wmg-logo

оставить его она тоже не хотела. Возможно, он бывает резок, однако положение любовницы Рольфа д'Амбера оказалось гораздо лучше, чем то, на которое она могла рассчитывать. С ней обращались учтиво, почти так, как будто она была хозяйкой крепости Круел. Здесь она обладала такой же властью, как любая жена владельца, и это пришлось ей по душе. Здесь не было другой женщины высокого положения, только служанки, не было той, которой она должна прислуживать. Здесь был только Рольф, а он не просил у нее ничего из того, что она сама не хотела бы дать.

Однако Амелия не питала иллюзий относительно такого положения. Здесь у нее было все, что ей требовалось, но так будет, пока это устраивает Рольфа. Когда сочтет нужным, он отправит ее назад ко двору, и она ничего не сможет сделать. Она могла только оттянуть это время и выманить у него как можно больше подарков, драгоценностей, чтобы при расставании могла купить в Лондоне дом, в котором стала бы предлагать свои прелести.

Если сейчас Рольф отвергнет ее, ей придется вернуться к принцессе или заняться поисками нового любовника. Амелия понимала, что никогда не сможет найти такого мужчину, как Рольф, готового ввести ее в свой дом. Сейчас ей это удалось только потому, что у него не было жены.

Было уже поздно, когда Рольф вошел в свои покои и обнаружил Амелию, глубоко зарывшуюся на его просторной кровати. Она не спала. Амелия следила за ним, когда он прошел через всю комнату к угасавшему в очаге огню. Он не посмотрел в ее сторону, и, заметив хмурое выражение его лица, она промолчала. Не размышляет ли он о том, как сказать ей, что они должны расстаться?

— Амелия, помоги мне снять панцирь. Я уже отправил прочь моего бестолкового оруженосца.

Значит, он знал, что она здесь и что она не спит. Эта простая просьба сказала ей так много, что она едва не рассмеялась. Он не забыл о ней! Он намеревается разделить с ней постель. Она поняла, как он относится к своей будущей жене, раз таковы были его намерения в ночь накануне свадьбы.

Амелия выскользнула из постели. Она не стала надевать ночную рубашку. Это была крупная, будто статуя, женщина двадцати трех лет от роду, с красивой фигурой, которой она гордилась.

Ей не было нужды пользоваться скрытыми под одеждой ухищрениями, чтобы производить ошеломляющее впечатление в плотно облегающих повседневных туалетах. Нагой она держалась гордо, каштановые волосы ниспадали по спине, в зеленых глазах таился соблазн.

Рольф смотрел, как она медленно приближается. Она сразу же почувствовала, какое воздействие оказывает на него.

— Сядь, мой господин, — промурлыкала она. — Я не такая высокая, чтобы снять с тебя тяжелую кольчугу.

Усмехнувшись, Рольф подошел к табуретке, стоявшей возле очага. Амелия взялась за нижний край кольчуги и приподняла его, потом, когда он сел, сняла ее. Некоторые рыцари во время боевых походов не снимали доспехи помногу дней, и от них исходила вонь посильнее, чем от нечищеного стойла, но, насколько ей было известно, с Рольфом так не бывало. Сейчас от него исходил запах пота, его собственный приятный запах.

— Ты отсутствовал несколько дней, Рольф, — произнесла она, слегка наклонившись, чтобы развязать шнуровку на панцире. — Я уже подумала, увижу ли тебя еще хотя бы раз до твоей свадьбы.

Он фыркнул, и Амелия с радостью отметила это про себя. Не слишком ли она рискует, говоря о свадьбе?

— Сэр Эварард был занят на охоте, чтобы добыть припасы к празднику, — продолжала Амелия. — Я же следила за тем, чтобы убрали зал, потому что твой управляющий был слишком занят.

Это была не правда. Она никогда не снисходила до того, чтобы присматривать за слугами, но Рольф этого не знал. Она хотела дать ему понять, что не возражает против его брака, что готова помочь.

После этого Амелия сняла с него сорочку и нижнюю рубашку, умышленно двигаясь так медленно, что Рольф силой посадил ее себе на колени еще до того, как она успела отложить его одежду в сторону Притворяясь недовольной, она взвизгнула, и Рольф впился горячим поцелуем в ее губы.

Она почувствовала, как он распалился, но это ее не тронуло, хотя она и испытала удовлетворение, поняв, как страстно он желает ее. Амелия отклонилась назад, упираясь руками в его грудь, чтобы он не смог опять прильнуть к ее губам.

— Значит, ты по-прежнему жаждешь меня? — спросила она.

— Что за глупый вопрос? — Он нахмурился. — Разве тебе кажется, что это не так?

— Узнав о твоей свадьбе, мой господин, я не была уверена, что ты будешь и дальше испытывать такое же желание, — тихо, как бы горестно ответила она.

— Тебе не стоит думать об этом, — резко отозвался Рольф.

— Но 'я вынуждена это делать, мой господин. Я так боялась, что ты отправишь меня прочь. — На ее глазах выступили слезы, явно рассчитанные на жалость.

— Зачем бы я поступил так?

Затея Амелии едва не провалилась, когда на ее лице появилось удивленное выражение, но она быстро взяла себя в руки.

— Я хочу остаться, Рольф, однако… у твоей жены, может быть, найдется, что сказать о таком положении.

— Она ничего не скажет.

— Раз ты так говоришь, значит, не представляешь, что такое женская ревность. Если она узнает, что ты хоть каким-то образом оказываешь мне знаки внимания, то потребует удалить меня.

— Здесь она ничего требовать не станет, — уверенно ответил он. — Моя воля станет и ее волей.

— Но ты, Рольф, не всегда бываешь здесь, — подзадорила его Амелия. — А если она окажется жестокой? А если она будет бить меня?

Он оскалил зубы.

— Тогда и ее изобьют. Я не допущу, чтобы мои люди жили в страхе перед их хозяйкой. Она ждала не такого ответа.

— Но как я смогу защититься от ее гнева, если тебя не будет дома? — настаивала Амелия.

— Амелия, ты тревожишь себя без причины. Она здесь не будет распоряжаться. Я женюсь на ней всего лишь ради ее земли.

— Это правда? — Она не смогла скрыть удивления, и Рольф засмеялся.

— Дорогая, если бы я возжелал ее, тогда ты была бы мне не нужна.

Амелия усмехнулась — от испытанного чувства облегчения у нее даже закружилась голова.

— Завтра на свадьбу сюда соберется много гостей. Что ты скажешь им…

— Что ты — моя управительница.

Она обхватила его за шею руками и прижалась своей упругой грудью к его груди.

— Значит, Рольф, мое положение здесь не изменится? Слуги должны по-прежнему повиноваться мне и…

— Женщина, ты слишком много болтаешь.

Рольф прижался к ее губам. Он понял смысл ее хитрой затеи, и она развеселила его. Однако если бы он не нуждался в этом развлечении, он бы не развеселился, потому что был не из тех, кого можно использовать в своих целях. Если бы он не хотел дать ей желаемое, то момент ее обращения с просьбой не имел бы значения. Он не хотел зависеть от плотских утех.

По мнению Рольфа, женщины были глупыми существами, пригодными только на то, чтобы шить, сплетничать и создавать неприятности. Его мать и дамы из ее окружения объяснили ему это. Все женщины пользовались постелью для того, чтобы добиваться своего. Многие годы он наблюдал, как его мать прибегала к уловкам в отношениях с его отцом. То же самое он видел при каждом королевском дворе, где ему приходилось бывать. Он взял за правило никогда не давать женщине того, что она просила, если просьбу свою высказывала в спальне.

Закончив беседу с Амелией, Рольф выбросил ее из головы. Раз Амелия больше не отвлекала, его мысли обратились к тому, что так глубоко его беспокоило. В приступе ярости он решил, что ему нужна Леони Монтвинская. Еще одна вспышка ярости привела его к королю, чтобы заполучить ее. Теперь, когда гнев оставил его, Рольф преисполнился опасениями.

Ему не нужна жена, которой он не мог бы гордиться и кого никогда не полюбил бы. Он решил оставить ее безвыездно жить в Першвике, сказав себе, что основание тому — причиненные ему неприятности, но в

wmg-logo
Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

288

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату