ракурсов к видению этого.

— Я думаю, что жизнь — это просто шанс. Дается человеку шанс. Природа была бы очень расточительна, создав людей и ничего не поимев с этих людей. Это был бы нонсенс. Значит, эти люди тоже нужны для чего-то. Так?

Те, которые замкнулись в своей механистичности, живут вот так, в этом есть что-то. Я не знаю что и как это определить. Но увидел, что это такое. Это рабство. Это ад. И, на самом деле, там находиться, видя все это, ужасно. Появляется сильное стремление куда-то уйти от этого. Но куда уйти — пока этого не знаешь.

— Так вы хотите уйти или прийти? Те люди, о которых вы говорили недавно в качестве аналогии, которые идут по полю в темноте: они уходят от чего-то или идут к чему-то?

— Я бы сказала, что они делают и то, и другое. Они идут туда, где светло. Где все будет видно всем.

— А где светло? А может быть, на том месте, где они находятся, уже светло? Но только они почему-то не видят этого? Может быть, им нужно просто увидеть что-то? Вот они стоят в темноте, посреди поля, считая, что они откуда-то и куда-то бегут… А может быть, там, где они сейчас находятся, уже и есть все это?

— Я предполагаю, что светло — это там, куда они должны прийти. А вот путь и темнота — это то, через что просто нужно им пройти. В группе, всем вместе.

— Все мы говорим, что человек живет: я живу, вы живете, все живут. Вот это ощущение жизни, чистого бытия… Это то, что очень трудно передать словами. Как только начинаешь определять это словами, оно искажается, исчезает…

Какой-то человек «живет» от зарплаты до зарплаты, какой-то другой человек «живет» от одной женитьбы до другой, какой-то еще человек «живет» от бутылки до бутылки. У большинства есть какие-то своеобразные ориентиры в их жизни. Да? Какие-то вехи… И они перебегают от одной из них к другой, от одной к другой… Получается, что то, что они называют жизнью, — просто постоянное движение от одной вехи к другой. Эти вехи образуют некий замкнутый круг, из которого они не могут вырваться, но вот приходят какие-то люди, которые называют себя духовными, ищущими, и говорят: 'Нет, это не жизнь, это все механистично, есть другое'. А что другое?

И вот тут начинается очень большая путаница. До этого некий человек, по крайней мере, мог сказать: 'Вот, у меня зарплата два раза в месяц, два раза, по крайней мере, я регулярно покупаю бутылочку водки, и мы прекрасно проводим время. И это то, что у меня есть, по крайней мере. Тогда я знаю, ради чего я живу'. Те, другие, скажут ему: 'Нет, это все ерунда, это не то'. И начнут рисовать какие-то образы другой жизни. Они, например, будут рассказывать о том, что общаются с Богом или выходят на контакт с высшими силами, и т. п.

Просто жизнь или эксперимент самопознания?

О чем я сейчас говорю? К чему пытаюсь прикоснуться? Ведь это очень сложно высказать — ощущение Жизни, что-либо сказать о Бытии. Вы понимаете, это очень трудно передать. Ощущение жизни есть у каждого человека, чем бы он ни занимался; самым «духовным» или самым «материальным»… Каждый человек и есть суть Жизнь, это и есть его истинная природа. Независимо от того, осознает он это или нет.

— Мне кажется, что ощущение жизни у каждого свое. Каждый живет своей жизнью. Пускай она будет ограниченна, от одной вехи до другой, но каждый имеет право на свою жизнь. Каждый прав и каждый может сделать выбор: изменить ее или не изменить.

— Мне кажется, Галина, вы иногда уходите в какие-то философствования, в какие-то размышления о каких-то других людях… Мне кажется, что особенность нашей группы в том, что мы все время пытаемся говорить о чем-то или о ком-то, а не о себе. Александр Александрович нас все время возвращает к себе, и это потому, что только на собственных фактах мы можем что-то понять о себе.

— Наташа, можно тебе задать вопрос? А к чему мы идем?

— К чему мы идем? Мы идем вперед. Мы идем к чистому видению себя. А чистое видение — это когда что-то видишь в целостности.

— Для меня это способность почувствовать то, что есть. Но одно дело — об этом просто говорить и совершенно другое дело — это переживать. Понимаете, у каждого здесь есть, как он считает, 'своя жизнь'. Вот мы здесь встречаемся, а потом каждый идет и живет 'своей жизнью'. У него какие-то свои взаимоотношения с кем-то, какие-то свои дела и т. д. Потом мы опять встречаемся и опять говорим о том, что все со всем связано и что все едино, после чего опять расстаемся. И опять у каждого, как он продолжает думать, 'идет своя жизнь'.

В обычных учебных заведениях о таких вещах, которые мы здесь обсуждаем, вообще не говярят. Там главное — усвоение какой-то суммы знаний, получение диплома. Говорить о том, что все со всем связано, и продолжать думать, что каждый, вообще-то, живет своей отдельной жизнью, — это значит не понимать то, что сказано. Разве вы не хотите почувствовать жизнь каждого и осознать ее влияние на вашу жизнь? Разве это не происходит в действительности? Жизнь — это океан, который вбирает жизни всех людей: твою, мою, его, ее… Можете ли вы это действительно почувствовать, увидеть, осознать?

Совместное переживание этого Факта больше, чем все слова, которые сказаны и могут быть сказаны когда-либо и кем-либо. Это можно чувствовать, а можно просто говорить об этом. Некоторые люди говорят, что у них очень хорошая семья, они давно и дружно живут и т. д. На самом деле, они живут совершенно разными жизнями. Они называются по паспорту одной фамилией, живут в одной квартире, у них могут быть общие дети, имущество. Но они очень далеки друг от друга, хотя физически, территориально очень близки. Это просто совместное проживание. Мы же пытаемся прикоснуться к переживанию единства всех наших жизней. Это не формальный акт, как, например, регистрация брака. Это то, что не требует никаких условий, это то, что уже есть, всегда было, всегда будет.

Наши жизни соприкасаются друг с другом не формально, а реально. Но это же надо почувствовать, увидеть, понять. Представления нашего поверхностного ума скорее всего не согласуются с этим. Ум пугается этого, потому что Реальность не может соответствовать каким-либо, даже самым изощренным, представлениям обусловленного ума. Формальное общение, общение на уровне представлений — вот чего хочет ум. Он хочет чувствовать свою уникальность, особенно по сравнению с другими. Но тогда общение является просто необходимостью для того, чтобы получить что-то для себя. Отсюда все конфликты, скандалы, выяснения отношений. В таком общении постоянно присутствует усилие, напряжение, насилие друг над другом, страх… И все это только потому, что оно базируется на ложных, иллюзорных представлениях ограниченного, поверхностного ума.

Я могу увидеть в тебе то, что происходит со мной

Реально мы все есть проявления Единого Сознания, Единого Разума. Можете называть это Богом, Абсолютом или еще как-то, от этого суть его не меняется. Для тех, кто действительно чувствует, видит и понимает это, общение не является насилием, усилием, оно очень естественно и всеобъемлюще. Тогда каждый видит себя в каждом и, например, то, что происходит со мной, я могу увидеть в том, что происходит с тобой. Понимаете, это и есть ощущение Единого и неделимого Бытия, Жизни во всей ее полноте. Не совместное проживание, а совместное Бытие. Но для того чтобы у нескольких людей было чувство совместного бытия, каждый из них должен осознать его, понимать самого себя. Если в представлениях ума данного человека жизнь — это движение от одного желания к другому, то он не видит то, что находится вне его желаний, то есть Реальности. Чтобы ощутить свое бытие как единое с бытием другого человека, нужно осознавать собственное бытие.

