собрался выкупить долги агентства «Элит», которым руководил Найджел Резерфорд.

Замысел окончательно оформился, когда он увидел Софи в свете венецианского великолепия. Наблюдая за беспечно попивающей шампанское Софи, он спешно обдумывал план, коварство которого будоражило воображение. Он так и не смог простить малышке Софи, что она отважилась стать единственной женщиной, бросившей его. Его поражение требовало реванша, а судьба предоставляла такой соблазнительный шанс.

Было ли случайностью то, что семь лет назад, отправившись в Россию на следующий день после ужина с Софи и намереваясь не возвращаться больше в это лето на Сицилию, он все-таки оказался там вновь через неделю? Пять дней, загруженных работой в России, хлопотный день в Риме, катастрофический ужин с бывшей пассией. Последовавшую рутину нарушило известие от доктора Фоскари, который сообщал, что некоторые результаты медицинского обследования требуют проведения дополнительных анализов.

Опасения врачей вызвали параметры уровня тестостерона, позволяющие заподозрить рак яичек. Рассуждения доктора о том, что эта форма рака является широко распространенной среди мужчин в возрасте от двадцати до сорока пяти, сразили Макса наповал, невзирая на оговорку о высоком проценте полностью излечившихся больных. Обосновывая необходимость более тщательного обследования, доктор Фоскари порекомендовал не драматизировать ситуацию и пообещал в случае необходимости подключить к лечению лучших специалистов Рима.

Увещевания оказались малоэффективными, и Макс покинул клинику со страхом, затаившимся в поджилках. Сильнее всего его покоробила мысль, что он вообще может быть подвержен каким-либо недугам, тем более в таком месте. В поисках помощи он устремился к Джине — онкологу и просто близкому человеку. С тех пор как их родители поженились, их с Джиной связывали узы, не уступавшие по прочности кровным. Сводная сестра была всего на год старше Макса, и общность интересов обнаруживалась буквально во всем.

Во время ленча Макс узнал массу душераздирающих подробностей о возможном протекании заболевания, поведанных ему с использованием хитроумных медицинских терминов. И чем убедительнее Джина советовала ему не паниковать, тем исступленнее становился его страх. Красочно изложенный перечень возможных побочных эффектов от курса лечения заставил зашевелиться волосы на голове Макса. В довершение всего сестра направила его на консультацию к лучшему из специалистов, которым, по ее профессиональному мнению, являлся не кто иной, как… доктор Фоскари. Круг замкнулся, и Макс оказался в жестких тисках реальности. Оказывается, он слаб и уязвим, как простой смертный. Нонсенс!

Джина по своей докторской привычке спокойно констатировала, что, пока он не чувствует немотивированной усталости и не жалуется на отсутствие эрекции, беспокоиться нет причин, но (на всякий случай) посоветовала заморозить сперму. И тут произошло нечто ужасное… Макс внезапно ощутил себя смертельно больным человеком. Он явственно почувствовал, как жизненные силы стремительно оставляют его. Джина печально посмотрела на его анемичное, искривленное паникой лицо и синюшные, отбивающие дробь пальцы и поклялась, что поднимет на ноги ради его спасения весь цвет медицинской науки как в Европе, так и за океаном. А затем, прихлебывая кофе, посоветовала хорошо провести выходные.

Расставшись с Джиной после ленча, он будто в полусне побрел в свой офис. Макс привык думать о себе как о человеке, не знающем преград и поражений. А тут, начав подводить преждевременные итоги, ощутил себя аутсайдером, который не столь уж многого достиг в своей сумбурной жизни. Умри он завтра, по большому счету ничего не изменится, разве что несколько близких родственников и друзей наденут траур. Ему отчаянно захотелось оставить после себя какой-нибудь яркий след или, на худой конец, наследников. Тем более что с его заболеванием он может вообще остаться без детей! И тогда он вспомнил о малышке Софи, о личном самолете и безотказном пилоте, который в любой момент мог доставить его на Сицилию. А что до обещания, данного Алексу, то Макс не считал себя обязанным перед кем-либо оправдываться, а уж перед старым своим другом Алексом и подавно. Как знать, может быть, Софи суждено стать последней женщиной в его жизни!

Сицилия, отель «Куинтано», бассейн, а в нем девушка в розовом бикини — Софи Резерфорд. Молодая, красивая, желанная девушка. Девушка, с которой не будет проблем. Вот она вынырнула из воды и расположилась на шезлонге.

— Привет, Софи. Загораешь?

— О, Макс! Я не знала, что ты вернулся, — резко обернувшись на его голос, она приподнялась на локтях.

Влажные сверкающие волосы были одним движением головы отброшены назад, и она одарила его лучезарной улыбкой. Оливковые в полуденном свете глаза сияли восторгом. Другого приема Макс не ожидал.

— Смею ли я надеяться, что ты свободна сегодня вечером? — изобразил неуверенность Макс. — Мы могли бы устроить пикник на побережье.

— Конечно, я с удовольствием! — воскликнула Софи. И у Макса не было иного желания, кроме как обхватить и поцеловать это соблазнительное создание. Ему мешало лишь присутствие у бассейна постояльцев отеля.

— Вот и договорились. Заеду за тобой в восемь!

Софи завороженным взглядом провожала удаляющегося возлюбленного, в мгновение ока забыв все треволнения проведенных без Макса дней.

— Что это за место? — спросила Софи, когда, заглушив двигатель и достав из багажника корзину с провизией, он помог ей выбраться из автомобиля.

— La Porto Piccolo, — нараспев по-итальянски ответил Макс и взглянул на нее с нахальной улыбкой мужского превосходства. — Эта бухта — любимое местечко моего друга Франко. Когда нам было по девятнадцать, мы на пару приобрели нашу первую яхту и водили сюда подружек, подальше от родительской опеки. Яхта не бог весть какая, но воспоминания с ней связаны самые упоительные, — с мальчишеской гордостью расписывал Макс прежние подвиги, почему-то совершенно не боясь вызвать у нее чувство неловкости или ревности.

— Расположимся здесь? — оказавшись на борту яхты, спросила Софи, указывая на столик и два стула, стоящие на палубе. Она предпочла не показывать вида, что ей не слишком льстит перспектива пополнить список одержанных им здесь любовных побед.

— Почему бы нет? Сегодня чудесная ночь, и она станет еще лучше, если мы начнем с ужина на палубе, — вкрадчиво начал Макс свою виртуозную игру, обхватив красавицу за талию и пропуская между пальцами шелковистые пряди червонных в зареве заката волос. — Ты не представляешь, как я хочу доставить тебе наслаждение, — нежно шепнул он ей на ухо.

— Мне приятно все, что ты делаешь, — без тени кокетства проговорила Софи, положив свои узкие ладошки на его широкую грудь. — Я без тебя очень скучала, боялась, что больше никогда не смогу прикоснуться к твоим непослушным волосам. И теперь счастлива, что ты вернулся.

— Посмотрим, насколько ты мне рада, — сказал Макс и впился губами в алебастровую шею Софи, заставив девушку содрогнуться от нахлынувшей волны желания. — Пойдем, я покажу тебе яхту, — хрипло произнес он через несколько минут и повлек ее за собой. — Осторожно! Наклони голову, — предупредил он, проводя ее сквозь невысокий проем. Они оказались в крошечной каюте, скупо освещенной огнями бухты.

Макс притворил за собой дверь.

— Приют усталого путника, — объяснил он, указывая на просторную койку, занимавшую почти все пространство каюты.

Девушка смущенно застыла на месте, но и уходить не собиралась.

Макс решительно развернул Софи к себе, властно заглянул в ее глаза и, не найдя в них желания к сопротивлению, победно припал к вожделенному рту. В этот поцелуй он вложил всю силу своей страсти.

— Ты абсолютно уверена в том, что делаешь? — с покровительственной строгостью тихо спросил он Софи.

— Да, — покорно выдохнула та. Легкая летняя одежда быстро оказалась на полу, и они очутились на широком ложе.

Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

116

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату