социалистического Советского Союза в разделе мира, предложенного нацистской Германией.
Позднейшие советские утверждения, будто советское правительство отклонило германское предложение о разделе мира, не соответствуют действительности. Молотов несколько раз запрашивал немцев относительно ответа на советские контрпредложения, но германское правительство больше к своим предложениям не возвращалось. Гитлер склонился к иному решению — начать войну против СССР. 18 декабря 1940 года план ведения войны против СССР — план «Барбаросса» — был окончательно утвержден.
За месяц до того, 18 ноября, болгарский царь Борис прибыл в Берлин для обсуждения вопроса о присоединении Болгарии к Тройственному Союзу (она формально примкнула к нему 2 марта 1941 года). 20 ноября присоединилась к Тройственному пакту Венгрия, 23 ноября — Румыния, 24 ноября — Словакия. Гитлер решил не считаться больше с мнением Советского Союза. Протесты СССР оставались без внимания. Раздражение в Москве против политики гитлеровской Германии выразилось в ряде необдуманных действий. Так, например, советское правительство выступило против сближения Финляндии со Швецией (сближение, которое могло бы обеспечить финский нейтралитет в случае войны с Германией. — Авт.), предупредив Финляндию, что ее соглашение со Швецией привело бы к аннулированию мирного договора с Финляндией от 12 марта 1940 года, то есть пригрозило Финляндии новой войной. В результате этой угрозы сторонники сближения с гитлеровской Германией в Финляндии получили еще больший перевес над умеренными.
Гитлеровская Германия явно готовилась к новой войне, войне против СССР. Но до того Германия решила овладеть Балканами и тем самым добиться изоляции обоих своих врагов — Англии и СССР.
Война на Балканах собственно уже велась Италией, напавшей 28 октября 1940 года на Грецию (без соглашения с Германией). В марте 1941 года, спасая Италию от разгрома, Германия начала войну против Греции. Германия потребовала от Югославии присоединения к Тройственному пакту. Правительство Цветковича, подписавшее соглашение о присоединении к пакту, было свергнуто восставшим народом 27 марта.
В этот последний момент Советский Союз подписал с Югославией договор о дружбе и ненападении, который практически ничего Югославии не давал, но лишь выражал протест СССР против захватнической политики Германии на Балканах. На следующий день, 6 апреля 1941 года Германия напала на Югославию и вскоре разгромила ее. Советский Союз не шелохнулся.
18 июня 1941 года Турция подписала с Германией договор о ненападении.
К этому времени Германия завершила также и приготовления вблизи советской границы в Польше и Румынии.
20 июня германские парашютисты закончили операции на Крите — последние английские солдаты были вынуждены эвакуироваться в Египет.
Урегулирование отношений с Японией было единственным крупным внешнеполитическим успехом Советского Союза в это время. Бои в Монголии закончились в середине сентября 1939 года, вскоре после подписания советско-германского пакта о ненападении. По просьбе Советского Союза Германия оказала давление на Японию, побуждая ее к мирному урегулированию с СССР. Изменение политики Германии, разгром Франции, оккупация Нидерландов, осада Англии — все это усиливало позиции тех японских кругов, которые считали, что экспансия Японии должна быть направлена не на север, то есть против СССР, а на юг — против колониальных владений Франции, Англии и Нидерландов. Японские финансовые и промышленные круги, заинтересованные в развитии экономических отношений с СССР, особенно рыбопромышленники, требовали от своего правительства подписания с СССР новой рыболовной конвенции, так как срок прежней истек в 1939 году. Германия, со своей стороны, также была заинтересована в движении Японии на юг, поскольку это отвлекало внимание Соединенных Штатов от Европы и распыляло силы Британской империи. Рыболовная конвенция была продлена до конца 1942 года. 13 апреля 1941 года во время пребывания японского министра иностранных дел Мацуока в Москве был подписан договор о нейтралитете. Урегулирование отношений между СССР и Японией теперь, в условиях ухудшившихся советско-германских отношений, было для Советского Союза чрезвычайно важным. Договор был подписан Японией, несмотря на нажим, который оказывали на Мацуоку Гитлер и Риббентроп, делая ему прозрачные намеки, что война против СССР не за горами. Но в Японии к этому времени усилилось влияние сторонников экспансии в южном направлении, японское правительство предпочло подписать соглашение с СССР и тем гарантировать безопасность империи на севере.
Договор о нейтралитете 1941 года ослаблял опасность для Советского Союза войны на два фронта, если бы столкновение с Германией стало неизбежным.
Самообман и обман
Советское правительство располагало обширной информационной и разведывательной сетью за рубежом. Секретная информация политического и военного характера поступала в Москву по нескольким каналам: по линии наркомата иностранных дел, наркомата внутренних дел (государственной безопасности), наркомата обороны, Коммунистического Интернационала. Советская разведывательная служба в Европе и в Азии была одной из лучших в мире не только потому, что в ее составе были великолепно подготовленные профессионалы, такие, как Р. Зорге, Маневич, Радо, Треппер и другие, но также и потому, что она имела довольно широкую базу среди западноевропейских коммунистов, антифашистов, левых интеллигентов. Эти люди служили советской разведке в силу своих убеждений, преданности коммунистическим идеалам и первой в мире стране социализма. Это делало советскую разведывательную службу необычайно надежной.
Однако в 30-е годы, во время сталинского террора, почти все без исключения советские шпионы, работавшие за границей, находились под подозрением. Многие из тех, кто возвратился в Москву, в конце 30 -х годов были арестованы, обвинены в измене и уничтожены. Вместе с ними были арестованы и их семьи. Но даже несмотря на огромный ущерб, который сама советская власть наносила своей разведке, она продолжала располагать надежными кадрами.
Сведения о готовящемся нападении на СССР и о разработке плана «Барбаросса» были получены в Москве еще осенью 1940 года. Эти сведения были получены из Швейцарии, но непосредственным источником информации был офицер германского генерального штаба.
Подробные сведения о плане «Барбаросса» были получены в Москве в начале 1941 года.
Сообщения из Берлина, Берна и Парижа подтверждались сведениями, полученными из Токио от Р. Зорге, шпионская сеть которого получила доступ к совершенно секретным документам японского правительства. Микрофильмы этих документов посылались в Москву. Постоянная передача достоверной шпионской информации в Москву продолжалась 6 лет Зорге предупреждал несколько раз, что несмотря на вооруженные столкновения в Монголии Япония против СССР воевать не будет, а будет воевать против США.
В начале мая 1941 года Зорге передал в Москву содержание беседы Гитлера с японским послом Осимой, в которой Гитлер раскрыл намерение Германии напасть на Советский Союз. 12 мая Зорге сообщил о сосредоточении 150 немецких дивизии вдоль советской границы и указал предполагаемую дату нападения — 20 июня. В следующем сообщении — 15 мая — Зорге уточнил дату нападения — 22 июня и сообщил примерную схему предполагаемых военных действий. В разгар германского наступления на Москву, в октябре 1941 года, Зорге сообщил о намерении японского правительства начать войну против колониальных владений Англии и Нидерландов в Юго-Восточной Азии. 18 октября 1941 года Зорге был арестован и спустя 3 года, 7 ноября 1944 года, повешен в японской тюрьме. Советские власти ничего не предприняли для спасения Зорге: Сталин не желал сохранять живых свидетелей своих ошибок и преступлений. Жена Зорге была арестована советскими властями и послана в концентрационный лагерь. Ничего не было сделано и для вызволения советского разведчика Маневича, арестованного в Италии. Немудрено, что многие сотрудники советской разведки отказывались возвращаться домой и предпочитали стать невозвращенцами; те же, кто возвратился, были либо расстреляны, либо много лет провели в заключении.
О готовящемся нападении на СССР, советское правительство получило официальные предупреждения 1 и 20 марта 1941 года от заместителя государственного секретаря США Семнера
