противозаконно. Твои связи с банкирами, которые помимо огромной прибыли, нуждаются в сверходаренном бухгалтере, отмывающим колоссальные суммы, Роберт Олсэн, оказавшийся всего лишь жертвой неудачного стечения обстоятельств. Студенты, всего-навсего отличившиеся низкой успеваемостью. Но женщины, Эван, женщины не могли…женщины…– Остановитесь, Аннет. Возьмите меня за руку.Но этих слов девушка услышать не могла. Аннет рухнула на снег без сознания, пытаясь выдавить из себя: «Насильник».Бухта Савин Хилл. Место, где Аннет проводила когда-то скоротечные вечера в компании Эвана. Им нравилось наблюдать за тем, как солнце утопало в океане, но не потому что это красиво. «Закат, равно как и восход, – одно из немногих чудес, которое не зависит от человека. От всего того вымысла, что пачкает первозданную идиллию, Аннет. В заходе солнца нет ничего прекрасного, но я никогда не смогу сказать, что устал от этого. Необратимость учит великому смирению. Пониманию, что уродство окружения – в мелочах. В его трагичном коллапсе, рожденном в перманентном углублении к эпицентру генезиса реальности».Аннет могла часами рассматривать рисунки, которые приносил Эван. Некоторые казались ей мрачными, но все же вызывали восторг, ибо нарисованы были настолько реалистично, что у впечатлений не оставалось выбора.– Почему ты здесь?– Прости?– Я хочу сказать, что мы с тобой совершенно разные, – она говорила это и прятала переживания в камнях, которые бросала в воду, наблюдая за расползающимися кругами, – ты чрезвычайно умен, талантлив. Почему ты со мной возишься?– А ты знаешь, что будет, если поставить два зеркала друг напротив друга? – Мммм…нет.– Они будут отражаться до бесконечности. И это не имеет ни конца, ни смысла, понимаешь? Два совершенно одинаковых человека никогда не смогут стать чем-то единым, также как и две положительно заряженных частицы, которые будут отталкиваться до тех пор, пока электрон не обратит на себя одну из них.– Наверное, ты прав.У него всегда находилось объяснение. Его умение «сказать вовремя» нельзя было оценить.Но однажды он не появился.И солнце проводило Аннет домой, подготавливая ее к чему-то большему, словно намекая: «Только я не меняю курс».Непрошенным гостем в сознание ворвалась мягкая мелодия Клода Дебюсси. Аннет немного подташнивало, и голова раскалывалась буквально от каждого шороха. Но музыка, охватившая пространство, не вызывала раздражения, скорее, сглаживала неприятные ощущения, вызванные потерей сознания.– Clair de lune, импрессионизм как лекарство. Внутри этих звуков кроется настоящая магия, недоступная многим по одной простой причине: они ищут чудо на поверхности. И делают свои выводы, основываясь на безумных догадках. Понимаете ли вы меня, Аннет?Но девушка не была готова к ответу, память по-прежнему остывала после увиденного сна, напомнившего ей о тех временах, когда они с Эваном были еще детьми. Но уже тогда он умудрялся оперировать ее разум скальпелем своего изощренного интеллекта.– Я понимаю, вы неважно себя чувствуете, а потому я дам вам час на возвращение к реальности. И я напоминаю: орел не ловит мух, Аннет. Поразмыслите над этим в свете последней своей обвинительной речи, которую, слава Богу, вы закончить не успели. И последнее – на тумбочке лежит ответ на один из ваших вопросов.Когда Эван покинул спальню, Аннет протянула руку, и, нащупав листок, подтянула его к себе.«01010000 – P 01101100 – L 01100001 –A 01111001 – Y00100000 – 01110111 – W 01101001 – I 01110100 – T01101000 – H 00100000 – 01101101 – M 01100101 – EPLAYWITHME. Поиграй со мной»Аннет не могла понять, зачем понадобилась давать столь неинформативное сообщение в газету. Ей казалось, что игра и так начата. Но Эйс ничего не делает просто так.5 января, 1974 год. БостонБлиже к полуночи Аннет окончательно пришла в себя, и, приняв ванную, спустилась на первый этаж, но Эйса она в гостиной не обнаружила. Зато с кухни доносилось привычное: «Конец! Все было только сном. Нет света в будущем моем. Где счастье? Где очарованье? Дрожу под ветром злой зимы, рассвет мой скрыт за тучей тьмы, ушли любовь, надежд сиянье, о, если б и воспоминанье!».– Аннет, идите в кухню, я знаю, что вы спустились, вас выдал аромат крапивы и ромашки. Советую поменять шампунь. – Девушка практически не удивилась. Лишь слегка вздрогнула, услышав свое имя.Эван что-то положил в сковороду, бросил короткий взгляд в сторону Аннет и в привычном для себя русле завел беседу:– Повар королей и король поваров. Так прозвали легендарного Мари-Антуана Карема, служившего у Талейрана, Георга Четвертого, Ротшильда и Александра Первого. – Не успев закончить очередной пассаж, Эйс ощутил, что на его плечах сомкнулись руки Аннет, привставшей на цыпочки, дабы поцеловать щеку своего учителя.– Прости. В следующий раз я подумаю, прежде чем что-либо сказать, или же обвинить кого-то в том, чего не могло и быть.
