выражение «О способах» делать то или это: «О способах повязывать галстук», «О способах получать новогодние подарки, но не делать их самому» и т. д.[7]). Издания такого типа были популярны во Франции еще с XVIII века, но в середине 1820-х годов их популярности способствовал литератор Орас-Наполеон Рессон (1798–1854), сочинявший их сам или в соавторстве; одним из его соавторов был Бальзак, написавший (по заказу и, возможно, при участии Рессона) «Кодекс порядочных людей, или О способах не попасться на удочку мошенникам» (1825)[8]. Беря за образец Гражданский кодекс, принятый во Франции в 1804 году по инициативе Наполеона, авторы этих книг предписывали читателям (наполовину в шутку, но наполовину и всерьез) определенные формы поведения в обществе, объясняли, как держаться на балу и за столом, как объясняться в любви, как отдавать долги или брать взаймы и проч., и проч. Из «Кодекса учтивых манер» (1828) и «Кодекса беседы» (1829) можно узнать массу полезных и/или остроумных сведений: например, что ширина пробела между обращением «Сударь» и текстом письма зависит от знатности адресата[9], или что хороший тон предписывает ни в коем случае не вступать в разговор с попутчиками в городском транспорте и тем более не бранить городские власти, ибо можно нажить себе большие неприятности[10], или что «на визит нужно отвечать визитом, как на пощечину – ударом шпаги»[11]. Соотношение серьезного и шутливого менялось от одного «Кодекса» к другому; например, выпущенный в 1829 году тем же Рессоном «Кодекс литератора и журналиста» формально представляет собой свод советов для тех, кто хочет заработать на жизнь литературным трудом, по сути же многие его страницы – не что иное, как насмешки над жанрами и стилями современной словесности. Это сочетание (серьезные советы в шутовском изложении) унаследовала от «Кодексов» бальзаковская «Физиология брака».

В число популярных тем «Кодексов» входили супружеские отношения. Например, в 1827 году Шарль Шабо выпустил книгу «Брачная грамматика, или Основные принципы, с помощью которых можно выездить жену, выучить ее прибегать по первому зову и сделать покорнее овцы, сочинение, изданное двоюродным братцем Ловласа». А в мае 1829 года вышел из печати «Брачный кодекс, содержащий законы, правила, применения и примеры удачных женитьб и счастливых браков» (в котором, между прочим, едва ли не треть текста составляют обширные цитаты из наполеоновского Гражданского кодекса). На титульном листе стояло имя Рессона, но многочисленные совпадения с «Физиологией брака» позволили исследователям предположить, что часть этой книги выправлена Бальзаком, а часть написана им самим (одна из наиболее разительных параллелей состоит в том, что в «Брачном кодексе» обманутый муж сравнивается с потенциальной жертвой Минотавра, подстерегающего его в недрах лабиринта; между тем в «Физиологии брака» Бальзак предложил для характеристики обманутых мужей «ученый» неологизм «минотавризированные»[12]). Работая над первоначальной «Физиологией», Бальзак, по-видимому, раздумывал над заглавием «Кодекс супруга, или О способах сохранить верность своей жены»; во всяком случае, среди его бумаг сохранился такой набросок.

«Физиология брака» выросла из «Кодексов», но разительно от них отличается. Чтобы понять ее оригинальность, достаточно сравнить ее с «Брачным кодексом» 1829 года: на фоне бальзаковской книги «Брачный кодекс» выглядит как сценарий (чтобы не сказать краткий пересказ содержания) на фоне романа. Автор «Кодекса» отпускает более или менее удачные, но не слишком глубокие шутки; Бальзак тоже шутит, но шутки у него перемежаются глубокими и тонкими размышлениями о человеческой психологии. Кроме того, книга Бальзака имеет свой «сюжет»: от свадьбы через разнообразные испытания и попытки избежать адюльтера или хотя бы отсрочить его – к эпохе «вознаграждений» (хотя на эту сквозную линию нанизываются многочисленные отступления и вставные анекдоты, все-таки она соблюдается неуклонно). На этом фоне «Кодекс» – явный плод того, что в ХХ веке было названо «бриколажем»; короткие главки приставляются одна к другой в полном беспорядке, а затем вообще сменяются длинной подборкой статей Гражданского кодекса, касающихся брачных уз.

Важно и другое отличие: бальзаковская книга называется не «Кодексом», а «Физиологией», и не потому, что в 1829 году один «Брачный кодекс» уже вышел из печати. А также не потому, что таким образом был определен жанр книги: в 1829 году слово «физиология» еще не употреблялось в качестве жанрового обозначения миниатюрных иллюстрированных описаний того или иного человеческого типа, предмета или установления[13]. Такие «Физиологии» начали выходить десятью годами позже бальзаковской книги, и некоторые из них («Физиология первой брачной ночи», «Физиология обреченного», «Физиология рогоносца» и др.) развивали отдельные ее темы[14]. Бальзак назвал свою книгу «Физиологией брака» в первую очередь ради того, чтобы отослать читателя к другой книге, впервые опубликованной в декабре 1825 года и почти сразу сделавшейся очень популярной. Это «Физиология вкуса», автор которой, Жан-Антельм Брийа-Саварен, в форме полушутливого-полусерьезного трактата попытался исследовать такую важную сферу человеческой жизни, как еда.

«Физиология брака» обязана «Физиологии вкуса» очень многим, начиная с названия и деления не на главы, а на «размышления» (méditations), причем у Бальзака, как и у Брийа-Саварена, этих «размышлений» в книге ровно тридцать. Автор «Физиологии вкуса» почерпнул термин «размышления», конечно, не из нашумевшей новинки 1820 года – «Поэтических размышлений» (Méditations poétiques) Ламартина, а из куда более старинных «Метафизических размышлений» (Méditations métaphysiques) Декарта, изданных впервые в 1641 году, однако можно предположить, что Бальзак, который в своей «Физиологии» отказывается следовать за «романтиками, закутанными в саван» (с. 78), употреблением этого слова не только подчеркивает преемственность по отношению к Брийа-Саварену, но и иронизирует над модным Ламартином, ибо предмет бальзаковских «размышлений» совсем не тот, что у меланхолического поэта.

«Физиология» Брийа-Саварена, как и «Физиология» Бальзака, вышла в свет анонимно; на титульном листе книги Брийа-Саварена было выставлено: «Сочинение профессора, члена многих ученых обществ», у Бальзака место профессора занял холостяк («изданные молодым холостяком»). Кроме того, по-видимому, именно в память о Брийа-Саварене, который в своей книге систематически именовал себя профессором, а книгу свою аттестовал как первый опыт гастрономической науки, Бальзак то и дело называет себя профессором или доктором брачных наук, а свой текст – плодом научных изысканий. У Брийа-Саварена Бальзак заимствовал и некоторые другие приемы: использование пронумерованных афоризмов, содержащих квинтэссенцию авторской премудрости (но у Брийа-Саварена они собраны в начале книги, а у Бальзака разбросаны по тексту), и завещание некоторых тем потомкам. Налицо и тематическое родство: автор «Физиологии вкуса» завещал грядущим поколениям не что иное, как исследование плотской любви и стремления к продолжению рода, то есть в определенном смысле ту тему, которой занялся автор «Физиологии брака».

Наконец, Брийа-Саварен для пущей научности поставил в подзаголовок своей «Физиологии» слова «Размышления о трансцендентной гастрономии», и в этом Бальзак также идет по его стопам: свои размышления он называет

wmg-logo
Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату