, чего, однако, нельзя было сказать о Мэри Маккей. Больше того, добрая женщина пребывала в ужасе.

— Черен как вороново крыло! Он накликает па нас беду, — проговорила она. — И о чем только думал жених, делая своей невесте такой подарок?

Мамуд настороженно взглянул на старую шотландку, мгновенно почуяв в ней врага.

— Не говори глупостей, бабушка. Негры сейчас входят в большую моду.

— Если бы он был ребенком, еще понятно, — упорствовала старуха. — Но ведь нет же! И не важно, что он оскоплен. Мне это не нравится.

Вечером Джанет вышла на балкон, с которого открывался красивый вид на море. День был жаркий, длинный, и девушка была рада, что он наконец закончился. В небе сверкнула молния, и вслед пророкотал гром, отозвавшийся эхом в холмах.

«Скоро пойдет дождь, и станет свежее».

Джанет вернулась с балкона и легла в постель. Закрыв глаза, она расслабилась. Сегодня после всех торжеств произошло одно небольшое событие, которое явилось убедительным доказательством того, что Руди с таким же нетерпением ждет их свадьбы, как и она сама.

Они сидели в саду герцога, и Руди, который до этого позволял себе разве что поцелуи в щечку, крепко обнял ее и поцеловал в самые губы. Поначалу не ожидавшая этого Джанет вздрогнула, но Руди стал нашептывать ей на ушко всякие нежности, и она позволила ему поцеловать себя еще раз. Ее невинный и пылкий ответ на его поцелуй обнадежил Руди, и, накрыв рукой ее грудь, он принялся ее нежно ласкать. Джанет как будто со стороны услышала легкий сладкий стон, сорвавшийся с ее губ, почувствовала нахлынувшее тепло и слабость во всем теле. Однако их прервали. Издали донеслись крики детей. Это Адам и младшие братья Руди играли в какую-то шумную игру. Внезапно испугавшись, Джанет оттолкнула от себя жениха.

Руди улыбнулся:

— Господи, как же долго ждать свадьбы, Джанет.

— Да, — со вздохом проговорила она, — но такова воля моего отца.

Лежа сейчас в постели, Джанет впервые всерьез задумалась о том, что, может быть, отец был прав. Она страшно любила Руди, но его ласки пробудили в ней такие чувства, к которым она была еще не готова. Возможно, она действительно слишком молода.

«Может, я попрошу отца передвинуть сроки свадьбы, а может, и нет, — подумала она. — Времени много, посмотрим».

Вы читаете Гарем
Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

8

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату
×