разговоров коротко, умело саданул мне кулаком под дых. Я согнулся, телефон вылетел у меня из руки, и в тот же момент кто-то сзади толкнул меня так, что я влетел в заднюю дверь своей машины. Подставленные руки несколько смягчили удар, и я развернулся, сползая по машине спиной.

'Женщину не спасал, а за машину влез…' – Горько и запоздало промелькнуло у меня в голове.

Надо мной кроме парня что полез в машину нависли еще двое, похожие на него не внешностью а выражением лиц а повадкой. Один из них коротко оглянулся по сторонам, вытащил из под жилетки какую- то жуткую приспособу, вроде стального прута, с заточенным концов, — хоть бей хоть коли. Парень деловито шагнул ко мне, коротко размахнулся. Я увидел как прут летит к моей голове, и зажмурил глаза.

И все исчезло.

* * *

Это было как в сломанном калейдоскопе. Обрывки – света, звуков, запахов – окружили меня, но никак не складывались в привычный узор восприятия мира. Время здесь было, и его не было. Направления были и не были. Я не мог уловить их биение и протяженность, потому что не имел точки отсчета. Я потерял её, оказавшись вырванным из привычной среды, а значит потерял и возможность измерений и сравнения. На мгновение мне показалось, что я все же могу все понять, уловить, удержать, подчинить своей воле. Могу, или когда-то мог?.. Это была лишняя мысль. Она увела меня от немедленного действия к попытке вспомнить. И сразу же волна калейдоскопа смяла меня, потащила, слишком ничтожного чтобы противиться ей, или хотя бы лавировать в её вихрях. Безбрежная мощь сжала меня со всех сторон, и выбросила как щепку на берег. Выбросила. Куда?

…Черный…

Мой мозг снова получил привычный сигнал. Цвет. Черный цвет. Прямо передо мной. И не только он, оттенки. Другие цвета, силуэты. Я моргнул. Я снова мог моргать. Я оживал в привычных ощущениях. Передо мной была темная скальная стена присыпанная белыми разводами, чередующимися с антрацитово-черным в тех местах, где неровность не давала возможность свету рассеять темноту. Я посмотрел наверх.

Ночное небо.

Льдистые огоньки звезд и чистая яркая луна, будто бритвой вырезанная по кругу в бездонном ночном небе.

Подняв голову я перенес вес. Под ногами хрустнуло, и я посмотрел вниз.

Снег.

Я стоял в снегу. И стоило мне пошевелиться, как он дрогнул под ногами, и я провалился, неглубоко, но так что не удержался и опустился на колено, оперся на руку. Рука тоже ушла в снег. Пальцы почувствовали холод, и тут же начали неметь. Я выдернул руку из снега, но холод уже не отпустил меня. Наоборот, холод был везде – теперь почувствовал его всем телом – вокруг была зима. Да что же, что же это?.. Совершенно машинально я сунул онемевшую кисть руки под мышку, стараясь отогнать онемение, и лихорадочно заозирался вокруг. Яркая ночная луна. Узкая площадка. Передо мной крутой скальный массив, а сзади – шум? Сзади с журчанием и перекатами тек темный массив воды. Река, стянутая с краев льдом, но чистая посредине. На другом берегу огромные обломки горы, и валуны присыпанные снегом. Все здесь состояло из скал, и серого в лунном свете снега. Где – здесь? Горная зимняя река. Ночь. зима. Да что же это, вашу мать?..

Мне даже не было страшно. Я был слишком ошеломлен. Впитывал эту картину рывками вертя головой, широко раскрыв глаза. По сторонам, вверх, вниз… Но тело было умнее меня. Пока я вертелся руки сами- собой сплелись на груди, плечи поднялись чуть не к ушам, я сгорбился. Я пытался сжаться и само против воли сворачивалось в клубок. Зима. Я попал в зиму. Я выдохнул и пар вырвался из рта, зубы заныли. Я же только в летней футболке, и джинсах. Да как же это?..

Я еще повертелся маленько. А потом пошел. Ломанным неровным шагом. Ноги не сразу приспособились, снег забивался в кроссовки и ступни заныли, все это сбивало меня с шага, да я еще и озирался. Справа скала, слева – река. Я иду… — куда? Вперед. Но я ведь мог идти и 'назад'. 'Перед' стал передом только потому что я двинулся сюда… Нет, все правильно. Я иду вниз, уклон не крутой, но ощутимый. Не карабкаться же мне в гору… Я поднял руки и схватил в ладони немеющие уши, и затеребил их, пытаясь вернуть чувствительность. Бред… Это тот крепыш – удар по голове… Глюки… Я не верю что сошел с ума. Это не может быть вот так сразу… Я лежу где-то с пробитой башкой… Я черт знает где. Здесь зима. И мне даже не страшно.

Едва я это подумал, как страх пришел. Да такой, что всё заныло внутри. Впрочем, может это уже холод вымораживал внутренности…

Я побежал. Неловко, небыстро, проваливаясь. Хоть и не так здесь глубок был снег, повыше щиколотки. Это было устье реки. Весеннее, вот почему здесь было место для моей пробежки. Весной река разливалась, и шла с гор гораздо шире, чем теперь. Видимо он сносила все мелкие камни, оставляя только крупные осколки. Вот почему я еще не наткнулся в снегу на булыжник. Но в любом месте под снегом могла быть трещина, впадина, острый осколок… Мне сейчас повредить ногу и всё… Страх опять судорожно сжал желудок.

Я бежал трусцой, обнимая себя за плечи, локти, дуя в ладоши, чувствуя как неумолимо теряю тепло.

На скале справа от меня я увидел дерево. Скрюченное, оно вгрызалось в скалу уходя в её глубь корнями. Голые лишенные листьев ветви были убраны снегом, и было непонятно живо дерево или уже стало только памятником попытки жизни преодолеть смерть. Я остановился и ежась посмотрел на дерево. Меня уже сотрясала неконтролируемая дрожь… Дерево – это костер, это тепло! Высоко, но можно допрыгнуть, если не подведут замерзшие руки. Нет, блажь. У меня даже ножа нет. И даже если я смогу отломить какие-то ветви – у меня просто нет ни зажигалки ни спичек, чтобы добыть огонь. Вряд ли я смогу здесь и сейчас научиться добывать огонь трением, как далекие пещерные предки. Я побежал дальше. Ах, мне бы зажигалку!.. Жаль что я не курю. На пачках пишут, что курение убивает. А меня сейчас напрямую убивал проклятый здоровый образ жизни. Разве не смешно?.. Я почувствовал, что губы и щеки тронула кривая улыбка, и замерзшие щеки натянулись как готовый лопнуть пергамент. Мысли начали путаться. Захотелось присесть и отдохнуть. Нет! Бежать! Сесть – значит умереть. Но где же я, черт это все возьми?! Я же сдохну здесь! Какие-то северные жители вроде умеют строить дома из снега, а в случае бурана даже зарываются под наст. Говорят так даже тепло… Но здесь слой снега всего мне по щиколотку… Лечь и набрасывать снег на себя как делают дети с песком на пляже? Бред… Я так замерзну… Я не умею! Я всего лишь городской житель. Тот самый офисный планктон… Да как же я попал сюда?!

Я споткнулся, и едва не полетел лицом в снег. То ли наконец наткнулся на камень в снегу, то ли просто совсем потерял ловкость, ноги уже так одревенели, что я даже не понял. Не упад и ладно… Здесь река не смогла пробить себе прямой путь, и путь её делал изгиб, скрываясь за скалой. Бежать. Я потрусил дальше дергая руками полузабытые упражнения зарядки, в попытках хоть как-то разогреться. Если хочешь быть здоров… И что-то там еще… Руки в стороны… Я пробежал этот поворот, и остановился.

Русло здесь продолжалось, река все так же журча стремилась вниз, и там вдалеке, ниже виднелись деревья, присыпанные снегом ели, и далекая белая лесная долина, рядом с озером. Это было внизу. И это было слишком далеко. И даже если я добегу в долину, чем мне это поможет? Та же смерть. Я надавил рукам на глаза. Я наверно скоро и ворочать уже не смогу ими от холода… От отчаянья я прикусил зубами нижнюю губу. Дрожь меня сотрясала такая, что зубы впились куда сильнее чем надо, но я это почувствовал как-то тупо, будто издалека. Черт с ним! Бежать! На месте все равно сдохну, а так…

Я затрусил вниз. И шагов через тридцать, я увидел пещеру. Вернее, сперва просто из нагромождения скал, — которые здесь все еще сопровождали меня с моей стороны русла, — а откуда-то сверху, из этой неровной стены в одном месте неторопливыми клубами вываливался дым. Он некоторое время стелился по

Вы читаете Спящий бык
Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату
×