Загрузка...

Вера Ольховская

Горе в решете

Солнечные лучи ласково освещали большой номер пятизвёздного отеля. Свежий морской воздух проникал сквозь тончайшие занавески. Вид из окна открывался прямо на океан, бирюзовые волны которого простирались до самого горизонта. На балконе в белоснежном плетеном кресле сидела стройная женщина. Она лениво перелистывала страницы журнала мод и потягивала через трубочку свежевыжатый сок. Ладную фигурку едва скрывал коротенький шифоновый сарафан, под которым был яркий купальник. Стеклянная дверь, отделяющая комнату от балкона, чуть слышно отъехала в сторону. В проеме появился довольно высокий мужчина старше пятидесяти лет, крепкого телосложения.

– Миша, мы сегодня выберемся на пляж или так и будем в номере тосковать?! – не оборачиваясь, обратилась к вошедшему женщина.

Михаил Сергеевич Кожухов остановился и начал приминаться с ноги на ногу, словно застоявшаяся лошадь, потом тяжело вздохнул и сел рядом с женщиной.

Она отбросила журнал в сторону.

– Говори, что случилось, я же вижу, что-то не так!

– Понимаешь, тут такое дело… – неуверенно начал Михаил.

Милена резко обернулась, мягкое выражение лица мгновенно сменилось суровой гримасой. Такое случалось нечасто, но супруг прекрасно знал, что за этим последует.

Довольно жесткий, если не сказать суровый бизнесмен Михаил Кожухов, который сметал на своем пути все препятствия, превращался в талое мороженое при виде обиженной молодой жены. Он был готов абсолютно на все, только бы его красавица жена не таила на него обиду. Один раз он даже вырядился в клоуна и буквально вполз в ее комнату с букетом цветов в зубах, чтобы вымолить прощение за совершенно безобидное ласковое прозвище, которым он имел неосторожность назвать Милену. В порыве страсти он назвал ее пупочкой, из-за чего та устроила настоящую истерику со слезами и битьем всего, что попалось под руку.

– Я пупочка? Вся такая толстая, круглая? Так и скажи, что я бесформенная корова! Все напрасно, все мои старания, труды, все без толку! – билась в рыданиях Милена.

Михаил опешил, пытался убедить жену, что у той безупречная фигура и этим случайно вырвавшимся словечком он нисколько не хотел ее обидеть, а совсем наоборот. Но Милена продолжала рыдать.

Михаил был готов на все, лишь бы не видеть ее слез. Если бы кому-то из его знакомых сказали, что могущественный олигарх Кожухов расхаживает перед своей женой в костюме клоуна и называет себя старым тупым ослом, никто бы никогда не поверил! Молодая красавица жена была слабостью Кожухова. Для него это был второй брак и уже отнюдь не юный Михаил дорожил им. Его первая жена трагически погибла. Он любил ее и после несчастья не собирался когда-либо связывать себя узами Гименея, но человек предполагает, а Господь располагает!

Новая избранница Михаила, тридцатилетняя красавица, вскружила голову успешному бизнесмену. До последнего момента он искренне считал, что Милене не больше двадцати и даже чувствовал себя неловко от того, что девушка годится ему в дочери, а когда узнал настоящую дату ее рождения, даже обрадовался. Но вместе с тем удивился, ну не может тридцатилетняя женщина так выглядеть! Стройная, подтянутая, без единой морщинки. И дело даже не в этом – в ее глазах светилась молодость, голос был просто как у школьницы. Не удивительно, что истосковавшийся вдовец не смог отпустить ее от себя.

С момента торжественной регистрации брака прошло почти три года, и все это время Михаил жил, словно на бочке с порохом. Нет, Милена была идеальной женой, любящей, заботливой. Если и устраивала сцены, то только когда дело касалось ее внешности. Она могла просто впасть в коматозное состояние, увидев у себя намек на морщинку. Кожухов боялся ее потерять, боялся еще раз лишиться любимой женщины. Когда у Милены портилось настроение, Михаил откладывал деловые встречи, поручая своим помощникам разбираться с текущими делами, а сам мчался домой развеивать хандру любимой.

Он ни разу не усомнился в правильности своего выбора, Милена отвечала ему взаимностью. Кроме того, что она имела потрясающую внешность, у нее был золотой характер, по крайней мере, так утверждал Кожухов, когда в кругу друзей речь заходила о женах. Опять же со слов Михаила Сергеевича, Милена была очень умна, рассудительна и порядочна. В общем не супружеская пара, а батончики «Твикс», сладкие, шоколадные и всегда вместе.

Было только одно, что огорчало супругов. Ни разу не приревновавшая своего мужа к другим женщинам, Милена неистово ревновала его к работе. Она постоянно твердила, что Мишенька не жалеет себя, не заботится о своем здоровье, слишком много времени проводит на рабочем месте, что в конечном итоге пагубно скажется на его здоровье. Конечно, Кожухову была приятна такая забота, но уделять меньше времени своему делу он не мог, положение обязывало.

Вот и теперь, сидя на балконе роскошного отеля, Михаил собирался силами, чтобы сообщить жене неприятную новость. Он старался подобрать слова, дабы не огорчить ее, хотя понимал, что в любом случае слезы и обида обеспечены.

– Не тяни, – тоном строгой няни поторопила его Милена.

– Солнышко, поверь, мне очень неприятно об этом говорить, но, видимо, нам придется вернуться домой.

Плавным движением Милена подняла темные очки и растерянно посмотрела на мужа. На холеном лице явно читалось: «Я чего-то не поняла?» От такого взгляда Михаилу захотелось сгрести любимую женщину в охапку, никуда ее от себя не отпускать и плюнуть на все на свете, но из всего вышеперечисленного, он мог лишь обнять жену.

– Мне только что позвонили с работы, я должен быть там, это очень важно, – ласковым голосом сказал Михаил.

– Снова он? – оттолкнув мужа, спросила Милена.

– Ну вот, ты опять обиделась!

– Ну вот, он опять сорвал тебе отдых! – парировала супруга. – Миша! Ты совершенно не жалеешь себя, работаешь, извини, конечно, за выражение, как цирковая лошадь! В конечном итоге подорвешь здоровье, так нельзя! Вспомни, сколько мы с тобой мечтали об этом отпуске. Тебе надо отдохнуть, прийти в себя, набраться сил. За десять дней ничего не изменится! Там полно взрослых мужиков, они получают такую зарплату, неужели не могут сами разобраться с делами?

– Кисонька моя, на этот раз дело действительно серьезное, я должен присутствовать на совете директоров, иначе он пустит нашу фирму по ветру!

Глубоко вздохнув, Милена откинулась в кресле.

– Дорогой, у тебя столько денег, что пустить тебя по ветру очень и очень затруднительно!

– Э, не скажи! Этим акулам только каплю крови дай, мигом сожрут и не подавятся! Не все так бескорыстны, как ты, людям всегда мало того, что у них есть, подавай все больше и больше! Ты не подумай, я не жмот, не о деньгах пекусь. Это ведь дело моей жизни, которое со временем перейдет моему сыну, и, дай Бог, нашему ребеночку тоже, ты ведь подаришь мне ребенка?

– Я давно заметила, как только речь заходит о твоей компании, ты тут же начинаешь требовать, чтобы я родила тебе ребенка! Неужели ты думаешь, что если я не рожу, то перестану интересоваться тобой? Миша, ты для меня дороже всех на свете, и я прошу, нет, требую, чтобы ты внимательней к себе относился! Ты не должен никуда ехать, и точка!

Милена решила воспользоваться запрещенным приемом, пустить слезу, зная, что муж не выносит ее слез. Но как назло ни капли соленой жидкости из глаз не вытекло, то ли от злости, то ли еще от чего. Раздосадованная этим фактом, она поднялась и пошла в комнату, придумывая очередную тираду для непослушного мужа. Михаил потрусил следом, тоже придумывая доводы, которые смогли бы подействовать на супругу.

– Ты просто не понимаешь всей серьезности сложившейся ситуации. Антон собирается продать десять процентов акций иностранным инвесторам, уму непостижимо! – бухтел Михаил Сергеевич.

– Ну и что в этом страшного? – пожала плечами Милена.

Кожухов посмотрел на нее, как на неразумного ребенка.

– Миленочка, это более пятисот миллионов долларов, а самое главное – иностранные партнеры получат места в совете директоров!

Вы читаете Горе в решете
Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату