— Только не с Мелоди.

— Мелоди? — удивилась она, — Красивое имя. Старая любовь, Тед? Любовь без взаимности?

— Нет. — Он покачал головой. — Нет, все было не так.

— Ну так расскажи, как это было. Ты же знаешь, я люблю отвратительные подробности.

— Мы с Мелоди, когда учились в колледже, вместе снимали квартиру. Не только мы — не делай поспешных выводов. Нас было четверо. Я, мой приятель по имени Майкл Энгельгаpт, Мелоди и еще одна девушка, Энн Кайе. В течение двух лет мы вчетвером жили в большом старомодном доме. Мы были друзьями.

— Друзьями? — Джилл с сомнением посмотрела на него.

Тед нахмурился.

— Да, друзьями, — повторил он. — Проклятье, да, несколько раз я спал с Мелоди. И с Энн тоже. И обе трахались с Майклом. Но все это было — как бы тебе объяснить? — по-дружески, понимаешь? Все наши любовные приключения происходили в других местах, мы рассказывали друг другу о своих проблемах, обменивались советами, плакали друг у друга на плече. Я понимаю, что это звучит дико. Но тогда шел тысяча девятьсот семидесятый год. Я отрастил себе волосы до самой задницы. — Он поболтал кофе в своей чашке и печально посмотрел на Джилл. — Но то были хорошие времена. Особенные. Иногда я жалею, что они закончились. Нашу четверку связывали очень близкие отношения. Я любил этих людей.

— Будь осторожен, — заметила Джилл. — Я начинаю ревновать. Мы с моей соседкой по квартире друг друга презирали. — Она улыбнулась. — И что же было дальше?

Тед пожал плечами.

— Обычная история. Мы закончили колледж и постепенно утратили интерес к друг другу. Я помню последнюю ночь в том старом доме. Мы выкурили, наверное, тонну марихуаны и вели себя как настоящие идиоты. Клялись в вечной дружбе вроде: «Мы никогда не будем чужими, что бы ни случилось, и если кому- нибудь из нас понадобится помощь, остальные трое тут же окажутся рядом». Устроили настоящую оргию, чтобы закрепить договор. Джилл улыбнулась.

— Как трогательно. Даже не представляла, что ты на такое способен.

— Естественно, все это быстро закончилось, — вздохнув, продолжал Тед. — Надо отдать нам должное, мы пытались. Но жизнь шла дальше. Я поступил в юридическую школу, а потом перебрался в Чикаго. Майкл живет в Нью-Йорке и работает в издательстве. Он редактор в «Рэндом хаус», успел жениться, развестись, двое детей. Раньше мы писали друг другу письма, теперь обмениваемся открытками на Рождество. Энн стала учительницей. Насколько мне известно, она в Фениксе, но последняя весточка от нее пришла четыре или пять лет назад. Мы не понравились ее мужу, когда однажды собирались вместе. Наверное, Энн рассказала ему про оргию.

— А твоя гостья?

— Да, Мелоди… с ней одни проблемы. В колледже она была чудесной девушкой: отчаянная, хорошенькая, настоящий дух свободы. Но потом ей никак не удавалось найти себе место в жизни. В течение двух лет она пыталась стать художницей, однако таланта у нее нет никакого. У нее было два неудачных романа, потом она вышла за парня после недельного знакомства. Ничего хорошего из этого не получилось. Он напивался и бил ее. Мелоди вытерпела шесть месяцев, после чего они развелись. В течение следующего года он заявлялся к ней и беспощадно колотил — так продолжалось до тех пор, пока его не удалось напугать. А Мелоди начала принимать наркотики, попала в лечебницу. Но когда вышла оттуда, все началось сначала. Она не могла ни работать, ни избавиться от наркотиков, перестала о себе заботиться. Ни один из ее романов не продолжался более нескольких недель. — Он покачал головой.

Джилл поджала губы.

— Похоже, леди нуждается в помощи, — сказала она.

Тед покраснел.

— Думаешь, я сам этого не понимаю? Неужели ты полагаешь, что мы не старались ей помочь? Когда она пыталась стать художником, Майкл нашел ей заказ в издательстве на оформление обложек двух книг. Она не только завалила все сроки, но и устроила художественному редактору истерику. Майкл едва не лишился работы. Я летал в Кливленд бесплатно устраивать ее развод. А потом вновь полетел туда через несколько месяцев и провел там неделю, пытаясь убедить полицию предоставить ей защиту от бывшего мужа. Энн поселила Мелоди у себя, когда ей было негде жить, и устроила ее в лечебницу, где помогают избавиться от наркотической зависимости. В ответ Мелоди попыталась соблазнить ее любовника, заявив, что хочет его разделить с ней, как в прежние времена. Все мы не раз одалживали ей деньги, и она никогда их не возвращала. И мы постоянно выслушивали ее жалобы, видит Бог, мы никогда не отказывались. В течение нескольких лет она звонила каждую неделю, обычно за наш счет, и потчевала очередной ужасной историей. Она плакала по телефону. Если бы «Королеву на один день» продолжали показывать по телевизору, Мелоди стала бы в нем звездой!

— Я начинаю понимать, почему тебя не слишком вдохновляет ее визит, — сухо заметила Джилл. — И что ты намерен делать?

— Понятия не имею. Мне не следовало ее впускать. Когда она звонила мне, я попросту вешал трубку, срабатывало просто отлично. Сначала я чувствовал себя виноватым, но потом перестал. А сегодня утром она выглядела такой жалкой, что я не сумел ее выгнать. Тем не менее я буду вынужден проявить жесткость и выдержать прощальную сцену. Она обвинит меня во всех смертных грехах, напомнит, какими хорошими друзьями мы были, какие обещания давали друг другу, станет угрожать самоубийством. Меня ждет много интересного.

— Могу я как-нибудь помочь? — спросила Джилл.

— Подобрать мои осколки, когда все закончится, — ответил Тед. — Так хорошо, когда есть кому рассказать, что ты вовсе не такой уж сукин сын, несмотря на то что вышвырнул старого друга в канаву.

Он отвратительно выступил в суде. Его мысли постоянно возвращались к Мелоди, Тед пытался продумать стратегию, которая позволила бы ему безболезненно избавиться от нее. Такие вещи происходили не в первый раз, Мелоди танцевала фламенко в его сознании и раньше, но на сей раз он не собирался этого допустить. Разве ему нужен нервный срыв?

Когда он вернулся домой, прихватив по дороге китайскую еду — не идти же с Мелоди в ресторан! — то нашел гостью посреди гостиной — женщина сидела абсолютно голая и, хихикая, нюхала какой-то белый порошок. Она радостно посмотрела на вошедшего Теда.

— Вот! Я добыла немного кокаина.

— Господи! — прорычал он и, бросив на стол пакет с едой и портфель, решительно двинулся к Мелоди. — Глазам своим не верю! Я адвокат, ты что, хочешь, чтобы меня исключили из коллегии?

Кокаин находился в кулечке, свернутом из банкноты. Тед отнял наркотик, и женщина принялась плакать. Он поспешил в ванную и спустил наркотик вместе с банкнотой в туалет. То, что это двадцать долларов, Тед заметил слишком поздно и разозлился еще сильнее.

Когда он вернулся в гостиную, Мелоди продолжала плакать.

— Прекрати! — велел он. — Я не желаю это слышать. И тебе нужно одеться. — Тут у него появились новые подозрения. — А откуда у тебя деньги на эту дрянь? Где ты их взяла?

— Я кое-что продала, — пугливо ответила она. — Я подумала, что ты не будешь против. Это был отличный кокаин. — Женщина отшатнулась от него и закрыла лицо руками, словно он собирался ее ударить.

Тед не стал спрашивать, чьи вещи она продала. Мелоди уже проделывала подобный фокус с Майклом несколько лет назад, во всяком случае так говорил приятель.

— Одевайся, — устало произнес он. — Я принес китайской еды. — Потом он посмотрит, что она продала, и позвонит в страховую компанию.

— Китайская кухня вредна, — заявила Мелоди. — В ней слишком много соли и глутамата. У тебя будет болеть голова.

Однако она послушно встала и, слегка пошатываясь, двинулась в ванну, откуда вернулась через пару минут в лифчике и жалких обрезанных джинсах.

Проигнорировав ее реплику относительно глутамата, Тед принес тарелки, поставил на стол и

Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату
×