длинный плазменный хвост. Уж там-то конверторы были в порядке!

— Выходим на параллель, — успокаивающе бормотал навигатор. — Запускаю «мигалку»…

Роджер снова мысленно воззвал к духам предков. Под «мигалку» пираты переделали корабельный лидар [13], изменив длину волны и заставив работать в проблесковом режиме. Если не придираться к мелочам типа характеристик одиночного импульса, то не отличишь от маячка галактических полицейских.

— Посылай запрос!

— Есть запрос… Есть ответ! — оживился Фрэнк. Теперь по крайней мере грузовик не «прыгнет», пока не узнает, кто и зачем его вызвал. — Командир, переключаю связь на тебя!

Видеотрансляции не было, но Роджер все равно привычно поправил фуражку, смахнул пылинку с обшлага уже изрядно потертого полицейского мундира и состроил «каменную морду». Благодаря четверти японских генов она всегда выходила у Сакаи на славу.

— Грузовое судно «Ариадна», приказываю вам лечь в дрейф! — скомандовал он, на миг ощутив острый укол тоски по былой, легальной, жизни. — Повторяю: заглушить ходовые двигатели, лечь в дрейф, приготовить корабль к досмотру.

Стандартные полицейские команды мог распознать и перевести даже самый примитивный транслятор. Но циферки в вирт-окне продолжали весело крутиться по нарастающей, перевалив уже за шестой десяток. Видно, с накладными у «Ариадны» было не все гладко, и капитан грузовика предпочел уклониться от их проверки. Мол, со связью какие-то проблемы, не расслышали…

— Кэп, они продолжают ускоряться! — булькнул Фрэнк.

— Вижу, — огрызнулся Роджер. Чертов грузовик уже отошел на мегаметр от станции и мог сгенерировать «червоточину» в любой момент.

Волновался не только капитан — сидящий на жердочке ежик мелко дрожал, впитывая псевдовибриссами хвоста исходящие от Сакаи пси-сигналы. И когда Роджера захлестнула очередная волна эмоций, Петрович не выдержал. Пушистый шар с отчаянным писком перелетел через рубку и приземлился аккурат на консоль управления орудиями ближнего боя. Теоретически — ха-ха-ха! — эта консоль дублировала основную, в огневом отсеке, и до ее поломки включиться не могла ну совсем никак. Но едва лапки Петровича коснулись сенс-панели, как над головой Роджера грохотнуло, а затем черноту космоса расколола вспышка гигаваттного разряда.

Луч прошел как минимум в километре от «цели», однако на обзорном экране произошли волшебные изменения. Полоса плазменного следа исчезла, показатели ускорения грузовика вначале сменились цепочкой нулей, а потом ушли в минус.

Роджер поспешно сгреб самовольного артиллериста с консоли и посадил на плечо. Петрович снова пискнул, на этот раз обиженно.

— Какое счастье, что нынче мы — пираты, — пробормотал капитан, осторожно приглаживая растопыренные, царапающие щеку иглы. — В полиции за такое впаяли бы выговор с занесением и долго возили мордой по столу. Винни, начинай стыковку!

Полиция внутренних планет обычно «стреляла» только извещениями о штрафах, и удивление экипажа грузовика быстро перетекло в праведный гнев. Пока корабли стыковались, в адрес «обнаглевших копов» был сочинен длинный обвинительный монолог, вдохновенный и гениальный, но, к несчастью для вселенской культуры, так и канувший в Лету. Потому что в открывшемся шлюзе показался не вежливый полицейский с оптической планшеткой, а штурмовой бронескафандр с газовым баллоном наперевес.

…Когда Сакаи вошел в рубку грузовика, все уже закончилось. Экипаж живописно раскинулся на полу, блаженно улыбаясь миру, — «Младенчик-3» был очень гуманным препаратом.

— Все здесь?

— Наверное, — прогудел в динамик возвышавшийся посредине Винни. — Хотя по каютам я не смотрел. Ты ж знаешь, когда я в этом красавчике, — бывший сержант ласково провел рукой по нагрудной пластине, — все вокруг таким хлипким становится. Сейчас пойду гляну… Или, — предложил он, — ты просто список экипажа проверь.

