Загрузка...

Большой провал. Раскрытые секреты британской разведки МИ-6

Предисловие к русскому изданию

Падение Берлинской стены и окончание 'холодной войны' положили начало беспрецедентному кризису в системе разведывательных служб Великобритании. События, большинство из которых МИ-6 не удалось предсказать, в сущности, оставили не у дел как саму МИ-6, так и МИ-5 – службу контрразведки страны. Организациям, созданным, главным образом, для борьбы с угрозой со стороны советского блока, тяжело адаптироваться в новых условиях. Кому теперь нужны сотни специалистов-советологов, только и умеющих давать всеобъемлющие заключения на всевозможные выверты и ухищрения Кремля? Новые обстоятельства требуют новых решений. Меняющийся мир шагает навстречу неопределенному будущему, уже не обремененному противостоянием двух мощных антагонистических блоков, но разведывательные службы Великобритании так и не могут найти в нем свое место.

Да, разведслужбы стали осваивать новые сферы деятельности, борьба с ростом преступности, будь то отмывание денег или контрабанда наркотиков, однако занимаются этим с отвращением, считая, что подобная работа унижает их достоинство. Более того, в эпоху диктата прав человека и свободы слова секретность утратила статус абсолюта. Спецслужбы не сумели быстро приспособиться к создавшемуся положению и теперь задыхаются от внутренних кризисов, один за другим сотрясающих их ведомства. В 1991 году, когда я вступил в ряды сотрудников МИ-6, тема деятельности разведорганов была практически закрыта для прессы, теперь же недели не проходит без того, чтобы газеты и телевидение не сообщили о чем-то сенсационном из этой области.

До недавнего времени сторонники реформ не находили понимания у Уайтхолла. Служба безопасности, по-прежнему удерживающая рычаги власти, демонстрирует завидную хватку. Британское правительство, какая бы партия его ни возглавляла, продолжает целеустремленно преследовать бывших должностных лиц разведслужбы и журналистов в тщетной попытке оградить общественность от 'лишней' информации. Я не единственный, кто подвергся гонениям со стороны органов безопасности и Специальной службы. Дэйвид Шейлор и Энни Мейчон, Мартин Ингрэмз, Лайэм Клардж, Найджел Уайлд, Мартин Брайт, Тони Джерати, Эд Мэлони, Жюли-Энн Дэйвис и Джеймс Стин, – все они пострадали в той или иной степени. Одни стали жертвами судебных запретов, другие – полицейских рейдов, кто-то угодил в тюрьму.

Ясно, что британские законы устарели. Большинство стран с демократическими режимами руководствуются общепризнанными принципами свободы слова и беспрепятственного доступа к информации. В Великобритании же уровень подотчетности спецслужб общественности сведен к нулю. Комитет парламента по вопросам разведдеятельности и госбезопасности, подчиняющийся только премьер- министру, предлагает довольствоваться лишь видимостью контроля. Большинство западных держав придерживаются куда более прогрессивного взгляда в отношении своих спецслужб. Даже бывший враг Великобритании, Российская Федерация, исповедует значительно более демократичные методы контроля над деятельностью СВР и ФСБ.

Меня критикуют за то, что в своей книге я якобы предал огласке секреты государственной важности. По этому поводу хочу заметить следующее. Во-первых, разведданные в большинстве своем являются действительно секретными лишь несколько дней, а иногда и часов, а я расстался с органами безопасности шесть лет назад. К тому же в силу своего положения младшего сотрудника я даже тогда не имел доступа к сведениям особой важности. МИ-6 выступила против публикации моей книги вовсе не из страха, что я случайно могу выдать государственные тайны. Более разрушительна для репутации МИ-6 история моей жизни после ухода из разведслужбы, изобличающая карательную природу этого ведомства. Вместо того, чтобы спокойно разрешить возникшие между нами мелкие разногласия, оно потратило миллионы долларов из средств налогоплательщиков на то, чтобы посадить меня в тюрьму, преследовать по всему свету, налагая судебные запреты и применяя прочие меры наказания.

Теперь, когда книга опубликована, руководство МИ-6 должно понять, что пора прекратить свою злобную кампанию против меня и переключиться на реализацию необходимых реформ, дабы не допустить повторения подобного позора. Современные демократические страны не должны позволять спецслужбам тратить ежегодно огромные деньги для собственного бесконтрольного существования, свободного от обязанностей перед своими гражданами.

Глава 1. Выбор цели

Август 1976.

Северная Англия.

Сквозь слуховое окно сочился тусклый, сумеречный свет, но его как раз хватало для работы. Было тихо. Покой нарушали только нежно воркующие голуби, да изредка ласточки, вылетавшие из своих гнезд на стропилах на охоту за насекомыми, кружившими в вечернем воздухе. Склонившись над изрезанным дубовым верстаком, я старательно мельчил в белый порошок гранулированный гербицид. Пестом мне служил шестидюймовый болт, ступой – старая стеклянная пепельница. В каких пропорциях смешивать перхлорат натрия и сахарозу, чтобы обеспечить наибольшую вероятность взрыва, я выяснил в городской библиотеке, куда ненадолго забежал накануне. На ржавых кухонных весах я отмерил нужное количество сахара и тоже растер его в пудру. Старая медная трубка диаметром в один дюйм уже была готова: один ее конец я загнул клещами, в середине просверлил небольшую дырочку, которую замотал липкой лентой. Оставалось смешать приготовленные порошки, всыпать несколько граммов этой смеси в трубку и утрамбовать деревянным штифтом. Когда, трубка была набита, я осторожно загнул ее второй конец – слишком резкое давление было чревато преждевременным взрывом. Отмотав пару футов скотча, я разложил эту полоску шириной в два дюйма на верстаке липкой стороной вверх и аккуратно насыпал по всей ее длине остатки белого порошка, затем свернул, как длинную сигарету. Тонкий и неплотно набитый огнепроводный шнур должен гореть не очень быстро, я успею добежать до укрытия. Липкой лентой я прикрепил самодельное взрывное устройство к голени, запал спрятал в носок и выскользнул из сарая.

Над деревней сгущались сумерки. Почти все жители ушли домой ужинать. На дороге, пролегавшей через селение, ни души. Лишь по обочинам стояло несколько стареньких автомобилей. Верхушки травяных стеблей побелели – результат трехмесячной засухи. Я торопливо миновал маленькое здание почты, украдкой бросив взгляд на окна второго этажа. Тюлевые занавеси не шелохнулись. Значит, подозрительный почтмейстер меня не заметил.

В баре на углу толпилась горстка немолодых мужчин, – очевидно, фермеры, судя по их обгорелым лицам и рабочей одежде. Ни один из них не поднял головы от своего стакана, когда мой силуэт мелькнул мимо грязного окна. Я завернул за угол и стал быстро подниматься по холму к мосту из красного песчаника. Навстречу шел мужчина, выгуливавший собаку, но ни он, ни пес не обратили на меня внимания. Я взглянул на воду через парапет. Река в этом месте была глубокая и обычно бурная, но сейчас движение наблюдалось только в водоворотах, да еще иногда форель выпрыгивала, будоража застывшую гладь.

Я еще раз осмотрелся по сторонам, проверяя, не наблюдают ли за мной, затем махнул через парапет и скрылся из виду. Мост имел три арочные опоры, укрепленные на двух искусственных островках. Под первой аркой находился широкий выступ, сильно размытый наводнениями, случавшимися здесь каждую зиму. Я перелез через ограждение из колючей проволоки, протянутой для того, чтобы овцы с прилегающих полей случайно не свалились в реку, спрыгнул вниз, приземлившись на четвереньки, и на несколько минут замер в ожидании, прислушиваясь, – еще не поздно было отменить операцию. Над головой по мосту проехала машина, но это был единственный звук человеческой деятельности.

Закатав штанину, я отцепил импровизированное взрывное устройство от ноги и палкой, поднятой из воды, стал выкапывать в речном песке лунку для самодельной бомбы, затем рывком содрал с отверстия в трубке, просверленного точно под запал, липкую ленту. Последний взгляд вокруг. Нет, зрителей не видно.

Я поднес зажигалку 'Зиппо' к импровизированному шнуру и высек огонь. Шнур зашипел. Несколько секунд я смотрел на него, потом помчался прочь. Времени было достаточно, чтобы добежать до поваленного вяза, прежде чем 'бомба' взорвется, мощным гулом оглашая округу. Грохота было больше, чем я ожидал. Из камышовых зарослей на илистом берегу вспорхнула семья напуганных уток, беспечно ворковавшие вяхири внезапно замолчали.

Едва грохочущее эхо откатилось от склонов долины, я осторожно высунулся из своего укрытия, чтобы увидеть последствия взрыва. Пыль еще не осела, но мост стоял на месте. Я довольно улыбнулся. Бесспорно, это был лучший из взрывов, произведенных мною за лето, и отличное развлечение для тринадцатилетнего

Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату