— Ты прав, Джек, — согласилась я. — Ты нравишься мне, но я никогда не захочу тебя, да и никого другого, мне кажется. Так что не обижайся, пожалуйста.
Данди уже лежала в кровати, что-то тихо напевая и по обыкновению расчесывая волосы. Я забралась в свою кровать и сразу заснула. Я даже не проснулась, когда утром фургон тронулся и мы отправились на зимнюю стоянку в Уорминстер.
Среди ночи мы сделали привал. Я выскользнула из кровати, чтобы дать овса лошадям и потом свести их к реке напиться. Маленькие пони нервничали в темноте, и один из них сильно наступил мне на ногу.
Затем мы поужинали хлебом с молоком, не произнося ни слова. Мы все очень устали и давно заметили, что молчание во время пути лучший способ отдохнуть.
— Сара, — вдруг прошептала Данди в темноте. — Ты не боишься, что Роберт может и нас так когда- нибудь оставить?
Я помолчала минутку. В глубине души я была уверена, что он может оставить не только нас с Данди, но и Джека, своего собственного сына, если это потребуется. Но мне не хотелось расстраивать Данди раньше времени.
— Не думаю, что он бросит нас на дороге, — тихо сказала я. — Но все-таки не серди его, хорошо?
Данди легко вздохнула. Ее страх прошел, как только она высказала его мне.
— Я смогу справиться с ним, — заносчиво пробормотала она. — Он такой же человек, как и все другие.
Я слышала, как заскрипела ее кровать, когда она повернулась к стене, и вскоре Данди заснула. Но мне не спалось. Закинув руки за голову, я слушала стук дождя по крыше. Он сотней тоненьких голосков предупреждал меня, что Данди ошибается, что ей не удастся справиться с Робертом, как с другими.
Я вздрогнула и натянула одеяло повыше к подбородку. Единственное спасение для Данди и меня — это убежать от этой жизни, убежать подальше от ярмарок и шарлатанов. Убежать в ту жизнь, где лошади нужны для скачек, собаки — для охоты, где в клетках поют канарейки и где целый день можно разговаривать и шить, читать и петь.
Я знала, что такая жизнь есть, я только не знала, как туда попасть. Только одно могло спасти нас обеих от опасностей — это Вайд.
Я знала, это мой дом.
Я знала, это наше спасение.
Правда, я понятия не имела, где это. Но однажды я найду его, я была уверена в этом. И я спасу Данди.
Я повернулась на бок и заснула.
ГЛАВА 5
Уорминстер понравился мне с первого взгляда. Его главная улица, вымощенная серым камнем, с тремя или четырьмя магазинами и двумя хорошими гостиницами, произвела на меня хорошее впечатление. Городок выглядел таким спокойным, будто здесь никогда ничего не происходит. Я была довольна, что мы проведем в этом тихом месте зиму. Похоже было, что Данди не найдет здесь особого применения своим талантам по выуживанию монет из карманов пожилых джентльменов, — и я была этому очень рада.
Я наклонилась вперед, чтобы разглядеть все получше, Роберт улыбнулся моему нетерпению и гордо произнес:
— Это здесь.
Слева от нас я увидела хороший каменный дом с двумя окнами внизу и одним — на втором этаже, с черепичной крышей, маленьким огородом перед домом и выгонами для лошадей.
— О господи! — воскликнула потрясенная Данди, когда фургон остановился около огромной конюшни.
— Вы удивлены, маленькая мисс Данди, — удовлетворенно улыбнулся Роберт. — При всем вашем воображении вы не предполагали, что я являюсь домовладельцем в довольно большом торговом городе. Представьте себе. Я имею право голосовать, и все такое.
Мы с Данди вышли, и я немедля направилась к пони и стала отвязывать их. Роберт кивнул мне.
— У меня здесь превосходная конюшня, — похвастался он. — Лошади вполне могут провести там всю зиму. И для каждой есть отдельное стойло. Неплохо, правда?
— Неплохо, — согласилась я.
Казалось действительно чудом, что человек тяжким трудом выбрался из нищеты к такому богатству. И я стала уважать Роберта еще больше, видя, что он мог расстаться с таким комфортом и странствовать все изнурительное лето, работая каждый день.
Дверь дома отворилась, на пороге появилась пожилая седая женщина в нарядном переднике и присела в реверансе перед Робертом. Так, будто он был джентльменом.
— Добро пожаловать домой, сэр! — сказала она. — Гостиная и ваша спальня уже готовы, я разожгла там камин. Позвать лакея, чтобы он отнес ваши вещи наверх?
— Да, — ответил Роберт. — Приготовьте чай в гостиной на двоих, миссис Гривс. Эти две молодые особы, Меридон и Данди, будут пить чай на кухне вместе с вами.
Она приветливо мне улыбнулась, но я не ответила на ее улыбку. Возвращение домой превратило Роберта Гауэра в знатного джентльмена, оно изменило его и Джека. А мы с Данди остались тем, кем были: цыганским отродьем.
Джек тоже сумел оценить ситуацию. Он соскользнул с лошади и небрежно бросил мне поводья, будто я была его грумом. Теперь мне следовало отвести в конюшню стайку испуганных пони и двух больших лошадей.
— Благодарю, Меридон, — снисходительно бросил он. — Конюх покажет тебе, куда их вести. — С этими словами он прошел мимо меня в дом.
— Пффу, — фыркнула Данди, спрыгивая со ступенек фургона, чтобы помочь мне. — Пожалуйте в служанки, Мери.
— Да уж, — протянула я. — Неудивительно, что Роберт не подпускал Джека ни к одной из нас. Он, видно, считает себя джентльменом.
Лукавая улыбка скользнула по лицу Данди.
— Наш милый Джек, наверное, собирается подцепить одну из молодых леди Уорминстера, — предположила она.
В дверях конюшни появился молодой парень, видимо конюх. Он был одет неплохо, но во все дешевое; дешевые брюки, рубашка, жилет. Он подхватил поводья Блубелли и ласково потрепал его по холке.
— Я — Уильям, — представился он.
— Меня зовут Меридон Кокс, а это моя сестра — Данди.
Он внимательно оглядел меня, но его глаза удивленно расширились, когда он обернулся к Данди и увидел ее ярко-красную юбку, оставляющую открытыми лодыжки, зеленую шаль и тщательно расчесанные черные волосы.
— Вы работаете с Робертом Гауэром? — недоверчиво спросил он.
— Да, я работаю с лошадьми, а Данди сидит у входа, — объяснила я.
— Вы те девушки, которые будут качаться на качелях? — еще раз спросил он.
Мой желудок сжался при мысли об этом.
— Возможно, — ответила я. — Я только попытаюсь, а моя сестра, наверное, будет.
— Мы уже подготовили амбар, — настойчиво продолжал он. — Вчера прибыл плотник и установил там веревки, блоки и все такое. А под трапецией натянул сетку, чтобы вы не могли разбиться. Мы проверили ее прочность, бросив туда два мешка с сеном.
Я кивнула. Видимо, Роберт имел в виду это, когда обещал нам трудную зиму.