общественности в деле закручивания гаек. В деле развязывания новой войны прямо здесь, на родине. Чтобы согнать на работы больше людей. Дел заявил, что с трудом верит, будто президент позволил оторвать себе взрывом бомбы руку, только чтобы манипулировать общественным мнением. Бето возразил, что президент оторвал бы себе и не такое, лишь бы убить ту леди, которая была вице-президентом, поскольку она являлась главным его врагом.

Один из парней признался, что был участником сопротивления. Фред сказал, что леди звали Максина Прайс, и он находился в Новом Орлеане, когда она возглавила народ, чтобы захватить город. Он сказал, что присоединился к восставшим и застрелил трех солдат федеральной армии, и это доставило ему удовольствие.

Сиг спросил у остальных, что имел в виду следователь, сказав, что ему придется отправиться в Детройт. Все притихли. Затем ему рассказали про трудовые лагеря. Судя по рассказам, эти лагеря были совсем не похожи на то, что Сиг видел в Канаде. Старые заводы, на которых заключенных заставляют работать бесплатно, собирать машины для войны.

На четвертый день пребывания в лагере Сиг сделал нож. Сначала это был не нож. Это был кусок арматуры, который Сиг обнаружил в той же самой трещине, где нашел игрушечного человечка. Ему удалось откопать его и отломить полоску чуть длиннее пальца, а затем заточить на камне, который он нашел в старой бетонной кадке для растений во дворе. Само обладание ножом придавало Сигу уверенности, когда охранники грубо обращались с ним.

На седьмой день пребывания в лагере, когда остальные задержанные после ужина слонялись без дела по двору, Сиг сбежал.

На мысль его навело наблюдение за белками. Белкам нравилось прыгать через ограду, которая не являлась для них сколько-нибудь серьезным препятствием. На глазах у Сига одна белка прыгнула с дерева за оградой на крышу, схватила там желуди, упавшие с другого растущего рядом дерева, после чего перепрыгнула обратно, используя ограду как промежуточную опору.

Дел пошел вместе с ним. Самир сказал, что еще не хочет умирать.

Они дождались, когда охранники отправятся ужинать. Самир встал на стреме. Сиг и Дел поставили койку Сига вертикально у стены и выбрались из комнаты через дыру в потолке, прорезанную Сигом накануне. Они тащили с собой на плече одеяла. Когда пришлось ползти, Дел едва втиснулся в узкий проход. Сиг не стал его ждать. Они проползли на четвереньках по вентиляционной шахте до выхода на крышу и выбрались на открытый воздух. Сиг ожидал в любой момент услышать выстрелы, но охранники на вышке были заняты приемом нового заключенного.

Сиг увидел черные грузовики, проезжающие по шоссе мимо торгового центра.

В том месте, где ограда ближе всего подходила к задней стене здания, беглецы бросили на нее свои одеяла, чтобы закрыть колючую проволоку. Бросок Дела получился прицельным, а вот у Сига одеяло улетело слишком далеко, через ограду.

– Очень плохо, – заметил Дел.

Сиг все равно отошел назад, разбежался и прыгнул.

Колючая проволока, словно заостренная застежка-липучка, вцепилась в тюремный костюм, обдирая руку и плечо.

Дел даже не допрыгнул до ограды.

Проклятие!

– Беги один! – крикнул Дел, со стоном корчась на земле.

Шум проволочной ограды под тяжестью тела Сига, упавшего на нее, подобно большой обезьяне, привлек внимание охранников, но прилетевшие пули лишь попали в клочья хлопчатобумажного костюма, застрявшие на колючей проволоке, а сам Сиг уже успел спрыгнуть на землю со своего временного насеста.

Ветка дерева, на которую он упал, сломалась под его тяжестью, и он больно упал на замерзшую землю. Но тотчас же поднялся на ноги. Все кости целы. Одеяло валялось рядом, и Сиг подобрал его с земли.

Он оглянулся. За проволочной оградой Дел стоял на коленях, сложив руки на затылке, и кричал, чтобы в него не стреляли, а охранники бежали к нему из-за угла и по крыше.

Сиг побежал. Он услышал позади выстрелы, но голоса Дела больше не слышал.

За Сигом тотчас же организовали погоню, но он уже скрылся в зарослях, тянущихся вдоль проселочной дороги. Он слышал позади преследователей, когда полз среди высокой травы, выбитых дверей и заросших садов. В ту ночь он избежал пленения, потому что передвигался от одного укрытия к другому, словно полевка, спасающаяся от ястреба.

Сиг радовался тому, что охранники только через полчаса спохватились и пустили по его следу собак.

Обрывками желтого тюремного костюма он перевязал раны. Они немного кровоточили, но все будет в порядке. Затем Сиг вырезал посреди одеяла дыру и сделал из него пончо. Он подумал о том, где раздобыть одежду, если он доживет до утра.

Позднее, скрючившись в туалетной кабинке за заброшенным магазином к югу от пограничной зоны, Сиг гадал, правду ли говорили сотрудники канадской полиции. Что якобы в небе летают роботы, способные увидеть и проследить человека в темноте и убить его прежде, чем он вообще заметит их присутствие. Сиг подумал, что, если он в достаточной степени замерзнет, тепловые камеры летающих роботов его не обнаружат.

4

Когда Сигу было шесть лет, его мать арестовали за участие в протестах. Полицейские сказали, что она подозревается в террористической деятельности. За ней приехали семь человек в костюмах на черном джипе. Мать сказала, что ее просто хотят заставить замолчать.

Она бесследно исчезла.

Как и отец Сига. Тот ходил через северную границу, занимался контрабандой и браконьерством. Поэтому судья отправил Сига в Школу для мальчиков.

Школа для мальчиков размещалась в бывшем летнем лагере на берегу маленького озера неподалеку от Дулута. Туда суд отправлял трудных подростков, чтобы штату не нужно было платить за заботу о них.

Заведовал Школой для мальчиков бывший морской пехотинец, который до того работал директором летнего лагеря, а затем решил, что можно будет перейти на круглогодичную работу, занимаясь проблемными детьми в рамках государственного контракта на деньги лютеранского братства. Его звали Барни Кукла. До того он был учителем физкультуры в старших классах школы в Северной Дакоте.

Школа для мальчиков была для детей чем-то вроде службы в морской пехоте. Раз в неделю Барни устраивал смотр, после чего награждал сладкой шипучкой тот домик, где было лучше всего убрано. Иногда Барни даже бросал на заправленную кровать монетку в четверть доллара, проверяя, как высоко она подлетит от натянутого одеяла. Со смотрами у Сига дела обстояли неважно. Гораздо лучше у него получались стрельба из лука, ориентирование и гребля. И еще он неплохо изготавливал разные поделки из кожи и кости.

По выходным устраивали всевозможные игры – такие, какие только приходили в голову Барни и другим наставникам. Все началось с игры «Захвати флаг», раскинувшейся на всех ста акрах, занимаемых лагерем, после чего пошли всяческие безумные вариации. В «Пограничной охране» одна сторона стремилась тайком протащить чемоданы, набитые камнями, через «границу», обозначенную

Вы читаете Тропик Канзаса
Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату
×