Анадоль, Волноваху, подбив с орудий «Ивана Калиту». Однако не долго занимали старые позиции и к ночи сдали противнику Велико-Анадоль, Волноваху, Мариуполь.
Одновременно с этим Шкуро, разгромив полки 13-й армии в районе Юзово-Гришино, отдохнув, двинулся на юго-запад в наш район, в наш тыл.
Белая газета писала об этом 3 июня 1919 г.:
«...Доблестные конные части генерала Шкуро вновь перешли в решительное наступление вдоль желдороги на Екатеринослав и в направлении на Пологи и Цареконстантиновку. Рядом лихих атак в районе желдороги к запад от Гришине (фронт 13-й армии. — А. Б.) красные, понеся потери, в беспорядке бегут к станции Чаплино...
Одновременно с этим лихие партизаны генерала Шкуро, направившись в тыл противника, имея общее направление на Пологи и Цареконстантиновку, сбили два полка красных в районе сел Андреевка, Алексеевка, Богатырь... Северо-западнее Мариуполя славные кубанские пластуны взяли станцию Чердакли»[557].
Но мы тогда никакой информации о наступлении Шкуро не имели.
Измученные жестокими боями, наши полки без патронов, ибо красное командование окончательно нас блокировало, снова переходили в атаку и вновь занимали несколько раз линию Мариуполь–Велико-Анадоль.
4-го июня Махно опубликовал призыв, в котором писал:
«ВСЕМ! ВСЕМ! ВСЕМ!
Прочесть на всех сельских и волостных сходах, на всех заводах, во всех частях войск имени батько Махно.
Товарищи рабочие и крестьяне!.. Революция в опасности!
Российские части, не выдержав натиска контрреволюционных деникинских банд, отступили. Банды, проникнув глубоко в наш тыл, насилуют женщин, уводят всю молодежь в свои ряды, опустошают села. Еще один, два промаха в наших общих действиях и революция погибнет. Необходима сплоченность, единение. Только при общем усилии и сознании, при общем понимании нашей борьбы и наших общих интересов, за которые мы боремся, мы спасаем революцию.
Поспешите, товарищи, войти в общие революционные ряды и противопоставить свою революционную мощь контрреволюционному юнкерскому Белому Дону, который несет смерть для революции, гибель для всех завоеваний ее, ужасы для всего рабоче-крестьянского люда.
Бросьте, товарищи, всякие партийные разногласия. Они вас погубят. Скажем во всеуслышание и властно как стоящим у власти и натравливающим вас друг на друга, так и стремящимся к власти и призывающим вас к распрям, к борьбе за нее: “не убивайте в нас инициативы и самодеятельности, а если вы этого не понимаете, уйдите прочь с нашей общей рабоче-крестьянской дороги!”
Проявление, товарищи, в этом своего могущества — успех борьбы за нами.
Знайте, что победив контрреволюцию в лице юнкерского белого Дона, мы этим побеждаем контрреволюцию внутри Украины и России и, следовательно, вырываем зубы и когти у главных врагов рабочего люда, стремящихся к ненасытной мести над трудящимися к полному их закрепощению.
Знайте, что в открытой и смелой борьбе за наше правое дело, мы победим.
Пусть же восстанут грозные батальоны рабочих и крестьян! Выше подымем наше непримиримое боевое знамя бунта, возмущения революции!
Пусть из всех многомиллионных грудей рабоче-крестьянского люда раздаётся громовой клич:
Смерть врагам Революции! Смерть врагам народа!
Пусть живет царство свободного люда на свободной трудовой земле!
Батько Махно. 4-го июня 1919 г. Гуляй-Поле»[558].
— Вот когда батько принялся мирить всех, вот подкрутил Шкуро! — шутил Долженко, — Да, стой, никак это нас зовут, скорее к аппарату.
Мы подошли к аппарату, где толпились штабники, среди них был и политком одного из полков, ранее возмущавшийся статьей Троцкого. Передавали приказ:
«Объявляется приказ (для исполнения) Революционного Военного Совета Республики № 1824 от 4 июня 1919 г. г. Харьков.
Всем военным комиссарам и исполкомам Александровского, Мариупольского, Бердянского, Бахмутского, Екатеринославского, Павлоградского и Херсонского уездов.
На 15-ое июня исполком Гуляй-Поля совместно со штабом бригады Махно пытается созвать Советский и повстанческий съезд от уездов Александровского, Мариупольского, Бердянского и Павлоградского. Означенный съезд направлен целиком против Советской власти на Украине и против организации Южфронта, в состав которого входит бригада Махно.
Результатом съезда может явиться новый мятеж в стиле Григорьевского и открытия фронта белогвардейцам, перед которыми бригада Махно неизменно отступает в силу неспособности и предательства своих командиров:
1. Съезд запрещается.
2. Все население должно быть предупреждено устно и письменно о том, что участие в съезде будет рассматриваться, как государственная измена по отношению к Советской Республике и Советскому фронту.
3. Всех делегатов съезда арестовывать и передавать в военно-революционный трибунал 14-ой армии.
4. Арестовать членов Гуляйпольского исполкома и распространителей воззваний Махно.
5. Приказ вводится в действие по телефону и должен быть широко распространен на местах, вручен представителям Советской власти, а также председателям реввоенсовета, командирам и комиссарам частей.
Подписали: Председатель РВСР — Троцкий
Главком — Вацетис
Члены реввоенсовета республики — Орлов и др.»[559].
У аппарата поднядась ругань. Штабники набросились на политкома и всячески угрожали. Но не зная, что делать, он разводил руками и ругал Троцкого, обещая выйти из партии.
Итак махновщина вне закона.
Бои по-прежнему были жестокие и наши части отступали.
Оперсводка штаба 2-й Украинской Советской армии к 20 часам 5-го июня 1919 г. сообщала:
«Таганрогское направление после упорных боев наши части отошли на линию ст. Петровская, ст. Новоспасовская, Николаевка, Благовещенка, Кайзер-Дорф, Трудолюбовка, Любскут, Федоровка, Межерич, Туркеновка, Успеновка.
Гришинское направление — без существенных перемен»[560].
Мы верили сводкам, но эта сводка лгала.
5-го июня мы готовились к наступлению на ст. Волноваху, которая неоднократно переходила из рук в руки. Подтянули последние крохи резервов и собирались сделать рейд в глубокий тыл белых с целью добыть хоть что-нибудь из боеприпасов. Но в этот же день, вопреки сводке, в нашем тылу появились полки Шкуро, прорвавшиеся от Гришине через ее.[561] Богатырь, Андреевку.
Ситуация сложилась катастрофическая, посколько пресловутое троцкистское «Распоряжение № 96/с»вело повстанцев к гибели.
Боеприпасов не было совсем, винтовками «Гра»и берданками отбивались, как палками.
Сердце кровью обливалось при виде, как гибли под огнем противника лучшие силы революции, эти добровольные помощники строительства новой жизни.
И сколько же было проклятий за эту западню, за это предательство в адрес Троцкого. Счастье наше, что этот бой прикрыла ночь.
Оперсводка разведотдела 14-й армии на 14 час 6 июня 1919 года сообщала:
«На Гришинском направлении по данным войсковой разведки со стороны противника действует Первая Кавказская дивизия силой до 3 тыс. сабель при четырех легких орудиях и большом количестве пулеметов, преимущественно ручных льюисов. В селе Гришине расположен отряд кавалерии силой до 1 000 сабель при артиллерии и пулеметах, от которого высылаются разъезды в направлении на Сергеевку–Славянск–
