Загрузка...

Алексей Леонидович Сергиенко

Жлоб в Коктебеле

Краткий отчет о случившимся

— Давно хотел узнать, дедушка, в Крыму есть реки…

— Множество, молодой человек, превеликое множество…

— … шире 3 метров.

— Ээээ… таких широких у нас ни одной нету.

Разговор в автобусе

День первый

Поездатая поездка

День, предшествующий отъезду, был слегка насыщен событиями — узнав что я уезжаю на две с половиной недели клиенты просто завалили меня подарками. Можно было подумать что за эти три недели будут проведены все тендеры, сданы все объекты и подписаны все процентовки.

Кончилось все тем, что я доделал последнюю смету в 5 часов утра. Поезд уходил в 9. Поспать так и не удалось — я собрал что мог (забыв естественно массу жизненно необходимых для путешествия на юг вещей, таких как полотенца, подзорную трубу и мозольный пластырь.) и пошел на вокзал. День был умеренно солнечный, сумки тяжелые — к тому же я зашел в офис, написать Ивану записку, как и что говорить названивающим клиентам.

Иваном зовут моего друга детства, живого как йогурт, крупного бизнесмена, который, несмотря на вполне достойные доходы, никогда не выезжал из Перми. Я например, зарабатываю на порядок меньше, но мотаюсь по отпускам, не реже четырех раз в год. Кто из нас, весело улыбается, а кто посещает, на почве стрессов, психотерапевта, я позволю угадать вам самим. Записку я писал долго — так что большую часть пути до Перми 2 я проделал бодрой рысью. Исключительно чтоб услышать новость об опоздании моего поезда на час.

Я купил втридорога просроченного пива и сел в углу на сумку с ноутбуком — поездка начиналась традиционно — сикось накось. Вскоре поезд соблагоизвол подъехать. Я вышел на перрон, и с удивлением наблюдал забег путешественников за вагонами поезда. Вот идиоты — подумал я, поезд стоит тридцать минут — можно дойти пешком. В общем, как говаривал мой папочка, я оказался и прав, и не прав. В смысле успел — и не успел. На поезд я, естественно, успел, но места пассажиры занимали стихийным способом, именуемым в народе — «Кто успел, тот присел». А теперь вопрос — какое место досталось самому последнему пассажиру? Правильно — верхнее боковое. Правда, вскоре я переехал на верхнее просто, кое- кто из пассажиров ухитрился занять себе два места, наверно надеясь продать одно по сходной цене. (Или, что более вероятно, хитромудрому дедку нравилось ехать в полупустом купе — и когда я искал место он бодро рапортовал «Занято»). Узнал я об этом трюке от проводницы — когда она настойчиво, в пятый раз спрашивала у дедка кто именно едет над ним. Я просто подошел, бросил сумку и сказал: «Это место мое, у меня за него деньги плачены». (пародируя мультик про Алешу П.)

Дедку не понравилось что над ним буду ехать я, и что то пробурчал, что раз я занял место у сортира, то там и должен ехать. Я свесил голову и радостно улыбаясь спросил: — «А хотите, я вам нос сломаю?» Дедок утух.

Прибежала проводница. С бельём. Как раз вовремя — я как раз развернул свой спальник. А что — я везде езжу со спальником. Не внушают мне доверия их одеяла с матрасами. Простыни — согласен, стиранные. (Не надеясь на проводников, Министерство путей сообщения запаивает каждый комплект в полиэтилен, дабы соблазн продать бельё по 3–4 раза не возникал в их головах). Но матрасы с подушками, и самое главное — одеяла никто не стирает. Заворачивается в них кто попало — извините, я лучше в своем посплю. Свой спальник я раз в год стираю.

Проводница возмутилась. Как же — лишили МПС заслуженного полтинника. Она пригрозила мне лишением матрас и подушки. Милочка — да я на ваш матрас и за деньги не лягу, очень уж лишая боюсь. Разошлись недовольные.

