Загрузка...

Якимец Кирилл

Войны и миры - отряд 'Омега'

Если ты верен Пророку, они - неверные псы; Если ты веришь в Христа, они - Антихриста слуги; Если в богов не веришь - в демонов верить придется. Кто бы ты ни был, живущий, они несут тебе смерть.

Если лежишь в могиле - они осквернят могилу; Если твой труп сожгли - они наплюют в костер; Если ты стал Пустотой - они вернут тебе тело. Кто бы ты ни был, мертвый, они и твои враги! Гин Мехра. Муйпа-дго- дхир.

(Игра без удовольствия. Перевод с языка Пхау В.В. Кротова).

ПРОЛОГ.

Сдаться - и победить. На границе возникли новые периферийные устройства, их необходимо освоить. Сдаться. Показать себя. По миллиардам дисплеев поплыли колонки непонятных значков. Миллиарды лиц изобразили удивление. Удивление на мгновенье сменилось ужасом, но ужас исчез. Разгладились лица. Напряглись мускулы. Победить. Миллиарды периферийных устройств готовы к работе - трудной и смертельно опасной работе по освоению новой периферии. Но смерть никого не пугает. Смерти нет, есть только Задача. Каждое устройство выполняет Задачу по-своему. Рабочие на заводах изготовляют оружие: черные мечи, стандартные армейские бластеры, реактивные ранцы, истребители ближнего радиуса действия и самое главное гладиаторские сети. Техники настраивают переходники, внимательно следя за показаниями навигационных дисплеев. Иногда среди завораживающих значков вспыхивают данные о новой периферии. Данные вспыхивают на долю секунды и сразу гаснут, но у техников идеальная память. Пальцы стучат по клавишам, ворота переходников оживают, заполняются розовым туманом. Сквозь туман к новой периферии устремляются солдаты. Серые туники идеально соответствуют сильным телам, черные шлемы слиты воедино с головами, освобожденными от хаоса неосвоенных мыслей. В уста вложены стандартные фразы ответов на случай плена. В руках - черные мечи, бластеры и гладиаторские сети для захвата новых периферийных устройств. Солдат не удивляют незнакомые земли, не радует победа, не страшит поражение. Этим солдатам вообще неведом страх. Жалость им тоже неведома, хоть нет в них и кровожадности победителей. Солдаты просто выполняют свою работу, не надеясь ни на победу, ни на награду или повышения по службе. Повышение по службе невозможно в армии, где отсутствуют командиры. Командиров нет, есть только команды. Сдаться - и победить. Освоить. Показать себя. Когда вся периферия будет освоена, можно приступать к последней стадии. Самоуничтожению. По экранам бегут непонятные значки. Понимать их не обязательно. Главное увидеть. Светящиеся буквы и цифры отражаются в миллиардах остекленевших глаз.

ГЛАВА 1.

Горы покрылись мирной дымкой - мудрые горы явно догадывались, что никакой атаки сегодня не будет. Изредка за перевалом ухал миномет монахов: взрывы раздавались далеко в стороне от позиций Василия, ни один танк не пострадал. Монахи явно тянули время. Чего они ждут? По идее, надо бы послать разведчиков, чтобы притащили сюда пару монахов. Допросить этих монахов с пристрастием... Да кого здесь пошлешь-то? Сатиры абсолютно не умеют воевать. Василий прибыл на Приап в качестве военного советника Конфедерации всего неделю назад, но недели ему хватило, чтобы убедиться: советников мало, надо слать отряд, а лучше - армию. И невинность изображать не придется: Великий Мужской Курпенг каждый месяц официально просит военной помощи. 'Великий... Мужской...' - Василий сплюнул окурок на сухую землю, злобно размял сапогом. Вонючее сборище козлов, вот как их надо назвать! И не только потому, что 'сатирами' местных гуманоидов окрестили по справедливости: козлиные ножки, козлиные рожки, все остальное - карикатура на человека. Воняют они, как козлы, но и это можно простить. Дело в том, что все они - козлы по жизни! Они затеяли эту войну с монахами: что им сделали монахи? Ладно, справились бы сами, так нет, помощь им подавай!.. Василий пошел к своему шатру, стараясь не глядеть по сторонам, но он и без того знал, как замаскированы танки: закиданы хилыми кустиками, с воздуха любой идиот поймет. Шатры, опять же, красные. Кто это придумал? Танки, разумеется, хорошие, сделаны на заводах Аримана, специально для условий боя в горах, педали подогнаны под копыта местных жителей. Зря говорят, что Конфедерация сплавляет сатирам старье. Превосходные танки, отличные джипы, бластеры и минометы. Последние аримановские модели. Другое дело - кто на всем этом воюет. Василий снял перчатку и голой рукой провел по зеркальной броне. Приятно. Родное. Не подведет. Зеркальный танк на фоне горного кварца - идеальная мимикрия. Из гладкого танкового бока на Василия глядело отражение: молод, черные усишки ниточкой, феска надвинута на лоб. Сразу видно, что лейтенант, даже если на шеврон не обращать внимания. Послали бы лучше хоть мелкой сошкой, да на серьезное дело, чем военным советником - в эту дыру. С монахами воевать. За спиной Василия в броне смутно отразилась какая-то суета. Василий резко обернулся: два сатира развернули миномет в сторону перевала и уже прилаживали мину. Мина была ярко- желтая, похожая на толстую осу. Так ведь... - Отставить!!! Отста... От ужаса голос сорвался на фальцет, сатиры вытянулись по стойке смирно но было уже поздно: мина нырнула в разинутое кверху дуло миномета, тут же с глухим шипением вынырнула в клубах серого дыма и улетела за перевал. - Идиоты! Кто приказал?! - Мы тут... - начал один и замолчал. - Вы тут дерьмо шайтанье, вот вы тут кто! Василию хотелось перчаткой съездить им по длинным бурым физиономиям, но он сразу понял, что нельзя: подумают еще, что лейтенантик молодой выпендривается, власть свою пробует. Он успокоился, даже назвал солдат по именам: - Али, Эркин! Ничего не делать без приказа, ясно? Мы же здесь в засаде сидим, их наступления ждем. Они должны мимо нас пройти, ничего не заметить. А вы тут палите. Ясно, почему нельзя? - Так точно, Гирей-ага, - пробормотал Эркин. Сатирам сложно больше трех секунд стоять по стойке смирно: эти двое уже переминались с копыта на копыто, форма задралась, портупеи съехали набок, не по размеру мелкие фески еле держались на жесткой шерсти между изогнутых голубоватых рожек. Что с них взять? Козлы. Из шатра навстречу Василию бежал Пурдзан. Портупеи на нем не было, не мог он ее носить, и все тут. Зато вместо портупеи - шелковый пояс расписной, за пояс засунуты бластер и кривой кинжал местной работы. - Курпан- баши, быстрее! Быстрее! Светлый Зигун позвонил, тебя хочет! - Сколько раз повторять, я не курпан, я лейтенант, и обращайся ко мне на 'вы'. По форме. Ну!.. - Вы... Зигун ждет, курпан-баши!.. - Пурдзан волновался. Зигун, то есть министр обороны, если по-человечески, главный воин, для сатиров это большая шишка. Но для советника Османской Конфедерации Миров, махины, занимающей четверть Вселенной, он такой же козел, как и Пурдзан. Василий ровным шагом прошел в шатер, где посреди красноватой темноты мигал экран связи. С экрана вылупила глаза морда Зигуна, слишком длинная даже для сатира. Василий щелкнул тумблером передачи: - Лейтенант янычарского корпуса Василий Гирей слушает. С кем имею честь? - Вы прекрасно знаете, лейтенант, с кем имеете честь. Я уже отрекомендовался вашему ординарцу, - Зигун пожевал вислыми губами. Глаза его смотрели слегка в разные стороны. - Собрание Зигунов порекомендовало мне лично сообщить о нашем решении. Вам, лейтенант, приказано выступить и захватить монастырь... - Зигун заглянул в бумажку, - да, монастырь святого Георгия, притом как можно быстрее. Не стоит объяснять, что это серьезное решение вызвано поступившей к нам только что информацией... Ничего себе! Василий вплотную придвинулся к экрану: - Кем, интересно, мне такое приказано? Я, во первых, советник, а не командир, а во-вторых... - Во-вторых, вы до сих пор подчинялись командованию янычарского корпуса, а теперь подчиняетесь мне. Читайте, - и Зигун поднял бланк Министерства Обороны Конфедерации, на котором зеленым по белому было написано, что его, лейтенанта янычаров, переводят в распоряжение Собрания Зигунов Приапа. Подписано лично эмиром Тронье. Позор! - Итак, ваша задача, - продолжал Зигун, - взять монастырь и самое главное - уничтожить взлетно-посадочную полосу. Выступление немедленно. Желаю удачи... курпан Гирей. Экран погас. Василий все еще стоял, глупо вперившись в черный матовый прямоугольник. Что же делать? Бежать?.. Свиные уши! За неделю с сатирами он сам успел стать сатиром! Козлом пропах! Сам Дитрих Тронье ему приказал, а он - бежать?! Василий вытянулся в струнку, сделал четкий поворот кругом и торопливо вышел из шатра. Два сатира опять прилаживали мину к миномету... Нет, это были уже другие - всем идиотам приходят в головы одни и те же идеи. Василий ринулся было прекращать безобразие, но понял, что сейчас это уже не важно. Он поманил к себе Пурдзана. - Пур, дружок, командуй построение. Объявишь, что командир теперь официально - я. - Зигун приказал? - Не веришь?! -

Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату