Загрузка...

Мигель де Сервантес

ВДОВЫЙ МОШЕННИК, ИМЕНУЕМЫЙ ТРАМПАГОС

Лица:

Мошенники: Т р а м п a г о с, Ч и к и з н a к е, Х у а н К л a р о с.

В а д е м e к у м, слуга Трампагоса.

Женщины легкого поведения: Р е п у л и д а, П и с п и т а, М о с т р е н к а.

Э с к а р р а м а н, пленник.

Два м у з ы к а н т а.

М о ш е н н и к.

Комната.

Входят Трампагос в траурной мантии, Вадемекум, его слуга, с двумя рапирами.

Т р а м п а г о с.

Вадемекум!

В а д е м е к у м.

Сеньор.

Т р а м п а г о с.

Принес рапиры?

В а д е м е к у м

Принес.

Т р а м п а г о с.

Ну, ладно. Дай, а сам подиИ принеси с высокой спинкой креслаИ мебели другой домашней, стульев…

В а д е м е к у м

Каких же стульев? Разве есть они?

Т р а м п а г о с

Ну, ступку принеси большую, щит,Скамью из-под постели.

В а д е м е к у м

Невозможно:Она без ножки.

Т р а м п а г о с

Но порок ли это?

В а д е м е к у м

Не малый.

(Уходит.)

Т р а м п а г о с

Перикона, Перикона!Моя и всей компаньи! Наконец,Не наша ты. Остался я, а ты исчезла.И вот что худо: я не знаю, где ты!Соображая жизнь твою, конечно,Поверить можно, что себе и там тыНайдешь местечко; но нельзя наверноОпределить твой стул в загробной жизни!Но без тебя мне жизнь и здесь мертва.Зачем я не был у твоей подушки,Когда твой дух из тела отлетал,Чтобы принять его[1] устамиИ заключить его в своем желудке! Изменчиво, непрочно наше счастье;Сегодня — Перикона, завтра — прах,Как говорил один поэт славнейший!

Входит Чикизнаке.

Ч и к и з н а к е

Сеньор Трампагос, да возможно ль это?Возможно ль быть таким врагом себе:Зарыться заживо, похоронитьсяИ скрыть под этой мрачной байкой солнцеМошенников? Сеньор Трампагос, баста,Довольно стонов, воздыханий! СлезыБегущие обеднями сменитеИ подаяньем. Теплые молитвыВеликой Периконе там, на небе,Нужнее ваших стонов и рыданий.

Т р а м п а г о с

Толкуете вы, точно богослов,Мой сеньор Чикизнаке; я иначеСмотрю на дело, вы поймите это…[2]Поговорим о новомПриеме фехтованья.

Ч и к и з н а к е

Со[3] Трампагос,До фехтованья ли теперь? НахлынетСегодня с выраженьем сожаленьяНароду всякого. Так где уж фехтованье?

Входят Вадемекум со старым, негодным креслом.

В а д е м е к у м

Вот это хорошо! Да, без рапирыМой сеньор жить не может: отнимите — Так он умрет, ему и жизнь не в жизнь!

Т р а м п а г о с

Поди сходи за ступкой и скамейкой,Да не забудь про щит-то, Вадемекум!

В а д е м е к у м

Уж кстати вертел, сковроды и блюда.

(Уходит.)

Т р а м п а г о с

Попробуем мы после тот приемЕдинственный, как думаю, и новый.Теперь печаль об ангеле моемМеня лишает рук и даже смысла.

Ч и к и з н а к е

А скольких лет несчастная скончалась?

Т р а м п а г о с

Между соседок и знакомых тридцатьДва года ей.

Ч и к и з н а к е

Цветущий самый возраст.

Т р а м п а г о с

По правде-то пошел ей пятьдесятСедьмой годок; но как она умелаСкрывать года, так это удивленье!Какой румянец свежий! Что за кудриПод золото подделанных волосСеребряных! В том месяце шестогоЧисла исполнится пятнадцать летСовместной жизни нашей, и ни разуНи в ссору не ввела меня, ни в дело,Которое ведет под[4] плечи.Пятнадцать постов, коль не ошибаюсь,Прошло с[5] пор, как милая мояМоею стала нежною подругой.И в посты, без сомнения, звучалоВ ее ушах немало наставлений,

Но она всегда из любви ко мне оставалась тверда, как против волн подвижного моря неподвижная скала.

И сколько раз, бедняжка, выходяИз страшной пытки покаянной брани,Молитв и слез, потея, говорила:«Трампагос мой, дай бог, чтоб в искупленьеГрехов моих пошло, что за тебя яПереношу теперь, мое блаженство».

Ч и к и з н а к е

Несокрушимой твердости пример!Ей там воздается.

Т р а м п а г о с

Это без сомненья!И ни одной слезы в своих молитвахНе пролили ее глаза ни разу.Как бы из дрока иль кремня душаБыла у ней.

Ч и к и з н а к е

О, женщина такаяГречанок, римлянок великих стоит!А от чего скончалась?

Т р а м п а г о с

От чего?Почти ни от чего. Мне говорили,Что ипохондрия у ней и печеньПоражена, но если бы пилаИз тамаринда воду, прожила быЗа семьдесят.

Ч и к и з н а к е

И не пила она?

Т р а м п а г о с

Скончалась.

Ч и к и з н а к е

Очень глупо поступила:Кабы пила до страшного суда,Так бы жила доселе. Не потела:Ошибка в том!

Т р а м п а г о с

Одиннадцать потовСошло с нее.

Входит Вадемекум со стульями.

Ч и к и з н а к е

Хоть раз бы, да хороший.

Т р а м п а г о с

Да все почти хорошие. ВсегдаСвежа была, как дерево грудное,Здорова, точно груша или яблонь.

Ч и к и з н а к е

Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату