тонут?

— Они сидят на доске, а доска плывет, — сказал Смородина. — Можно и нам теперь плыть, Орех?

Орех догадался: Смородина хочет, чтоб он проявил свою власть и отдал приказ. Голова Ореха прояснилась.

— Плыть! Всем плыть! — сказал он.

Сам он остался на берегу наблюдать за переправой. Одуванчик плыл так же легко и быстро, как бегал, Серебристый был полон сил. Остальные гребли и барахтались, кто как умел, но постепенно продвигались вперед. Наконец, когда кролики достигли противоположного берега, Орех в свою очередь прыгнул в речку. Холодная вода сразу же промочила его шубку. Он задохнулся и ушел под воду, но вскоре, высоко держа голову, неумело поплыл, направляясь к кусту коричной травки. Через минуту он выбрался на берег. Его кролики сидели в ольшанике, с них ручьями текла вода.

— Где Лохмач? — сразу же спросил Орех.

— Он гонит плот, — стуча зубами, ответил Смородина.

Лохмач был еще в воде, на той стороне плеса. Он подплыл к плоту и, прижавшись головой к борту, погнал его к берегу. Орех слышал, как, отплевываясь, он сказал Пятому и Горшочку: «Сидеть смирно!» — и ушел под воду. Через минуту Лохмач выплыл и снова погнал плот. На глазах ошеломленных кроликов доска, покачиваясь, пересекла плес и причалила к берегу. Пятый подтолкнул Горшочка к лежавшим у берега камням, а Лохмач пошел вброд рядом, отфыркиваясь и дрожа.

— Как только Смородина оттолкнул плот от берега, я сразу понял, что надо делать дальше, — гордо сказал Лохмач. — Только это трудно, когда самому нужно плыть.

Лая собаки не было слышно. Кролики легко одолели ольховую рощу и, поднявшись на поле, остановились у первой попавшейся им зеленой изгороди. Почти никто из них не сумел оценить важность открытия Смородины, и все сразу же о нем забыли. Только Пятый подошел к лежащему у куста боярышника Смородине и сказал:

— Ты сегодня спас нас с Горшочком! Я этого не забуду.

— Признаюсь, это была недурная идея, — сказал Смородина. — Она может нам впоследствии пригодиться!

Когда взошло солнце, путешественники все еще лежали возле изгороди из боярышника. Некоторые, неловко съежившись, спали тревожным сном. Все настолько выбились из сил, что решили положиться на судьбу. Окинув взглядом спящих кроликов, Орех понял, что они находятся сейчас не в меньшей опасности, чем ранее на берегу ручья. Им ни в коем случае не следовало оставаться среди открытого поля! Но в какую сторону идти? Необходимо было разведать окрестности. Чувствуя, что ветер дует с юга, Орех запрыгал вдоль изгороди, пытаясь отыскать укромное место, где можно было бы, сидя спокойно, по запаху определить, что находится поблизости. Он добрался до широкого прохода посреди кустов. Земля здесь была разбита копытами пасущихся на холмистом поле коров и превратилась в густое месиво. Орех осторожно пробрался на поле, присел за кустом репейника и поднял нос. Теперь, когда он был за пределами боярышниковой изгороди, с ее густым ароматом, он мог лучше разобраться в том, какой запах щекотал ему ноздри. Свежий, сильный, сладкий аромат наполнял воздух, и это был скорее всего благоприятный и целебный запах. Но откуда он идет и почему так настойчиво? «Наверное, источник запаха находится где-то поблизости», — подумал Орех. Сначала он решил послать кого-нибудь на разведку. Одуванчик мог бы в мгновение ока взлететь на поле и прискакать назад с быстротой зайца. Однако природное озорство и любовь к приключениям одержали верх над разумом нашего кролика. Нет, он пойдет на разведку и принесет все необходимые сведения сам! Пусть-ка Лохмач попробует это переварить!

