— Конечно же, нет! — поспешил поправиться Арихан. — Такое просто невозможно! Жрецы в Хашире неумело подошли к выполнению твоего грандиозного плана! Они неправильно использовали морлу и стражников и навлекли на себя страшное разорение. Я боюсь, о святейший из повелителей, что храм там утрачен.
— Вот это-то расстраивает больше всего, мой Арихан, — Примас поднялся. Когда он это сделал, высший жрец заметил паука на его правом запястье. Паук был по крайней мере в два раза крупнее того, которого он наблюдал во время своего последнего визита и
— Девушка… Она оказалась сильнее, чем ожидалось, — вставил жрец. — По меньшей мере столь же сильная, как мужчина. Об этом никто не знал.
К его великому облегчению, Примас просветлел:
— Д-а-а-а-а… Это может пригодиться. Он поймёт, если этого невозможно было предвидеть.
Арихан не знал, о ком именно шла речь, но от реакции Примаса у высшего жреца всё похолодело внутри. Сын Мефисто мог бояться только трёх существ… Своего отца и двух других Первичных Зол.
Чтобы усмирить их, даже Примасу понадобится козёл отпущения. Арихан вдруг задумался, может ли он бежать, прекрасно зная, что его шансы в этом отношении близки к нулю.
Ещё один паук появился, этот вылез из-под воротника Примаса, прямо как во время предыдущей аудиенции. Арихан запоздало заметил другие маленькие и очень оживлённые тельца, бегающие по всему трону… И даже по его собственным ногам. Что все эти
— Мой Арихан, — молвила фигура перед ним. Примас потянулся к высшему жрецу, которому ничего не оставалось, кроме как подойти ближе.
Правда, оказавшись на таком близком расстоянии, Арихан заметил, что у Примаса что-то не так с глазами. Ему доводилось видеть настоящие глаза Люциона… И это были не они. Вообще-то, на таком расстоянии можно было различить, что каждый из них в действительности состоял из
— О Святейший, — начал он, стараясь подыскать слова, которые обеспечат ему спасение. — Возможно, что девушка…
Но Примас покачал головой:
— Нет, мой Арихан. Нет. План — мой выдающийся план — должен был сработать! Он потребует назвать причину, и девушки может оказаться недостаточно…
— «Он», о Великий? — сболтнул человек, пытаясь выиграть время. Вряд ли многие заклинания, которые он знал, могли сработать здесь, но Арихан должен был попробовать
В конце концов Арихан припомнил, что означают все эти пауки. Он понял, что? находилось перед ним под личиной его хозяина. Он никогда не видел демона, но в пору своей бытности младшим жрецом читал о нём и слышал слухи о том, что создание обитает глубоко в закоулках великого храма.
— Наш владыка Диабло, мой славный Арихан… — ответил ложный Примас на его вопрос. — И он потребует не только назвать причину, но и предъявить того, кто потерпел неудачу! — пока он это говорил, красивое лицо его начало разрываться. В местах разрыва плоти показались нити — нити из шёлка.
Нити паутины.
А из-под них показывалось волосатое уродство, которое Арихан некогда был бы рад призвать, — демон, который служил истинному владыке ордена высшего жреца.
— Великий! — ахнул он. — Позволь мне пойти с тобой, чтобы говорить с чудесным Диабло! Вместе мы можем…
Мантия разорвалась, и огромное, отдалённо напоминающее человека тело с восемью конечностями раздалось вширь. Отчаянное предложение Арихана оборвалось на полуслове, когда четыре когтистые руки схватили его и поместили его лицо в каких-нибудь дюймах от пары свирепых жвал. На безукоризненно чистые одежды высшего жреца закапала слюна.
— Да, мой Арихан, мы отправимся вместе, но твоя голова будет подана на блюде! Да, головы хватит… Потому что
Жвалы врезались в горло высшего жреца, разрывая всё на своём пути. У Арихана не было возможности издать ни звука. Его голова упала набок, едва удерживаемая остатками целых костей и сухожилий.
Астрога набрал полный рот и поместил тело так, чтобы удобнее было высасывать драгоценную жидкость. Чего человек не успел понять, так это того, что демон вообще-то оказал ему огромную услугу, убив его так быстро. Владыка Диабло мог заставить его страдать дольше, пытая ничтожного смертного до тех пор, пока не убедился бы, что он не только всё вызнал, но и пропустил Арихана через всё, что развлекало повелителя ужаса.
Но в процессе высший жрец мог приплести к неудаче Астрогу. Даже несмотря на то, что он предотвратил такой сценарий развития событий, арахниду придётся быстро придумать что-то, чтобы спасти себя.
Пока он отхлёбывал, одна идея уже пришла ему на ум. Люцион до сих пор отсутствовал, Люцион, который должен был заметить, что происходило и принять участие. Да, как-нибудь снова всё можно будет свалить на Люциона… И ещё на женщину с Ульдиссианом уль-Диомедом. Арихан был прав, говоря о том, что она показала больше, чем ожидал даже демон. Она станет другим ключевым пунктом защиты Астроги…
Наконец пресытившись, он бросил тело своим детишкам, чтобы те с ним закончили. Астрога уже мог чувствовать, что Диабло ждёт от него вести об успехе.
Демон взглянул вниз на обезображенный труп высшего жреца, уже покрытый пауками. «Считай, что тебе повезло, мой Арихан… Считай, что тебе повезло… Говорящий это может ещё позавидовать твоей судьбе… Да, позавидовать и молиться о том, чтобы и с ним обошлись так же милосердно…»
Подумав это, Астрога открыл переход между мирами и погрузился в глубины Пылающего Ада…
Эдиремы подняли взоры все как один, ощущая призыв. Он исходил не от мастера, но от того, кто был ближе всего к нему. И этого было достаточно. Ромий дал знак рукой, и они устремились к Хаширу. Даже самый маленький ребёнок был вместе с ними, ибо эдиремы никого не оставляли сзади. Слабейшим из них было безопаснее оставаться с остальными, даже если это означало вовлечение в битву…
И вот только одна фигура осталась стоять в джунглях, фигура человека, который всеми фибрами души желал присоединиться к потоку душ, текущему к городским воротам. Но Ахилий не мог этого сделать, не навлекая большее бедствие.
«Всё… Как они предсказывали… Она возьмёт командование в свои руки, если он исчезнет». Лучник не хотел верить в это, но ему следовало ожидать, что Ратма и дракон окажутся правы. Похоже, они всегда были правы.
Хотя, нет… Не всегда. Они ошибались по поводу него. Они думали, что он будет беспрекословно подчиняться им. Не потому, что они требовали такого подчинения, но потому, что они предполагали, что правота их решений делала невозможными всякие возражения.
Но даже будучи ходячим мертвецом, Ахилий оставался Ахилием. Он обдумывал и другие возможные планы действий, которые расходились с решениями, принятыми сыном Лилит и существом по имени Траг’Оул.
Ему необходимо было принимать в расчёт Серентию… И это было самым главным.
Ахилий перекинул лук через плечо, хорошенько его закрепил и начал бежать. Смерть не замедлила его, и, по сути, он мог теперь гораздо, гораздо быстрее передвигаться по земле. Он оставлял немного или совсем не оставлял следов и мог обойти практически любые препятствия.