трусах, он был в коридоре, кричал: «А-а!» – показывал рукой на дверь, потом сел у стены на корточки, закрыл лицо руками и заплакал. У нас в отделении он не мог ничего толком сказать, мы ему врача вызывали, тот сказал, что у задержанного шок, сделал ему укол, наверное, противошоковый. Показания он давал в понедельник. А администратор, когда заглянула в номер, увидела на кровати горничную с поясом на шее. Пояс от халата, халат нашли в душе. – Андрей развел руками: мол, все просто и понятно.

– Ну вот, видишь, как все подозрительно и не вяжется одно с другим! – Я в пылу даже повысила голос на своего друга. – Зови администратора, будем уточнять.

– Ну, ты язва! Чего уточнять? Чего тебе еще нужно? – Андрей тоже начал потихоньку кипятиться.

Но я была непреклонна:

– Давай зови, а то сама позову!

Мельников, ворча себе что-то под нос, пошел на ресепшн.

Через минуту он вместе с администратором появился в дверях. Лена, в белой блузке и черной юбочке, в туфлях на высоченных каблуках, смотрела на меня и хлопала сильно накрашенными ресницами.

– Леночка, скажите, пожалуйста, – запела я вкрадчивым голосом, – что это за голубая тряпочка лежит около кровати?

– Этими тряпками горничные протирают мебель с полиролью, – охотно разъяснила Леночка.

– То есть ваша горничная… кстати, как ее звали?

– Катя Аверина, – с готовностью подсказала Леночка.

– Ага, Катя. Так что, ваша Катя зашла в номер сделать уборку в то время, когда там находился постоялец?

Леночка растерялась. Она пожала плечами и пробормотала:

– Нет, по правилам горничным категорически запрещается заходить в номер, если там гость. Они делают уборку в отсутствие постояльцев.

– А как же тогда Катя оказалась в номере Дениса Долгова, если он в нем находился? – не унималась я.

– Я не знаю… Не должна была… Номер только что сняли… он чистый, чего там убирать? Я этого Долгова знаю, он в мое дежурство тоже приезжал, он постоянный наш клиент. Он по субботам снимает, часа в три- четыре дня и на сутки, так что номер чистый был, его только на другой день должны были убирать, после того как гость съедет…

– Так, отсюда следующий вопрос: а за чем-нибудь другим Катя могла зайти в номер Долгова? Ну, может, у них было любовное свидание?

Тонкие брови Леночки поползли вверх, глаза сделались такими большими, что мне стало даже завидно.

– Нет, что вы! – запротестовала она. – Катя такими делами не занималась, у нее реально жених был, все серьезно… Она замуж за него собиралась, она сама сказала. И потом, у нас по правилам это тоже запрещено. Сам гость может привести девушку откуда-нибудь, но мы, работники гостиницы… нет-нет, это исключено.

– Лена, вы нам только правду говорите, а то за дачу ложных показаний можете и срок схлопотать, – припугнула я администратора, хотя, по-моему, совершенно напрасно. По испуганному лицу девушки было видно, что она не врет. Она, как свидетель, готова была рассказать нам все, даже то, чего не видела. Леночка начала клясться в правдивости своих слов и вдруг выдала:

– А вы знаете, к нему ведь всегда одна и та же девушка приходила. Такая черненькая, невысокая, тип лица восточный, глаза узкие.

– Леночка, вы дали такие ценные сведения для следствия, что я должна вас поблагодарить.

Девушка улыбнулась и кивнула. Было видно, что она очень довольна.

– А как найти эту восточную красавицу, не подскажете?

– Нет, извините. Мальчик этот, ну, Долгов, он сам ей звонил, а у нас ее координат нет.

– Иными словами, – подытожила я, – то, что Катя оказалась в номере Дениса Долгова, – это очень странно. Леночка, вы с этим согласны?

Девушка закивала так усердно, словно хотела стряхнуть что-то со своей макушки. А я подошла к окну и потрогала запоры.

– Леночка, скажите, а окна всегда закрыты?

– Наши девочки, горничные, я имею в виду, окна никогда не открывают. Гость сам может открыть, если ему надо покурить или просто жарко. А так… нет, первый этаж все-таки, хоть и высокий. Так что окна всегда закрыты.

Потом она попросила отпустить ее, так как им нельзя надолго покидать свое место. А у них здесь строго, сделала я вывод. Мы сообщили Леночке, что номер можно убирать, и пошли к выходу.

– Ну и что ты думаешь? – спросил Андрей, когда мы вышли на улицу. Мы с ним закурили, стоя около машины и наслаждаясь по-настоящему теплым вечером, может, одним из первых этой весной. Уже стемнело, на улице зажглись фонари.

– Это не он! – решительно отрезала я.

– Ну, я бы не был так категоричен, – заявил Андрей, – есть одно обстоятельство. Отпечатки его пальцев на внутренней защелке. Они единственные, то есть дверь изнутри закрывал он. Это ты как объяснишь?

– А почему тебе кажется это странным? Если бы ты был в номере и пошел принимать душ, ты что, не закрыл бы входную дверь? Я бы лично закрыла, и, скорее всего, сделала бы это автоматически. Так что здесь все правильно. А вот сам способ убийства… Надо подумать. Понимаешь, мальчик наш немного… странный, я сегодня разговаривала с его родителями. И знаешь, какие у него странности? Он очень замкнут. Нелюдим. В школе его дразнили Маугли.

– Маугли? – переспросил Андрей.

– Да, дикий человек. Читал книжку Киплинга в детстве? Ему тяжело общаться с другими людьми. Даже девушки у него нет. Отец давал ему деньги на женщин по вызову, чтобы он удовлетворял свои физиологические потребности. С проститутками ведь проще, их не надо завлекать разговорами, они сами тебя завлекут. Только плати.

– Странное решение проблемы, – сказал Андрей и посмотрел на небо, оно было совсем черным, вернее, цвета спелого баклажана, как волосы у Масяни. – А может, в кафе сходим?

Предложение было неожиданным. Я посмотрела на своего друга. За много лет знакомства я, как мне казалось, хорошо изучила его. Еще когда мы вместе учились в академии права, я наблюдала за этим парнем. Он был умен, спокоен, надежен, и, если бы я помышляла завести семью, наверное, лучшую кандидатуру на роль жениха трудно было бы придумать. Но… в один прекрасный день я сделала для себя вывод: нельзя переводить друзей в категорию любовников. Поэтому я строго следила за той гранью, что разделяла эти два понятия.

– Ну так как насчет кафе? – не дождавшись от меня ответа, снова спросил Андрей.

– А давай! – рубанула я. – Только одно условие: плачу я.

– Ну ты, мать, меня унизила – ниже некуда!

– Андрюш, не обижайся, ну пожалуйста… Просто я знаю, какая у тебя зарплата, такую зарплату нельзя тратить, ее беречь надо. А я сегодня аванс получила, так что давай гульнем на мои! – Я просительно смотрела на старого друга.

– Пошли, там видно будет, – Андрей сел в мою машину на переднее сиденье. – А это мне, я правильно понимаю? – спросил он, рассматривая коробку с коньяком.

– Кому ж еще, Андрюша! – Я выжала сцепление. – Пристегнись!

В небольшом кафе, куда я привезла Андрея, была интимная уютная обстановка. Полумрак, тихая музыка. Столик мы выбрали маленький, на двоих, сделали заказ. Кроме нас, в кафе были еще две пары. Заказ нам принесли почти сразу, так что беседу мы вели под салат с креветками и осетрину.

– Так вот, вернемся к вопросу о Маугли, – сказала я. – Готова спорить, что люди такого склада характера не способны на убийство.

– Мы не знаем, что там между ними произошло, может, она его обидела чем-то.

– Чем она могла его так обидеть, что он ее задушил? – не унималась я.

– Ну, не знаю… мало ли… Может, она посмеялась над размерами его мужского достоинства? В моей практике такой случай был. Девушка посмеялась, парень разозлился и задушил ее.

Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату
×