Неприятности только начинались. Вскоре в купе сел чечен. Он радостно поздоровался со всеми, добавив что он чечен из Грозного, и в России по делам. Трюк не сработал. Мы с дедком не сбежали с криками «Шайтан». Тогда он поступил нетрадиционно для чечена — угостил нас курицей и корейской морковкой. Судя по тому что он ел это сам — даже не отравленными, правда морковь была от Пермского гастронома Виват — и корейского в ней было только название. Постругана она была крупно, и из специй присутствовал только перец. Профанация, одним словом. Куда катится мир — вздыхая думал я, ложась вздремнуть пару часиков.

Вскоре я проснулся от бурчания. Бурчал бомжара. Я так и не понял — то ли он невнятно жаловался на жизнь, то ли у него бурчало в желудке. Да — четвертым нашим попутчиком оказался мерзкий вонючий бомжик, который пер чего то тяжелое из Кирова в Москву. Избежать ароматного соседства не было никакой возможности — как и чечен, бомжара купил билет с местом.

Естественно — наш пестренький спутник белье взял. Расстелил, укрылся многострадальным одеялом и уснул, изредка просыпаясь что раздавить особо надоевшую блоху.

Я лежал, пытаюсь прочитать Дорогу в Сарантий, Кея — вдыхая восхитительный дорожный запах (60 % бомжары, 20 % креозота от шпал, по 5 % от курочки и одеколона чечена, остальная смесь подлежала идентификации) размышляя о том, что хуже у меня была только поездка в Краснодар около 10 лет назад. Тогда в вагон набили призывников — они орали, выпрашивали еду и блевали по углам. Я не отличаюсь огромной выдержкой — и набил парочке морду. Притащились менты, начали ссаживать меня с поезда… в общем, поездка оставила неприятные воспоминания. На мысли о солдатах меня навела странная песня — сначала я решил что эту муть о «безногом мальчишечке» гонят по радио. Нет — пели в соседнем купе. Я слез и пошел посмотреть, что там такое. С ужасам я увидел, что в купе полно дембелей. Правда, матросов. Но хрен не сильно слаще редьки. Кошмар вернулся.

Сон больше не приходил, я сидел, пил кофе, беседуя с чеченом. Беседа постепенно перетекла на национальные особенности. Мне поведали, что еврейская кровь самая сильная — на кого еврей возляжет, тот через 12 колен все равно евреем будет. Мой наивный вопрос про негров — что если еврей возляжет на негра — то, что будет — неужели тоже еврей — заставил собеседника надолго задуматься. Скрипя сердцем, он признал — что в этом случае будет негр.

«Но это ничего не меняет — Еврей на Негра не возляжет». Мироздание устояло. Евреи не дали скинуть себя с постамента самой сильнокровной нации, каким то неграм. Дальше я услышал традиционный рассказ об уме Гитлера. Гитлер де, был умнейший человек — изобрел зонтик, поднял Германии с колен, и почти завоевал весь мир.

Реплики типа «Почему этот великий гений столь жидко обосрался» с маху отметались как неорганизованные. Это я проходил сто раз. Жидомассон Сталин, перехитрил Адольфа, заманил в Сибирь и довел до самоубийства. Если бы не хитрый еврей Сталин, Адик завоевал бы весь мир. Вот скажи — если бы Россия объединилась с Германией и напала на США — весь мир был бы наш, не так ли?

Я весело напомнил чечену про бомбу. Атомную бомбу. Сказал, что вместо Хиросимы и Нагасаки у нас были бы озера Берлин, Москва и Токио. Почему умница Гитлер не сделал бомбу? Ума не хватило? Чечен думал долго. Крыть было нечем, и мы опять поели курочки.

Вскоре стемнело. Я лег спать, регулярно просыпаясь, от какой нибудь выходки пьяных матросов. Около 4 утра они разбудили полвагона, начав петь песни. Я не выдержал и отматерил их, попутно разбудив вторую половину вагона. Матросы попритихли, и мы приехали в Москву.

Вы читаете Жлоб в Коктебеле
Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату