Загрузка...

Старые и добрые

Ретроспектива

Словно умалишенный, Карл зигзагами бегал по мастерской, что-то еле слышно бормотал себе под нос, иногда начинал на разные голоса спорить сам с собой, в отчаянии лохматил седую шевелюру, выдирая остатки всклоченных волос, озирался по сторонам, словно не узнавая место в котором находится и снова описывал виражи, по пути сшибая многочисленные инструменты, разбросанные тут и там. Это продолжалось уже второй месяц и Карл начал уставать. Выход должен быть! Не может гениальный изобретатель, коим он несомненно является, прозябать в беззвестности и нищете.

За окнами вьюжил декабрь, до Нового Года оставалось всего неделя, и вот уже закончилась рабочая неделя, коллежские секретари, булошники и чиновники давно разошлись по домам, и совсем чуть-чуть оставалось до начала нового дня, когда Карл резко остановился посреди мастерской, вскрикнул коротко «О!» и понесся в спальню. В то самое время, его супруга Августа, предавалась чтению любовных романов Де Сада и томно хихикала над особо откровенными сценами, представляя себя на месте той или иной героини.

– Августа! Нам нужен слон. Срочно! Позвони брату и узнай, как быстро могут доставить в Петербург слона, – бешено вращая глазами прокричал Карл и схватился за графин с вином. Сушняк, что поделать.

– Карл, дорогой. Ты ебнулся. Время пять утра. Какой слон, какой брат? Очнись, скотина ты этакая! – она совсем не намерена была выслушивать горячечный бред муженька.

– Ты не понимаешь! – казалось Карла, того и гляди, хватит удар. – За нашим товаром будет гоняться весь мир. Аукционы будут бороться за право выставить наши работы на продажу! – глаза Карла горели хорошо знакомым Августе огнем просто небывалой силы.

– Но где мы будем его содержать? – она была готова на все, лишь бы муж поскорее смылся из ее алькова и она могла продолжить столь увлекательное занятие с Де Садом. – И что он будет жрать? И кто, в конце-концов, будет убирать за ним дерьмо?

– Убирать будет Евгений. Все одно по кабакам, да девкам шляется, шалопай, – не ко времени вспомнил о сыне Карл, – Кстати, а что слоны едят? – задал риторический вопрос Карл, и сам же на него ответил, – Жрать он будет сено. Все одно, мне он ненадолго нужен. Звони скорее брату, слон нужен срочно! – Карл снова приложился к графинчику с 'кисленьким' и не опустил его, пока в нем не осталось ни капли.

– Слышь, старый хрен! Если ты не спишь по ночам, это не значит что вокруг все такие же опездолы. Бздынь отседа, я спать хочу. Утром, так и быть, позвоню. – Августе порядком надоела эта антреприза, да и потом, рядом томился Де Сад.

– Ты… ты обещаешь?

– Обещаю. Ступай скорее, меня мучает мигрень. Ступай же!

Карл схватил из серванта бутыль коллекционного вискаря, пробормотал – «Это для экспериментов!» и запутавшись в гардинах попытался выйти в окно. «Вот же горемыка. Ну куда он без меня? Пропадет ведь, скотиняка» – с любовью подумала Августа и чуть влажным пальчиком открыла нужную страницу книжки.

Через месяц, путем титанических усилий Августы, ее брата и кучи другого народа, в гараже их дома поселился слон.

Он отказывался жрать сено. Евгений отказывался убирать за ним тонны дерьма. Гараж был для него мал и слон постоянно стукался о стены, что сотрясало весь Морской квартал.

В доме воцарился хаос. Воняло говном, слоном и Карлом. Впрочем, воняло одинаково, от чего жизнь легче не казалась. Августа потеряла интерес к Де Саду, поняв что ублажая себя под трубный призыв слона, чувствует себя, как минимум слонихой.

Карл готовил необходимый инструмент и препараты. В нужный час, вся семья собралась в гараже и с интересом уставилась на Карла с огромным секатором и мешком в руках, и маской сварщика на голове.

– Всем приготовиться, начинаю отсчет! Пять, четыре, три… стоп! Обратный отсчет отменяется! В прошлый раз так током тряхануло, что тик на глазу две недели пройти не мог, перед Императрицей стыдно было - стою и подмигиваю ей, а она - мне в ответ, и что тут думать, в общем, плохая это примета, – пробормотал Карл и полез под слона. Несколько мгновений ничего не происходило, потом раздался душераздирающий и сходящий на октаву ниже, трубный рев слона, он чебуракнул задними ногами, Карл вылетел из под него, как из пушки и затих на полу.

Спустя минуту на него плеснули ведро воды, тот очнулся и первым делом прижал к груди мешок, который так и не выпустил из рук.

Прошло полгода.

Император откинул бархатную мантию с золоченого подноса и всмотрелся в лежавший предмет. 

Настоящее произведение искусства! Золотой переплет и инкрустация камнями выглядели потрясающе.

Император привстал с трона и подозвал Карла.

– Это великолепно! Я дарую вам должность придворного ювелира Императорского Двора и приказываю изготовить еще 33… нет 45… м-да... что это я мелочусь! Сделайте мне 56 подобных произведений и каждое из них будет щедро оплачено!

– Сколько!? Помилуйте, Ваше Императорское Высочество! – на Карла было больно смотреть, его губы тряслись, глаза бегали в поисках спасения.

– Аудиенция закончена. Дела государственные не могут ждать, – император многозначительно посмотрел на Карла, грузно встал и ушел в свои покои.

Вечером состоялся непростой разговор с домашними.

– Ты на что нас подписал, гнида! – разорялась жена.

– Папенька! Нездоровая канитель началась, как же мы жить-то теперь будем? – вторил ей сыночек Евгений.

На дворе стоял 1883 год от Рождества Христова. Карл Фаберже, его супруга Августа Якобс, сыновья Евгений и Алексей не могли знать, что всего несколько лет спустя, пасхальные яйца Фаберже будут считаться эталоном ювелирного искусства во всем мире.

День рождения

Он удрученно шлепал по лужам и не знал куда деваться от стыда. Мокро грохотало в небе и от

Вы читаете Старые, добрые
Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату