Когда они остановили машину у подножья стены, их уже заметили. Наверху, на маленькой платформе, стояли четыре маленьких существа, неподвижно уставившиеся вниз, на прибывших.

— Идёмте, доктор Ромадье, — сказал Вишер и подал Жаклин РУку.

— Спасибо, но я пойду сама.

Барлетта, который всегда чувствовал себя обязанным сказать последнее слово, пробормотал вполголоса:

— Вчера это тоже было сказано.

Жаклин не нашла нужным отреагировать на его слова и начала подъем. На половине пути она споткнулась. Хотя опасности упасть вниз не было, но она могла весьма чувствительно удариться, если бы Вишер не повернулся и не схватил её за руку.

— Спасибо, — сказала она.

Пещерные жители встретили их оживлёнными жестами, которые, вероятно, означали приветствие. Вишер и Жаклин коротко кивнули, а Барлетта театрально сцепил руки на груди и поклонился.

— Мир всем вам, — сказал он.

Жаклин улыбнулась, чем удивила своих спутников, так как её никогда не видели улыбающейся. Вишер попытался произнести слово, которым Джонатан обозначил своё имя. Один из туземцев указал вверх.

Джонатан соскользнул по верёвке вниз. Теперь на нем была не униформа, а мягкая кожаная одежда его сородичей, и он ещё сильнее стал походить на жителей Гран-Чако, чем прежде.

— У вас есть предводитель? — спросил Вишер. Джонатан кивнул и указал вверх.

— Эта женщина не может подниматься по верёвке, — сказал Вишер. — Может, мы…

— Не беспокойтесь обо мне, — вмешалась Жаклин. — Я довольно хорошо лазаю по канатам.

Действительно, она делала это лучше Вишера и Барлетты.

Предводитель жил под верхними отверстиями, прямо под входом в зал собраний. Его жилая пещера была большой, стены её покрывали шкуры животных. Когда больше не останется важных дел, подумал про себя Вишер, нужно будет спросить туземцев, где находятся эти звери, чтобы зоологи не теряли напрасно времени на их поиски. Пол покрывали маты из веток. В задней части помещения находились маленькие кучки шкур, предназначенные для сидения и лежания. Предводитель жестами указал посетителям на сидения. Техники расположились у входа в пещеру.

Джонатан перевёл своим сородичам, что Вишер принёс с собой подарки. Один из тюков был положен на пол перед предводителем и открыт. Радость была далеко не такой большой, как ожидал Вишер. Хотя вождь обнажил в улыбке свои жёлтые зубы и обеими руками рылся в куче сверкающих и блестящих подарков, Джонатан, кроме обычного «большое спасибо», не переводил ничего. Потом подарки были снова убраны в тюк и отложены в сторону, а на другие тюки вообще не было обращено никакого внимания. Начались игры в вопросы и ответы, в которых обе стороны пытались узнать друг о друге как можно больше.

Предводитель оказался гораздо умнее Джонатана и, вероятно, поэтому занимал этот высокий пост. Беседа продолжалась уже около четверти часа, когда глава поселения неожиданно подпрыгнул вверх, словно ужаленный, рванул тюк с подарками с пола, прижал к себе и, словно сумасшедший, начал прыгать и кружиться по пещере.

— Что он делает? — удивлённо спросил Вишер.

— Он очень рад подаркам, — объяснил Джонатан. — Он только теперь понял это по-настоящему.

Вишер и Барлетта переглянулись.

— Пять минут, — сказал Барлетта, не включая внешней связи, так как не хотел, чтобы Джонатан понял его.

— Верно, — согласился Вишер, посмотрев на часы.

Как только предводитель немного успокоился, беседа возобновилась. Через некоторое время Вишеру, наконец, представилась возможность задать вопрос, уже давно вертевшийся у него на языке.

— Может ли предводитель показать мне, как была изготовлена твоя униформа? — осведомился он у Джонатана.

Когда Джонатан перевёл, главарь улыбнулся и сделал несколько жестов, означавших согласие. Они встали и пошли в глубь пещеры, которая сужалась все больше и больше, пока не превратилась в узкий ход, делающий плавный поворот и слегка поднимавшийся вверх. В руках у предводителя и Джонатана были масляные светильники, служащие пигмеям для освещения жилых помещений-камер. Через некоторое время ход закончился в задней части зала собраний.