— Угу… — Сакаи зацепился взглядом за одно из висящих у капитанского сиденья вирт-окон и замолчал. Прищурившись, вчитался в файл. Побледнел. Скрипнул зубами и, осторожно ступая между телами, пошел к переходнику шлюза.

Ужас крался за капитаном по пятам — скользнул в камеру за миг до схождения створок, след в след прошуршал по тоннелю между тягачом и грузовым контейнером, а потом забежал чуть вперед и брызнул в стороны, уставившись на вошедшего тысячью злобных бусинок.

Роджер попятился. Он пятился все десять метров, не отрывая взгляд от автоматически захлопнувшейся двери. Долго шарил ладонью по стене, пока не нащупал кнопку открытия шлюза. Спиной вперед ввалился в рубку, сел в позу лотоса и крепко зажмурился.

— Эй! — Винни протянул руку, чтобы потрясти Сакаи за плечо, но вовремя вспомнил об усилении скафандра и просто хлопнул в ладоши возле капитанского уха. — Что случилось?

— Ты видел этот груз? — простонал Роджер, не открывая глаз.

— А что, контейнер пуст?! — всполошился пилот.

— Отчего же, полон доверху. Сходи, полюбуйся. — Капитан вяло махнул в сторону шлюза. — Там все пятьсот… биоединиц. Пятьсот бирюзовых клуш с Малой Медведицы! Пятьсот проклятых декоративных куриц!!!

— Погоди-погоди. — Винни растерянно обернулся на «окно» с накладной. — Но ведь цена указана правильно? Значит, наводчик не соврал…

— В том-то и дело, — тем же стонущим тоном продолжил капитан. — Поэтому у нас нет повода поднимать бучу и требовать от этого кровососа Леонардо возврата денег. Мы знали, что информация неполная, мы рискнули, взяв кота… то есть куру в мешке. И вот, приехали!

— Но если эти курицы действительно стоят больше ста тысяч…

— На внутренних планетах, Винни, на внутренних планетах! А в пограничных мирах ты и одного чокнутого любителя декоративных пташек будешь искать год, причем галактический.

— Да ладно, — попытался утешить его пилот, сам еле сдерживая дрожь в голосе, — ну не повезло, бывает. Нам же не привыкать сидеть на мели…

— Мы не на мели, — пробормотал капитан, стеклянно глядя сквозь Винни. — Мы утонули!

* * *

Две недели спустя — уже начались осенние заморозки, и схваченная морозцем листва карамелью хрустела под сапогами — по видеофону, успевшему обрасти пылью, пришел вызов от Николая Ивановича, жуликоватого, но для друзей в лепешку готового расшибиться интенданта. Станислав Федотович аж расчувствовался, увидев его румяную, щекастую физиономию, едва вмещавшуюся в экран. Хоть что-то в этом мире осталось неизменным.

— Стасик, привет! — Вечный прапорщик оскалил два ряда белых, недавно имплантированных зубов и заговорщицки подмигнул. — Ты, говорят, корабль ищешь?

— Кто говорит? — растерялся Станислав. — А, Венька, что ли? Да это мы так, шутили под чаек.

— Жалко, — огорчился Иванович. — А я нашел. И даже на третий участок переписал, в металлолом. Может, все-таки заберешь? Хороший. По себестоимости материалов пойдет, а там электроника, между прочим, почти новая — пять лет назад меняли. Себе бы взял, да летать некуда… дачу разве что на Сигме-8 купить, жена давно пилит…

— Мне тоже некуда. И дачи нету. И жены.

— Эх! — мечтательно сказал Иванович. — Кабы у меня жены не было, я б крейсер купил. Как раз «Пираний» недавно списывали, зверь-машина! Представь: летят богатенькие туристы-толстопузы, на звезды глазеют, коньячок для храбрости попивают, а тут ты на боевом крейсере, розовом в ромашки, — вжик мимо иллюминатора! Небось мигом протрезвеют. Так что, берешь корабль?

— Да у меня всего триста единиц [14] на карточке, — попытался выкрутиться Станислав. Расстраивать Колю не хотелось, человек хороший, душевный. А вот Венька у него схлопочет по первое число!

— Мне не горит, — беззаботно отмахнулся интендант. — Он там, на свалке, хоть пять лет может простоять — никто не хватится, в ведомости-то прочерк. Бери да летай!

Вы читаете Космобиолухи
Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату
×