операционном столе. Перитонит. Поздно привезли».

И вторая «скорая» – уже у дома, через неделю после похорон. Лера решила не ждать, когда придет ее срок, ушла следом за сыном. Сама, добровольно, все обдумав и подготовив заранее. Дозы снотворного, по словам врачей хватило бы на трех здоровых мужиков, а уж ей…

УАЗ вынесло на тротуар, Стас крутанул руль и вернул машину на дорогу. «…Скрылись в дымке острова, кончен дрейф в студеном море, здравствуй, красная Москва». Он выключил приемник. Нет, любимый город, сегодня я обойду тебя стороной, хоть и не видел три года. В другой раз, не в этой жизни.

«Интересно, из пистолета можно попасть по машине, если у нее скорость под двести?» – прикидывал Стас, пока ехал по темному городу. «Нет, вряд ли. К тому же надо знать заранее, в какой машине едет «объект», тут всю площадь накрывать надо. Хотя можно первую поджечь, а потом неторопливо расстрелять остальные. Но если учесть толщину брони…» – картинка вернулась, и была уже ярче, чем пару минут назад. Раскаленный асфальт, слепящие «зайчики» от зеркал и хромированных дисков, сытое «кряканье», визг протекторов на повороте узкой улицы… «Чтоб ты сдох. А я тебе помогу». Стас посмотрел на свое отражение в лобовом стекле. Вот теперь настоящий террорист – заросший, осунувшийся, остановившийся взгляд фанатика. И ярость, приправленная адреналином, как у взявшей след гончей – та сволочь из бронированного мерса здесь, она близко, до ее логова осталось часа два-три гонки.

УАЗ вошел в поворот, слишком крутой и резкий для скорости за сотню, машину занесло, Стас вывернул руль в сторону заноса, УАЗ выровнялся на дороге, под колесами что-то мерзко хрустнуло, а в глаза ударил свет мощных фар. Стас поднял руку, зажмурился и отвернулся рефлекторно, но руль не выпустил, продолжал жать на педаль газа и обошел огромный, как вагон, темный внедорожник. Пока проморгался, пока пришел в себя – прошло минуты полторы. Дорогу перед ним заливал ровный мертвенно-синий свет, Стас видел каждую выбоину в полотне, каждый люк, каждую трещину. Внедорожник пер следом, ксеноновые лучи били в зеркала, резкие отблески резали слезящиеся глаза. Стас отворачивался, попытался оторваться, но впустую, уйти тоже было некуда: город ему незнаком, что ждет там, за черным провалом боковой улицы – один черт знает. А ошибаться ему нельзя, он спешит, очень спешит, как никогда в жизни.

Прожекторы позади погасли, дорога, обочины и собственные пальцы, сжимающие руль, сгинули во мраке, и стало очень тихо. Стас успел заметить краем глаза, как слева его обходит что-то длинное, резкое, похожее на кита. «Что за…» – вспышка превзошла все, что он видел раньше, «уазик» врезался мордой в край препятствия, крутанулся на дороге и вылетел на тротуар, влепился боком в ограду сквера и успокоился. Дверца открылась со второй попытки, Стас вывалился из машины, упал на колени и попытался подняться. Негромкие голоса, отрывистый командный рык, темные силуэты на фоне далеких звезд – и все. Его парализовали первые два удара, кажется, был еще и третий, но Стас уже перестал слышать и видеть.

В подвале пахло плесенью и пылью, макушку холодил ветерок из разбитого окна над головой. Стас пошевелился, дернулся и поднял голову. Перехваченные шнуром у локтей руки за спиной затекли, голова кружилась, голоса звучали глухо. Глаза привыкли к темноте, выхватили из мрака двоих – они стояли напротив и переговаривались негромко. Одновременно умолкли, расступились, и возник третий – широкий, в темном камуфляже, под рифлеными подошвами скрипел песок и мелкие камни. Он буркнул что-то невнятно, двое подхватили Стаса, поставили на ноги. Затылок врезался в выступ подоконника, картинка померкла, и в себя Стас пришел от двух хороших пощечин. Снова сидит на полу, за спиной ледяная мокрая труба, впереди вполголоса порыкивают три волкодава. За их спинами Стас разглядел еще две тени – караулят дверь, на беглеца не смотрят, один отвернулся, второй подпирает стенку у лестницы в подвал.

– Хорош прикидываться, – судя по голосу, вожак. В темноте Стас разглядел его – мордатый, рожа выбрита, скалится сыто.

– Потолкуем и разбежимся каждый по своим делам.

В ответ раздался короткий смешок, Стас поднял гудящую голову. Ржут, кони, а чего им не ржать – все козыри у них. Знать бы еще, что этим красавцам от него понадобилось, – не расстреливать же в подвал притащили, это и на дороге можно было легко устроить. За последние дни он покойников на улицах навидался достаточно, сначала отворачивался, потом привык. А тут целую церемонию устроили, с погоней, со связанными руками, да еще и потолковать предлагают. Можно и потолковать, время потянуть, а там посмотрим, куда кривая вывезет.

В руке мордатого появился пистолет. Стас уставился на оружие с вожделением, он все бы сейчас отдал за такую игрушку, только платить нечем, все потеряно. Жизнь осталась, но с ней расставаться пока рано. Разве что душу дьяволу заложить за последнее желание приговоренного. Может нечистый там, наверху (или в преисподней) словечко за Стаса замолвит. Вся надежда на рогатого, ведь он тоже когда-то ангелом был, да скинули с небес завистники…

Пистолет исчез, мордатый присел на пластиковый ящик, повозился, устроил тушу поудобнее и уставился на «оппонента». Развалился, убрал пистолет в кобуру за спиной и назвался:

Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату
×