Орех помчался по лугу прямо на стадо коров. Невдалеке от стада, подскакивая и невысоко взлетая, какая-то большая черная птица неловко махала крыльями. Орех заметил, что своим мощным зеленоватым клювом птица долбит землю. До этого случая Орех не видал ворон, поэтому он не догадался, что ворона идет по ходу крота, надеясь вытянуть его из мелкой норки и прикончить клювом. Если бы Орех об этом знал, он бы легкомысленно не поместил эту птицу в разряд «неястребов», куда кролики вносят всех кротких птиц от крапивника до фазана. Из-за холма по-прежнему неслись волны странного аромата, становившегося все отчетливей. Увлекшись, Орех помчался на вершину холма. Отсюда он увидел еще одну изгородь. За ней, мягко колыхаясь под порывами ветерка, лежало поле цветущей фасоли. Усевшись на задние лапы, Орех сидел как зачарованный, заглядевшись на аккуратную делянку растений с маленькими, покрытыми сероватым пушком стволами. Судя по запаху, он подумал, что кролики вряд ли могут питаться этой диковинкой, но здесь можно было спрятаться и переждать опасность, не привлекая ничьего внимания.

Орех решил немедленно привести кроликов на поле, чтоб они могли отдохнуть до вечера под прикрытием душистых зарослей. Он нашел свой отряд на прежнем месте. Лохмач и Серебристый бодрствовали, а остальные дремали вполглаза.

— Знаете, я, кажется, отыскал место, где все мы можем отоспаться! — объявил им Орех.

— Это нора? — спросил Лохмач.

— Нет, норы здесь нет, но я нашел большое поле высоких душистых цветов! Они нас укроют, и мы сможем отдохнуть.

— А ты уже видел эти растения? — спросил Лохмач.

— Видел, они сразу же за холмом! Идемте, пока не приехал человек на своем хрудудиле. — Так кролики называли трактор и автомобиль.

Серебристый разбудил кроликов и силой заставил их подняться. Спотыкаясь, кролики двигались с большой неохотой и ворчали в ответ на его уверения, что поле в двух шагах. Карабкаясь по склону, они разбрелись во все стороны. То останавливались пощипать траву, то садились на теплую, залитую солнцем землю отдохнуть и почесать за ушами.

Серебристый уже почти взобрался на вершину холма, когда откуда-то снизу послышался пронзительный визг, — так кричит смертельно испуганный кролик. Оказалось, что на Пятого и Горшочка напала ворона! Она заметила, что они устали и очень малы ростом, кроме того, отстав, хромают далеко позади отряда. Ворона спустилась на землю и, сделав огромный прыжок, нацелилась своим могучим клювом в голову Пятого, но тот сумел вовремя увернуться. Тогда, кружа вокруг высоких пучков травы и отчаянно вертя головой, она попыталась клювом достать Горшочка. Почувствовав, что ворона целится ему в глаз, Горшочек зарылся головой в куст травы в надежде вырыть себе ямку поглубже. Это он издал отчаянный вопль.

Орех в несколько секунд покрыл расстояние, отделявшее его от Горшочка. У него не было никакого ясного плана действий, и, наверное, он остановился бы в растерянности, если бы ворона не обернулась и не пошла на него в атаку. Орех покрутился на месте и замер. Он увидел, что с вершины холма на помощь к ним огромными прыжками мчится Лохмач. Ворона повернулась, бросилась на Лохмача и промахнулась. Когда ее клюв ударился о камень, раздался резкий скребущий звук. Тем временем Серебристый тоже прискакал на помощь. Ворона восстановила утерянное равновесие и, не теряя времени, набросилась теперь на него. Увидев, что ворона приближается, приплясывая и хлопая с невероятной быстротой крыльями, Серебристый в испуге попятился, и его чуть было не пронзил вороний клюв, но Лохмач налетел на ворону сзади, сбил ее с ног и заставил отступить. Неловко пятясь и спотыкаясь, ворона издала хриплый, полный ярости вопль.

— Держите ее! — закричал Лохмач. — Заходи сзади! Она трусит! Все вороны — жалкие трусихи! Они нападают только на слабых!

Но ворона уже летела прочь, медленно взмахивая крыльями. Кролики увидели, как она поднялась над лесом и исчезла за рекой. В полной тишине слышно было только, как неторопливо двигается по полю пасущееся стадо коров.

Подойдя к Горшочку, Лохмач, чтоб отвлечь и рассмешить, пробормотал ему на ухо шуточную песенку, которую часто распевала Аусла:

Хой, хой и эмблеер хрейр!
Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату
×