долго разглядывал сидящую внутри птицу. Наконец он захохотал:

— Ха-ха-ха! Мэтьюз, поди сюда! Кого ты нам купил?

— Птицу, — ничуть не смутился Мэтьюз. — Продавец сказал мне, что это зеленая канарейка.

— Конечно, это зеленая канарейка, — не стал спорить доктор. — Но продавец всучил тебе самочку, а самочки, кик известно, не поют. У канареек поют только самцы.

Может быть, и так, господин доктор, — оправдывался Мэтьюз, — Но та, которая пела, стоила пятьдесят шиллингов, а вы дали мне всего три. И то, думаю, слишком дорого за такую пичугу. Хорошего голосистого петуха можно купить всего за шиллинг.

Доктор только улыбнулся в ответ. Он не мог сердиться па Мэтьюза Магга за то, что тот купил птицу, которая не умела петь. Как-никак последние три шиллинга были потрачены не зря — на них купили свободу маленькому живому существу. Тем более что неизвестно, сколько еще пришлось бы томиться канарейке в зоомагазине, ведь люди охотно платят деньги только за певчих птиц.

После ужина доктору пришлось заняться цирковыми делами. Вернулся он поздно и устало рухнул на стул. Тут же на него насела сова Бу-Бу, которая прекрасно знала арифметику и ведала всеми счетами цирка.

Они долго, очень долго вели самую скучную на свете беседу — о деньгах и цифрах. И вдруг послышалось тихое щебетание.

— Боже! — воскликнул доктор. — Что это такое?

Пение звучало все громче. Доктор повернул голову и увидел, что поет та самая канарейка, за которую Мэтьюз Магг заплатил три шиллинга.

Для любого другого человека это было бы обычным пением канарейки. Но для доктора это была настоящая песня: он понимал, о чем поет канарейка. А канарейка пела о жизни в неволе, о свободе, о несчастной любви.

…Прощальный взмах крыла — и милый улетел…

Джон Дулиттл встал со стула и подошел к клетке. Зеленая канарейка смолкла и выжидательно смотрела на доктора.

— Мне казалось, ты самочка, — неуверенно сказал доктор Дулиттл.

Канарейка ответила:

— Вы не ошиблись, я самочка.

— Но ты же поешь!

— Почему же мне не петь?

— Потому что все знают: самочки не поют! — воскликнул обескураженный доктор.

Маленькая зеленая пичуга разразилась долгой трелью — так она смеялась.

— Опять все та же старая глупая история, — сказала она. — Все эти глупости выдумали самцы. У нас, у самочек, голоса намного лучше. Но самцы боятся уступить нам первенство в чем бы то ни было и поэтому не разрешают нам петь. А если кто-то нарушит запрет, то на него бросается вся стая и пребольно клюет. Несколько лет тому назад мы даже объединились, чтобы бороться за свои права. Мы назвали наше движение «Равноправное пение». Но нам очень трудно бороться, потому что пожилые канарейки, а прежде всего старые девы упорствуют и говорят; пение — дело не женское, место самочки — в гнезде, на яйцах. Сами знаете, какие глупости они городят, наверное, у людей точно так же. Именно поэтому до сих пор считают, что самочки канарейки не поют.

— Но ведь в магазине пела не ты? — спросил доктор.

— В магазине не то что петь, даже дышать трудно: такой там спертый воздух, — ответила канарейка. — Думаю, даже им не смогли бы там петь.

— Почему же ты запела сейчас?

— Потому что я поняла, что меня купили по ошибке. Ведь им послали своего приятеля в магазин за самодовольным желтым самцом. Этот зазнайка чирикает с утра до вечера, хотя у медведя слух и то лучше. Я видела, как ваш приятель спрашивал у продавца о цене. И догадалась, что он ничего не смыслит в птицах, поэтому я запела, чтобы показать вам, что вы не выбросили деньги на ветер.

— Невероятно! — не переставал удивляться доктор. — Действительно, по сравнению с тобой тот желтый самец не поет, а просто дерет горло. Какой у тебя голос, контральто? Или меццо-сопрано?

— Ах, доктор, — пожала плечами зеленая канарейка, — я не знаю, о чем вы говорите. Все эти выдумки людей нам неизвестны, но я могу взять самую высокую ноту.

— Как тебя зовут? — спросил доктор.

— Пипинелла, — ответила птичка.

— А что это за песня, которую ты пела? — продолжал расспрашивать доктор.

— Это история моей жизни.

Доктор удивился еще больше.

— Но ведь это были стихи! — воскликнул он.

— Ну и что же? — горделиво повела головой канарейка. — Я сама их сочинила, даже не сочинила, а изложила в стихах всю мою жизнь. У птиц, живущих в клетках, уйма свободного времени, особенно когда нет необходимости сидеть на яйцах и кормить птенцов.

— Мало того что ты поешь, ты еще и стихи сочиняешь! — восхитился доктор. — В такой маленькой птичке и так много талантов.

— Я еще и музыку сочиняю, — с достоинством добавила Пипинелла. — Я сама написала песню, которую вы только что слышали. — И если вы заметили, я не взяла для своей песни ничего старого и известного. Разве что одну музыкальную фразу из «Любовной песни зябликов». Я вставила ее в то место, где рассказываю, как мой любимый бросил меня и улетел в Америку, а я осталась в слезах на берегу.

Неожиданно беседу доктора с канарейкой прервала утка Крякки. Она принесла чай и бутерброды.

— Уже поздно, доктор, — сказала утка, — не хотите ли перекусить?

Но, к огорчению Хрюкки, который надеялся, что и ему что-то перепадет, доктор отчаянно замотал головой.

— Нет-нет, — наотрез отказался он. — Наша гостья мне намного интереснее любых бутербродов.

Поросенок обиженно хрюкнул себе под нос:

— Подумаешь, пучок перьев! Да я дюжину таких пичуг отдам за ломоть хлеба с солью.

Тем временем доктор Дулиттл нашел в своем старом портфеле нотную тетрадь. Как вы знаете, он недурно играл па флейте и даже иногда пытался сочинять мелодии.

— Не могла бы ты повторить для меня историю своей жизни? — обратился он к канарейке. — Она меня очень заинтересовала.

— С удовольствием, — ответила птичка. — Но сначала налейте мне воды в блюдце, у меня уже пересохло в горле.

— Да-да, конечно! — Джон Дулиттл поспешно вскочил с места и едва не наступил на поросенка.

Поросенок обиженно хрюкнул и забился в угол.

— Вот она, человеческая дружба! Грош ей цена. А ведь я пою ничуть не хуже.

Доктор Дулиттл принес блюдечко с водой и поставил клетку к канарейке.

— Пей, пожалуйста. Я хотел попросить тебя петь помедленнее. Дело в том, что я хочу записать мелодию, а она у тебя очень сложная. А слова твоей песни мы запишем как-нибудь в другой раз.

Глава 2. Белая персидская кошка

Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату
×