ей было лет под шестьдесят, хотя у нее были такие же темные волосы, как и у остальных женщин, и такое же округлое лицо, как у Шофьян и Таиши. Она обладала той красотой, над которой не властны годы, высоким благородным лбом и высокими скулами. Мы подошли ближе, она села, распахнулась ее зеленая с голубым мантия, и обнажились большие груди, крепкие, как у девушки. Волосы, собранные в высокий пучок, подобный короне, украшали самоцветы и изделия из драгоценных металлов, а также светящиеся раковины. Серьги в виде вееров, украшенные разноцветными перьями и драгоценностями, свисали до плеч. На каждой руке было по дюжине изящных браслетов, а шею обнимали плотные ряды жемчужных ожерелий.
Мы низко поклонились, и я услыхал, как зазвенели драгоценности королевы, склонившейся вперед, чтобы получше разглядеть храбрецов, отважившихся вторгнуться в ее водные владения.
Мы молчали. В такой ситуации королям положено говорить первыми.
Я услыхал шепот, рискнул поднять глаза и увидел, как Таиша, оказавшись рядом с королевой, что-то нашептывает ей на ухо. Мне показалось, я услыхал имя Джанелы. Когда Таиша закончила, королева кивнула и сказала:
– Я так поняла, что обязана вам спасением моей внучки от змеи.
Я чуть было не начал отвечать, но вспомнил о своей роли бесправного мужчины.
– Вы так добры, ваше величество, – сказала Джанела. – Но мы вовсе не заслуживаем благодарности за поступок, который обязан совершить каждый, увидев, что ребенок оказался в опасности.
Молодец! – подумал я.
Королева весело и раскатисто рассмеялась. Но тут же заговорила более сдержанным тоном:
– Вам повезло, госпожа Серый Плащ, что малышка Шофьян была так непослушна сегодня. Иначе королева озерного народа обошлась бы с вами совсем иначе!
Джанела ответила:
– Действительно повезло, ваше величество. Богиня улыбалась нам весь день. Сначала она улыбнулась ребенку, встретившему друзей как раз тогда, когда в них была нужда. Затем улыбнулась нам, позволив познакомиться с вами.
Отлично сказано! – подумал я.
Должно быть, королева Бадрия решила так же, потому что разразилась новым приступом веселого смеха.
– Твоя мать хорошо тебя обучала, младшая сестра, – сказала она. – А теперь отвечай, и отвечай честно, если не хочешь, чтобы настроение мое ухудшилось.
– Я постараюсь, ваше величество, – сказала Джанела. Королева склонилась ниже, позвякивая украшениями.
– Ты колдунья?
– Да, – сказала Джанела. – Меня благословили боги таким даром.
Бадрия удовлетворенно кивнула:– Я так и подумала. Она обратилась к Таише:
– Разве я не говорила… еще до того, как пропала Шофьян… что ощущаю присутствие колдовства?
– Именно так и говорили, ваше величество, – сказала дочь.
– У меня тоже имеются небольшие способности, – сказала королева, – которых хватает, чтобы не пускать некоторых отвратительных созданий в этот конец озера. – Должно быть, она имела в виду тех слизняков. Бадрия фыркнула. – Извини, что мои воины доставили тебе некоторые неприятности, моя дорогая, – сказала она. – Но мы, озерные обитатели, не поощряем непрошеных визитеров и потому отгоняем их, как можем.
– И для этого у вас имеются жутковатые стражи, – сказала Джанела.
Королева засмеялась, польщенная.
– Я ведь лишь случайно ощутила присутствие вашей демоницы озера. – Джанела содрогнулась, то ли по-настоящему, то ли продолжая улещать королеву. – Она обнаружила себя только потому, что проголодалась. Ее голод был столь велик, что даже у меня в животе забурчало, несмотря на то что я боялась за себя и за своих товарищей. Ну а когда почувствовала ее присутствие, то постаралась обратить этот голод против наших преследователей.
Я слушал так же внимательно, как и остальные, ведь мне тоже было интересно, как Джанеле удался тот трюк, спасший нам жизни.
Королева вновь раскатисто расхохоталась.
– Бедняга Саламси, – сказала она, открыв нам имя демоницы. – Ее не покормили вовремя, а я была занята и не позаботилась.
– Будем надеяться, что все закончилось хорошо, – сказала Джанела.
Королева пожала плечами.
– Вряд ли маленькие мерзкие твари могли ей повредить. Правда, она могла ощутить себя одураченной и разозлиться на пришельцев. Поэтому на вашем месте на обратном пути я избрала бы другой маршрут.
Мы в молчании выслушали ее совет, а лицо королевы стало задумчивым. Немного поразмыслив, она приказала принести табуретки, чтобы мы устроились поудобнее, а также еду и питье. Мы попробовали, преодолев брезгливость, по небольшому кусочку такого местного деликатеса, как сырая медуза под горячим соусом, запив его легким вином с резким привкусом штормового ветра, который так пугает в открытом море, но весело вспоминается в хорошей компании в портовой таверне.
Наконец королева вышла из задумчивости, и ее лицо стало строгим.
– Вы так и не рассказали, что же вы тут делаете? – спросила она.
