Конышев вопросительно посмотрел на мэра, затем, тяжело вздохнув, произнес:

– Добро, Вадим Николаевич. Считайте, что мы договорились.

Телефон затрезвонил спустя четверть часа. Лианозов жестом попросил Старкова снять трубку.

– Приятно иметь дело с умными людьми, – сообщил голос в динамике. – Старков, твой главный мент, надеюсь, рядышком? Слушай меня внимательно, Конышев. Распорядись, чтобы не было ни одного «цветного» в округе. И еще, полковник. Не нужно питать иллюзий. Вашу семейку мы тоже вычислили. Двухэтажный коттедж на южном берегу Сенежского озера. Если свернуть от бензозаправки, то третий дом с краю. Так что я не советовал бы вам шутить со мной, господа… Старков, ты деньги собрал?

Мэр бросил вопросительный взгляд на Лианозова, тот утвердительно кивнул.

– Собрал. Как вы и просили, купюры номиналом в 50 и 20 долларов.

– Упакуй наличность в спортивную сумку. Через десять минут выйдешь из мэрии, будешь нас ждать на остановке, той, что у почтового киоска. Подъедет машина, сядешь с левой стороны на заднее сиденье. Тебе придется немного прокатиться. Когда покинем пределы твоего княжества, мы тебя отпустим на все четыре стороны…

Лианозов подавил в себе тяжелый вздох и еще раз окинул взглядом округу. Взрыв был такой силы, что от «Лендровера» осталось лишь искореженное обугленное шасси, а почтовый киоск вообще исчез с лица земли. Полкило тротила, это как минимум. Скорее всего использовали радиоуправляемый взрыватель. Существовал, правда, мизерный шанс на то, что у этих мужиков с собой была «адская машинка», а на небеса они отправились из-за собственной неосторожности. Но на это надеяться было трудно.

– Вадим Николаевич, можно надеяться, что с этим кошмаром покончено?

Лианозов смерил мэра долгим взглядом, затем отвернулся в сторону и негромко произнес:

– Для вас да, господин мэр. А для других людей еще только все начинается.

ГЛАВА 1

В понедельник, 8 июля, рабочий день корреспондента московского бюро газеты «Вашингтон пост» Майкла Брэдли завершился необычайно рано – в час пополудни. После вчерашней попойки самочувствие его было скверным. Хорошо хоть Кэтрин не стала допекать упреками, он и без того чувствовал себя кругом виноватым. Застолье, в котором ему довелось участвовать, можно отнести к плановым событиям. Как высказался один из русских приятелей, «западло» было бы не отметить победу демократии в России. Кэтрин утверждает, что домой его доставили в бесчувственном состоянии. Пришлось поверить жене на слово: финальную часть банкета он помнит смутно, а ближе к концу, похоже, и вовсе отключился. Такое с ним случалось крайне редко, пить он умел, без этого в России делать нечего.

Брэдли работал в московской редакции без малого девять лет, с небольшими, правда, перерывами. За эти годы он успел обрасти связями и знакомствами, а заодно избавился от многих присущих западным журналистам стереотипов. Участие в подобных мероприятиях он расценивал как малоприятную, но совершенно необходимую часть своей работы. Он редко и лишь в силу крайней необходимости присутствовал на официальных пресс-конференциях, его никогда не видели среди репортеров, ходящих табуном за очередным модным политиком в надежде задать ему пару-тройку глупых вопросов. Это удел начинающих, Брэдли же в негласной табели о рангах занимал одну из верхних строчек. Самые свежие сведения он предпочитал получать из первых рук. С учетом местной специфики процесс передачи информации нередко проходил в условиях неформального дружеского общения, и вчерашний вечер в этом смысле не является исключением.

Материал, посвященный предварительным результатам второго тура президентских выборов в России, он вчерне набросал еще в пятницу, осталось лишь пополнить его последними статистическими выкладками да еще подразбавить собственными впечатлениями. Похвальная предусмотрительность, так как сегодня он не способен на что-либо большее. Не на шутку разболелась печень, пришлось с самого утра глотать пилюли. Впрочем, плохое самочувствие лишь укрепило его в решимости убраться из бюро как можно раньше. Дело в том, что во вторник, то есть уже завтра, Кэтрин и их двенадцатилетний сын Люк отправляются самолетом в Штаты. Он обещал Кэт провести этот вечер дома, в кругу семьи, если, конечно, можно назвать «домом» стандартную трехкомнатную квартиру на Пречистенке, которую подыскал для них в качестве временного жилья Алекс Проберт, администратор московской редакции «ВП». Настоящий их дом находится за океаном, в пригороде Балтимора, штат Мэриленд. Брэдли планировал присоединиться к близким 20 июля. В конце концов, он заслужил полноценный отдых и надеялся, что начальство в Вашингтоне придерживается того же мнения.

Брэдли проглотил очередную таблетку аспирина, запив ее остывшим кофе. Рядом в поте лица трудился Питер Шеридан, собрат по ремеслу. Неделю назад в Москву прибыла целая бригада журналистов из «ВП» во главе с продюсером проекта, вместе с ним прилетел и Пит. На днях эта публика, освещавшая ход президентских выборов, отправляется обратно, в Америку. А вот Шеридану придется подзадержаться в Москве еще как минимум на два месяца, пока Брэдли не возвратится из отпуска. У него была одна привычка, которую Брэдли находил забавной: Шеридан вначале проговаривал фразу из будущего репортажа вслух и лишь после этого вносил ее в память своего портативного компьютера. При этом он мастерски подражал дикторам информационных программ, так что у присутствующих порой создавалось впечатление, как будто в помещении находится включенный телевизор.

Брэдли развернулся в кресле. Шеридан был сегодня явно в ударе, шпарил как по бумажке, практически без пауз.

– Пит, отвлекись на минуту, мне нужна твоя помощь.

Брэдли постучал указательным пальцем по экрану компьютера:

– Что-то с концовкой у меня не заладилось. Последние два абзаца – полнейшая ерунда. Посмотри, в чем там дело, Пит, может, удастся что-то исправить. Закончишь, дашь знать Сюзэн, она покажет статью шефу.

Брэдли дружески хлопнул коллегу по плечу, набросил на плечи пиджак и вышел из помещения. В последние годы московская редакция «ВП» снимала офис в старинном особняке на Садовом кольце, вернее, на том его участке, что называется Смоленским бульваром, по соседству с офисом банка «Национальный кредит». Вторую часть особняка занимали коллеги из бюро Ассошиэйтед Пресс. Здание уже давно нуждалось в капитальном ремонте, поэтому американским журналистам пришлось на время переселиться в известинский комплекс, где им сдали в аренду дюжину помещений. Брэдли такое положение вещей вполне устраивало, у него среди известинцев было немало приятелей, которые не раз делились с ним ценной информацией.

Брэдли остановился у дверей, за которыми находился кабинет Хадсона, шефа московского бюро. Несколько секунд он колебался, стоит ли ему вообще сегодня показываться на глаза начальству. Сюзэн предупредила его, что Хадсон, во-первых, с самого утра не в духе, а во-вторых, шеф просил передать Брэдли его просьбу, чтобы тот зашел к нему сразу же, как только закончит работу над материалом.

Брэдли вошел, не постучавшись. В кресле шефа за колченогим письменным столом сидел Алекс Проберт, администратор бюро. Круг его обязанностей был весьма широк, так что для обозначения занимаемой им в редакции должности лучше всего подходил русский термин «завхоз». По правую руку на тумбочке, такой же уродливой, как стол, разместились два городских телефона и интерком. Компьютер и телефакс отсутствовали, Хадсону они были без надобности. На полу лежала вытертая ковровая дорожка, первоначальный цвет которой определить было невозможно. Два скрипучих деревянных стула и громоздкий шкаф с застекленными дверцами составляли наряду с вышеперечисленными предметами обстановки собрание казенной мебели времен хрущевского правления. В шкафу теснились коленкоровые папки, каждая снабжена надписью «Для писем» и порядковым номером. Все это имущество досталось Хадсону от прежних хозяев. Из современного оборудования в кабинете были холодильник финского производства и телевизор «Филипс».

Пол Хадсон стоял у окна. Это был высокий грузный мужчина лет пятидесяти с небольшим мрачноватой внешности. Глубоко посаженные глаза, нос со сломанной в юности переносицей и слегка оттопыренная и сдвинутая набок нижняя губа создавали впечатление, что Хадсон все время презрительно

Вы читаете Мясорубка
Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

1

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату
×