Ещё во время вчерашнего посещения Вишер заметил, что часть стены зала была закрыта занавесом из шкур, но никто не говорил, почему было закрыто именно это место. Предводитель откинул одну из шкур, открывая устье одного из низких ходов. Он улыбнулся, словно ему удалось удачно пошутить, и исчез в ходе. Вишер, Жаклин, Барлетта последовали за ним, а сзади шли техники и Джонатан с масляной лампой. Они оказались в маленьком помещении, где, в отличие от других помещений, стены и пол были тщательно обработаны и выглажены. В центре этого помещения стоял большой примитивный ткацкий станок, а вдоль стен стояли столы, на которых в идеальном порядке были разложены всевозможные инструменты для кройки и шитья: блестящие металлические ножницы, иглы, нитки и много других вещей и предметов.

Барлетта так широко открыл рот, что через стекло шлема был похож на рыбу в аквариуме, из которого выпустили воду. Вишер старался не показывать удивления, а Жаклин вскрикнула и ринулась к ткацкому станку.

— Откуда здесь эта вещь?

— Она упала с неба, — ответил вождь, когда ему перевели вопрос, — а мы её только собрали.

— Ну ясно, — пробурчал Барлетта, воспринявший невозмутимость вождя как оскорбление своего разума. — Она была завёрнута в упаковку, а на месте «отправитель» значилось: «Херти Интернейшнл».

— Откуда вы знаете, как её собирать и использовать? — продолжал спрашивать Вишер.

Но ни вождь, ни Джонатан ничего не ответили, и Вишер счёл недипломатичным настаивать, ибо был убеждён, что в конце концов он получит ответ. Он осмотрел разложенные инструменты. До сих пор среди пожитков туземцев он не видел ничего сделанного из металла. В том, что они находились на ступени развития, соответствующей земному палеолиту, у него до сих пор не было никаких сомнений. Однако эти ножницы, насколько он видел, вполне могли быть изготовлены на золингеровских заводах. Они были тщательно обработаны, их было удобно держать в руке, и, как Вишер мог убедиться лично, резали они великолепно.

На столе лежали куски оливково-зеленой ткани униформы, остатки материала, из которого была изготовлена униформа Джонатана. Здесь же были нитки соответствующего цвета и тонкие блестящие пластиковые ленты для оборок. Вишер обнаружил инструмент, функции которого он не мог объяснить, и указал на него предводителю, показав жестами, что его интересует.

Эолец улыбнулся, взял инструмент в руки, положил друг на друга пластиковые ленты и сплавил их тонким, как игла, языком пламени.

— Прибор для сварки пластика? — удивился Барлетта.

Вишер осмотрелся. Это было невероятно. Материя и инструменты, находившиеся здесь, были отделены от предметов, находящихся снаружи, в пещере, шестью или семью тысячелетиями развития цивилизации, но они были здесь, и в этом не было никакого сомнения. Их изготовили не эолийцы — может быть, за исключением материи, но самое главное — они знали, как обращаться с этими вещами. Материалы, инструменты, знания — все это упало пигмеям с неба. Если во все это поверить, то не трудно себе представить, как можно изготовить униформу за минимально короткое время. Они допустили только одну ошибку: использовали металлические кнопки вместо пластмассовых.

Джонатан, отставший от них на пару шагов, поспешил к ним, явно возбуждённый.

— Мы внезапно поняли, как собрать такую вещь, — произнёс он, — а также узнали, как пользоваться этими инструментами.

Вишер посмотрел на часы. Со времени его вопроса прошло пятнадцать минут.

Вишер со своими спутниками пробыл здесь ещё пару часов и разными способами снова и снова пытался перевести разговор на странные инструменты и таинственные навыки, которые неожиданно получили эольцы, но вождь и Джонатан продолжали отвечать, что все это внезапно упало к ним с неба и они, словно по вдохновению, начали с этим работать.

— И ты веришь во всю эту бессмыслицу? — спросил Барлетта по-испански.

Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату
×