еще раз перекрестился и послал башне воздушный поцелуй. Ветерок проник под его рубашку, заставив его поежиться; затем он разложил спальный мешок, влез в него, закутался поуютнее, свернулся русским калачиком и сладко заснул.
Итак, они уже ездили по всяким местам, но еще никогда не бывали на северо-западе от Мадрида. Потому-то Филипп и обрадовался, услышав о Португалии; это давало возможность хоть часть пути проехать севером — Сеговия, Авила, Саламанка; в Эскуриал заскочить между делом — а вернуться обычным южным путем.
Как и всегда, не так-то просто было урвать недельку для путешествия. Настала очередь Аны быть незаменимой и занятой. Вздохнув и опустив Глазки долу, она пошла к своей новой начальнице — строгой, молодой — и попросилась со всей деликатностью, учитывая, что совсем недавно отпрашивалась в гости к ребенку.
— А куда теперь? — поинтересовалась та.
Ана замялась.
— Э-э… в общем, в Ф
aтиму.
— Хм.
— Это важно для спасения нашей страны.
— Нашей — какой? Испании?
— России; необходимо как можно скорей посвятить ее Пренепорочному Сердцу тамошней Пресвятой Богородицы.
— Ага! тогда поняла… Это долго?
— Сестра Лусия говорит, что и жизни не хватит, — честно ответила Ана, — но нам с Филом хоть недельку бы…
— Даже не знаю. Страну жалко, но у нас масса конкретных дел… Мне нужно подумать.
И только когда к ней пошел Филипп — пустил в ход свои чары — вопрос был решен положительно. Хотя цель маршрута поначалу озадачила и его.
— Где она, эта Фатима? В моем справочнике ее нет.
— Неудивительно, — усмехнулась Ана, — справочник испанский, а Фатима в Португалии…
— А ты не путаешь? Какое-то восточное слово. Вот я ездил в Среднюю Азию по делам, там была одна… э… в общем, тоже…
— Избавь, — попросила Ана. — И вообще, это серьезно; оставь свои хохмы при себе. Неужели ты ничего не знаешь про Фатиму? Мне казалось, мы говорили о ней…
— Мы о стольких вещах всегда говорили.
— Ну, неважно, — сказала Ана; — я почувствовала, что нам пора съездить туда.
— Странно. Как это ты почувствовала?
— Движение души — можешь такое понять?
— В принципе да, — сказал Филипп, — но обычно этому предшествуют какие-то события.
— Событий полно, — сказала Ана. — Главное, как эти события интерпретировать. Один говорит — чудо, а другой — НЛО; кому будешь верить?
— Тебе, — улыбнулся Филипп.
— Вот и умничка.
— Но ты расскажешь?
— А то! — отозвалась Ана.
И они поехали. До Эскуриала было недалеко, поэтому Ана не стала и начинать про Фатиму; это требовало определенной сосредоточенности Филиппа, в то время как внимание его было больше обращено на дорожные знаки. Эскуриал, мрачно-торжественная усыпальница королевских семей, располагал к последующему благочестию; хорошо, что мы заскочили сюда, думала Ана посреди череды саркофагов. И лишь когда священный комплекс остался позади, когда они сфотографировались и выехали по надлежащей дороге, она потерла ручки и неторопливо принялась за свое повествование.
— Существует, — сказала она, — несколько версий этого странного, невероятного феномена. Официальной, если можно так выразиться, считается версия католической церкви, которая, впрочем не враз, объявила происшедшее чудом. Кое-кто полагает, что прибывали пришельцы, и десятки тысяч людей видели не что иное, как НЛО. Наконец, многие думают, что все это — грандиозная мистификация (хотя, замечу, в таком случае перед ними встает вопрос о нескольких весьма загадочных совпадениях). Не хотелось бы мне, чтоб я тут упражнялась в словесности, в то время как ты заранее встанешь на другую точку зрения и будешь в душе высмеивать все, что я говорю.
Поэтому давай так. Я изложу самый минимум — то, что признают все, без всяких «якобы», так что наворачивать что-то сверх того будет означать просто создание еще одной версии. А умножать сущностей сверх необходимого не стоило бы, верно?
(«Да, — подтвердил Филипп и добавил с важностью: — Это называется бритвой Оккама».)
— Вот и хорошо, — удовлетворенно улыбнулась Ана и погладила Филиппа по его руке, лежащей на рычаге скоростей. — Я изложу эти факты, а уж потом мы выберем версию и поговорим о ней, vale?
(«Vale», — сказал Филипп.)
— Итак, — начала Ана, — в воскресенье, 13 мая 17-го года, трое детишек из португальской деревни Фатима пасли овец в поле. Необходимо представить детей более подробно. Старшей была Лусия душ Сантуш, 10 лет; остальные — ее двоюродные брат и сестра Франсишко и Жасинта — несколько младше. Еще важно, что посреди поля росло одинокое деревце, правда я не знаю какое; по одним данным это была оливка, по другим — дубок.
Стоял ясный день; возможно, сверкнула молния, а возможно, и нет, но дети увидели нечто необычное. Вернувшись в деревню, они рассказали, что к ним являлась красивая девушка в окружении облачка, прямо над оливкой или дубком. По их словам (обрати внимание, это не «якобы», это просто они так сказали), она говорила с ними и кое-что предложила — в частности, условилась о встречах на том же месте каждый месяц, 13-го числа.
В деревне, конечно, никто не поверил этому, но когда наступило 13 июня, зеваки отправились вместе с детьми — а мало ли что. Единственное, что наблюдала эта небольшая толпа — что дети с кем-то явно общаются. Это были обычные крестьянские детки — не психи какие-нибудь из тех, что расстреливают одноклассников… Существуют некоторые свидетельства о том сеансе, но я их опущу, так как людей было мало, и свидетельства эти могли быть запросто нафантазированы постфактум. Зато то, что происходило на следующий месяц, уже игнорировать не стоило бы. Слухи пошли кругами; 13 июля собралось уже несколько тысяч человек; появились репортеры. В полдень сверкнула молния, и ветви деревца пригнулись, будто под тяжестью. Дети снова общались с кем-то, кого не видел никто. После этого уже вполне массового происшествия власти забеспокоились. Неизвестно, о чем говорили с детьми власти; известно то, что 13 августа детей загодя забрали в район и, скажем так, изолировали. Однако толпа в Фатиме все равно собралась: тысяч десять, а то и двадцать.
Все то же самое — полдень, молния, облачко на дубке. Кстати, каждый из предыдущих сеансов продолжался примерно по 10 минут; вот и сейчас облако побыло минут десять да и рассеялось. Толпа постояла и пошла себе, уже вполне уверенная, что происходит чудо.
В сентябре толпы было уже превеликое множество; люди приезжали издалека, просили исцелить и так далее. Говорят, что видели какой-то огненный шар; затем над деревцем белое облако рассыпалось лепестками… но тоже, не буду настаивать, потому что впереди было главное событие — 13 октября. За несколько дней стали собираться люди. Приехали столичные журналисты, фотографы и так далее; все сходятся на том, что было уж никак не меньше пятидесяти тысяч человек, а кто считает и семьдесят. Три дня подряд перед этим шел дождь.
От дерева уже остались рожки да ножки; дети еле пробрались к нему через толпу. Отчеты свидетельствуют об одном и том же. Лусия воскликнула: «Вот она!» Люди увидели, как детей окутало белое облачко, потом поднялось в воздух и рассеялось; и так было трижды.