— У меня есть какое-то представление об этих понятиях. Но какой смысл вы вкладываете в бытие и жизнь?

— Да, у вас есть представление о понятиях, а есть ли у вас ощущение собственного бытия?

— Я думаю, что оно есть, конечно, как у каждого.

— Понимаете, я не могу ничего больше сказать… Это то, что вы можете почувствовать или не можете.

— Вы считаете, что проговаривать это не нужно, да?

— Я думаю, что нужно. Мы это и делаем. Но, проговаривая, я сталкиваюсь с этой сложностью, которую я тоже, как вы видите, проговариваю. Я не знаю, как об этом сказать. Бытие не исключает всего того, что называется 'обычная жизнь'. Оно включает это и все остальное. Но реальное его переживание наполняет все это совершенно другим переживанием. Оно наполняет эту так называемую обычную жизнь совершенно другим содержанием.

Мы можем вместе пойти куда-то, мы можем вместе что-то делать, например завтракать. Но вот То, оно наполняет все совершенно другим ощущением происходящего. Для каких-то людей, которые не чувствуют Того, у них есть просто процесс еды или разговора или еще чего-то. Для тех, кто осознает себя, то есть бытие и сопричастность бытия всего сущего, они делают то же, что и все остальные, если смотреть на это внешне, но внутренне их состояние совершенно другое.

Мы проводим самоисследование: и уровень, интенсивность этого исследования определяется уровнем бытия проводящих его людей. В данном случае имеет значение не объем их знаний, как, например, в каких-либо научно-технических исследованиях, а именно: уровень их бытия, то есть определенный уровень их понимания самих себя. Обычное научное исследование проводится для выяснения и решения какого-либо внешнего вопроса, проблемы, технического устройства или концептуального представления, если это так называемая теоретическая наука, а не прикладная. Самоисследование проводится, если можно так выразиться, не вне себя, а в направлении самого себя. В этом случае ум должен быть направлен не от себя, а к самому себе. В этом принципиальное отличие такого исследования от каких-либо других. Его проводят те, кто хочет познать не внешний мир, а внутренний.

Исследование в направлении самого себя

Так называемая обычная жизнь — это ориентация ума вовне. Познание бытия — это обращение ума к самому себе. Поэтому то, что мы называем самоисследованием, — это способ узнать самого себя.

Как видите, я иногда меняю слова, терминологию для того, чтобы не было привязанности к ней. Я говорю: эта жизнь и та жизнь. Мы говорим: обычная жизнь и бытие… Но все это только указатели на то, о чем сказать невозможно, но можно непосредственно пережить и увидеть.

— Но когда вы проговариваете все это, даже говоря, что вы не можете это рассказать, — лично я понимаю вас, даже то, что вы не договариваете. То, что вы не можете сказать, я это чувствую. А когда мы это умалчиваем, то тогда этого нет.

— Хорошо.

— Я просила вас проговорить это и даже, может быть, поняла. Даже, может быть, не логически, а другим пониманием.

— Не является ли это понимание следствием соприкосновения нашего бытия? Вашего и моего?

— Да, наверное. Но, если мы это не проговорим, этого не произойдет. Может быть, оно происходит, но мы просто как-то это не отслеживаем, невнимательны к этому? Потому что фронт моей жизни большой, как у каждого, соприкосновения происходят автоматически, как и везде. Но можно что-то увидеть, что-то почувствовать… Открыть какую-то дверь или вообще не заметить этого.

— Да, это происходит всегда. Но почему вы вдруг это увидели?

— Я бы хотела сказать о моих ощущениях, которые возникли на сегодняшнем занятии. Я почувствовала очень сильные вибрации и какой-то озноб и, наверное, это что-то значит. Вот вы говорите — бытие. Наверное, что-то у меня откликается на это — то, что, наверное, меня объединяет с вами. Я не знаю как у других, но, наверное, это то, что объединяет

Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату
×