Дерингхауса реагировали на препятствия из метано-аммиачного льда, представлявших собой большие трудности, не намного точнее, чем на остальную атмосферу.
Он повернул машину.
Дерингхаус и Сейко внимательно наблюдали за происходящим. Ни один из них, кажется, не понял, в какое сложное положение поставил машину выход из строя прожектора, а Родан ничего не делал для того, что бы разъяснить им это. Они и без того заметили бы, если бы первая же ледяная скала обрушилась над ними, завалив их своими обломками. Телеэкран был теперь не нужен, но не смотря на это, Родан не выключил его. В то время, как он осторожно вел машину в направлении пеленгационных импульсов, исходящих от «Звездной пыли», он, погрузившись в мысли, смотрел на лишенное очертаний окружающее их серое пространство.
Он знал, что он не сможет увидеть ледяной скалы, если даже приблизится к ней вплотную. Атмосфера Гола была слишком плотной, чтобы уже через несколько миллиметров длины волны не абсорбировать полностью даже самый яркий солнечный луч.
— Сигналы пеленгатора становятся слабее, сэр! — доложил Дерингхаус.
Родану было знакомо это явление. Он приостановил машину, отодвинув ее немного назад. Он двигался до тех пор, пока Дерингхаус не доложил, что сигналы снова набрали обычную интенсивность.
Танака Сейко сидел у своего телекома. Он мог отчетливо принимать пеленгационные импульсы «Звездной пыли» и даже различать их интенсивность, хотя и не так точно, как измерительные приборы Дерингхауса.
Это было все, что мог слышать Танака. Кроме импульсов, слышался только обычный шум атмосферы.
Танака спрашивал себя, на самом ли деле вызвано странное гудение только атмосферными помехами. Согласно законам статики, помехи были обычно различными по интенсивности: то сильнее, то слабее.
Эти колебания Танака обнаружил и здесь. Но за всем этим сохранялось своеобразное гудение постоянной силы. Он подумал, следует ли обратить на это внимание Родана, когда гудение неожиданно переросло в гул, вызвавший у него головную боль.
В тот же момент Родан вскочил.
На сером телеэкране показалось светлое пятно. В первый момент оно было маленьким и круглым, но затем увеличилось, растекаясь во все стороны.
Родан резким рывком остановил машину.
— Я …я что-то чувствую. Гул, довольно громкий. У меня раскалывается голова! — простонал Танака.
Родан уставился на светлое пятно. Он изъял из приемного канала ультракрасный фильтр и увидел, что пятно исчезло. Он ввел фильтр снова, и пятно опять появилось.
— Ультракрасный свет, — пробормотал Родан.
Дерингхаус выдвинул все локационные антенны на кузове машины.
— Отключить! — крикнул Родан.
Дерингхаус мгновенно отключил локатор. Свечение сразу же стало слабее, а через несколько секунд совсем пропало.
Зато пятно стало немного больше и светлее.
— Раскалилась их антенна, — сказал Родан, не отрывая взгляда от экрана.
Дерингхаус не ответил. Антенна не могла раскалиться. Но эффект на телеэкране он видел сам.
— Я еду к нему, — сказал Родан хриплым голосом. — Дерингхаус, следите за пеленгационными сигналами!
Мотор загудел, машина тронулась с места. Метр за метром она приближалась к загадочному пятну света. По крайней мере, так казалось вначале. Начиная с определенного момента пятно не изменяло своих размеров. Оно выглядело так, словно удалялось с такой же скоростью, с какой машина пыталась приблизиться к нему.
Родан проехал несколько сот метров, потом остановился.
— Бесполезно, — разочарованно проворчал он. — Оно водит нас за нос. Может быть, оно здесь только для того, чтобы запутать нас. Дерингхаус, каково направление?
— Ноль — ноль — восемь градусов, сэр.
— Никаких трудностей?
— Пока никаких.
— Удаление?
— Еще две тысячи метров.
Эти две тысячи метров стоили им почти получаса.
Метановое море, в которое погрузилась машина, показалось Родану родным палисадником. Он дал грузной машине погрузиться и уверенно направил ее к шлюзу «Звездной пыли», в котором Булль велел установить мощно светящий прожектор.
Когда за машиной закрылись ворота шлюза, а мощные насосы осторожно сменили опасный метан на пригодный для дыхания воздух, опасность была позади.
Немного обессиленные, они выбрались из машины, вошли в антигравитационный лифт и через несколько минут были в помещении центрального поста управления.
Родан стоял спиной к тем, кто слушал его. Это были Булль, Крэст, Тора и оба майора, Дерингхаус и Нисеен.
— Вашу теорию гроз, — сказал Родан, — я считаю превосходной, Крэст. Во всяком случае, для того… — при этом он повернулся на каблуке и посмотрел на арконида, — …чтобы успокоить экипаж. Кто мог знать, что мы будем здесь иметь дело не со случайными вещами или событиями?
— Вот как! — воскликнул Крэст. — Откуда вам это известно?
— Танака говорит, — охотно разъяснял Родан, — что пятно света, которое мы наблюдали, находясь в машине, испускало гиперизлучение. Танака мог отличить гиперизлучение от простого электромагнитного излучения по интенсивности своей головной боли. Электрического излучения, эмитирующего гиперизлучение, не бывает.
Он сделал несколько шагов взад и вперед. Его слушатели следили за ним напряженными взглядами.
— И еще кое-что, — продолжал Родан. — Что-то снаружи уничтожило наш прожектор. У меня было такое впечатление, что энергия из агрегата была попросту высосана. При этом провод оказался перегружен и расплавился. Через несколько минут нам посреди пустынного Гола встретилось светящееся существо, излучавшее ультракрасный свет, в том же диапазоне спектра, как и наш прожектор. Кроме того…
— Не слишком ли вы торопитесь? — спросила в это время Тора. — Светящееся существо! Вы хотите утверждать, что эти вещи являются СУЩЕСТВАМИ?
— Подождите, — попросил Родан. — Дерингхаус попытался запеленговать эту штуку. Он не получил рефлекса на телеэкране, но антенна раскалилась. Я убежден, что с нами случилось бы то же самое, что и с нашим прожектором, если бы Дерингхаус быстро не отключил свой локатор.
Он стоял перед своими слушателями и по очереди посмотрел на каждого из них.
Когда он снова заговорил, голос его стал более уверенным.
— Для всех этих происшествий, начиная с мерцания нашего защитного экрана незадолго до посадки и кончая раскаленной локационной антенной Дерингхауса, нет разумного объяснения, кроме того, что что-то или кто-то на этой планете обладает способностью впитывать в себя энергию любого вида и что он вовсю пользуется этой способностью.
На некоторое время воцарилось молчание. Слишком долго для Реджинальда Булля.
— Должны ли мы, — взорвался он, — подразумевать под этим что-то или кто-то живое, может быть, даже разумное существо?
Родан улыбнулся.
— Это вопрос, над которым мы должны задуматься. Ответ можно дать в нескольких словах, но от этого он не станет легче для понимания. Танака установил, что эти СУЩЕСТВА испускают гиперизлучение. Но гиперизлучение может испускать только тот, кто сам принадлежит к пространству высшего порядка, по крайней мере, частично. Это было бы кощунством по отношению к точной науке — ПОДРАЗУМЕВАТЬ что-то