бабушка! Оооу!» на тетю Лину или признающегося в любви к Настиной бабушке, они бы не думали, что он так хорош. Мама бы вообще запретила мне с ним общаться, а Федька стал бы это контролировать.
— А пусть нам еще Настя и Федя расскажут в подробностях, как они познакомились? — попросил кто- то.
— Да-да! — возопила Лина Антоновна. — Феденька, милый, расскажи нам это! А вот наш Рафаэль еще ни с кем не встречался, хотя ровесник Машеньки и Дэночки. Я вот думаю — найдет ли он когда-нибудь себе невесту? Будут ли у меня внуки?
При этих словах Смерч весьма выразительно посмотрела на Господина Бритые Виски. Тот занервничал и отвернулся — казаться лузером на фоне Дениса ему не улыбалось. Но, я уверена, девушек у этого парня было много, очень много. Просто его странная мама, эта восторженная всем и вся Лина Антоновна, об этом не догадывается. Так же, как и о том, что сегодня ее «сыночка» посещал с важным визитом местный «обезьянник». А сопровождали его важные персоны — собутыльники-дружки.
— Мы познакомились не банально, — вынудили Настю рассказать их с Федькой историю любви, хотя, видит Бог, ей не хотелось этого делать. — А очень глупо. Я пришла на День Рождение к своему приятелю с работы. Немного опоздала. Позвонила в дверь. А на пороге меня встречает высокий молодой человек и орет: «Ты чего так долго? Именинник уже заждался! Раздевайся, давай!». Я ему говорю: «В смысле раздевайся?». А он мне: «В прямом! Пошли в комнату пустую, наведешь там макияжика, а то ты какая-то неяркая, переоденешься. Можешь меня не стесняться!». И, представляете, тянет меня за собой в комнату! А все остальные гости в другой комнате находятся, и музыка громкая, никто ничего не слышит. Я в шоке. А парень — ну, вы поняли, это Федя был, продолжает орать мне на ухо: «Чего ты медлишь? Раздевайся и танцуй! Сколько мы тебе заплатили!?». Я ему кричу: «Не буду раздеваться!» и слышу в ответ: «Ты что, дура? Кто стриптиз танцует в одежде? Ты чего ломаешься?». Короче, я его сумкой огрела по физии… Потом уже разобрались, что к чему. Оказывается, Федька с парнями девушку из клуба мужского заказали, — Настя хихикнула, — чтобы она откровенным эротическим танцем порадовала именинника. А пришла я. Девушка просто запаздывала, и Федя меня за нее принял.
Федька закатил глаза, я заржала громче всех. История о том, как брат перепутал высокую и симпатичную Настю с танцовщицей, была мне известна очень хорошо. Но Настин папа, кажется, был не в курсе о таких подробностях знакомства его дочери с Федором, и только осуждающе головой качал.
— А потом Федя попросил прощения, и пригласил меня в кафе. Вот так мы и стали встречаться. — Скомкано закончила Настя и улыбнулась жениху, словно говоря ему: «не сердись, милый!»
— Денис, а с кем ты живешь? Кем хочешь работать? А какое у тебя хобби? Милый, кем работают твои родители? — Продолжала наседать мама на брюнета.
Смерчинский отвечал на все вопросы, не забывая при этом шутить и улыбаться. А когда он сказал, что его отец — бизнесмен, мама с такой надеждой глянула на меня, что я только вздохнула. У меня возникало все чаще и чаще такое чувство, что Дэнни устроили самые настоящие смотрины, и хотя главной парой, так сказать, сегодняшнего вечера, должны были стать Настя и Федька, почти все внимание отхватил именно мой Смерчик. Этому, кстати, Федор был несказанно рад — его в основном сегодня терроризировали Настины папа и бородатый дядя, а все остальные «присматривались» к Дэну.
— Денис, милый, а у тебя есть мечта? — умудрились задать Смерчу даже такой странный вопрос родственники.
— Есть.
— Какая же?
— Совершенно простая. — Он сомкнул пальцы в замок. — Хочу быть счастливым человеком.
— Ты очень зрелый мальчик. — Похвалили его тут же, а дядя предложил выпить за мечту. — А наша Маша мечтает о новых кедах.
— Неправда! — возмутилась я. — У меня много желаний и мечтаний тоже.
— Так выпьем же за них за всех! — Пропел счастливый дядя. — И чтобы сбылись они быстрее! И выпьем, люди, за успех! С успехом жить нам веселее!
— Поэээт, — протянул дед, но бокал поднял.
— Хватить пить, стыдно за тебя, — строго взглянула на него тетя, но ее благоверного это не остановило.
— За мечты моей внучки!
Потом вечер вновь пошел своим чередом. Народ старался веселиться, мои головастики, пригубив вина, танцевали буги-вуги, Сашка капризничал и запускал во всех бумажные самолетики, женщины принялись дружно спорить с мужчинами о превосходстве слабого пола…. Еще чуть позже Дэна заставили говорить тост, и он предложил выпить не просто за любовь и будущих молодоженов, но за их вечную любовь. Мама с тетей и Лииной Антоновной чуть не прослезились.
— Я не хочу говорить много слов о любви. Потому что говорить о ней не нужно. Ее нужно чувствовать. — Голос Дениса стал печальным — и я знала, что это, скорее всего, понимаю только я, но сам он улыбался. — Я просто хочу сказать: поднимете эти бокалы за то, чтобы любовь Федора и Анастасии была вечной. Не имеет смысла любить, если не имеешь намерения сделать эту любовь вечной. Плюем на пафос — за любовь в вечности. — Дэн на мгновение запнулся, опустил взгляд и произнес строки из знаменитого романа-завещания Булгакова. — «Смотри, вон впереди твой вечный дом, который тебе дали в награду. Я уже вижу венецианское окно и вьющийся виноград, он подымается к самой крыше. Вот твой дом, вот твой вечный дом. Я знаю, что вечером к тебе придут те, кого ты любишь, кем ты интересуешься, и кто тебя не встревожит. Они будут тебе играть, они будут петь тебе, ты увидишь, какой свет в комнате, когда горят свечи. Ты будешь засыпать, надевши свой засаленный и вечный колпак, ты будешь засыпать с улыбкой на губах. Сон укрепит тебя, ты станешь рассуждать мудро. А прогнать меня ты уже не сумеешь. Беречь твой сон буду я.» Берегите свои сны, ребята. — И он поднял бокал вверх, словно салютовал им. Остальные немедленно присоединились к Дэну, и комнату наполнил звон соприкасающегося хрусталя.
— Ну, ты и оратор, — присвистнул дядя. — Силен сочинять.
Федька тоже прибалдел — он с литературой как-то не очень дружен. Настя произнесла задумчиво, что «где-то это точно слышала». А я, взглянув на стоящего с абсолютно прямыми плечами Смерча, почувствовала вдруг, что в сердце меня что-то укололо.
«Почему нам его так жааалко?», — грустно спрашивали головастики.
«Дэночка, мы с тобой!», — твердили другие.
«Но это все лишь тост!», — возмущались третьи.
«Ему больно! Ему плохо! Он не зря говорит эти слова!», — наперебой утверждали третьи.
Надо обязательно узнать о прошлом Дэна. Сейчас мне кажется, что его прошлое не такое идеальное, как он сам. И это чувство внезапной жалости, которое вызвано во мне какими-то загадочными субъективными причинами… что оно значит?
— Это Булгаков! — вдруг тоненьким голоском вскричала старушка в шляпке. — Это бессмертное его творение! Это слова Маргариты своему Мастеру! Браво, молодой человек! Браво!
— Ни фига ты, — встрял Бритые Виски, который отнесся ко всему этому, как к чепухе, — такое наизусть помнить? Спецом учил к тосту что ли?
— Нет, само запомнилось, — отозвался Смерч.
— Само? А тогда ты не показался мне таким умным, — расхохотался Рафаэль.
— А вы что, знакомы? — спросила Настя удивленно.
— Слегка, — кивнул ее брат, поняв, что сболтнул глупость. — Не поверите, сегодня виделись.
— Это как? — живо заинтересовалась тетя Лина. — Расскажите нам! Денис, вы, правда, сегодня виделись?
— Ну, можно назвать это и так. — Медленно кивнул Смерч.
И эти два балбеса стали рассказывать какую-то безумную историю, перевратую как только можно и нельзя. Правда, я в этом тоже приняла участие.
— Мы с Марией пошли в кафе, — начал Дэн, откинувшись на спинку стула. — Чтобы немного побыть вдвоем. Маша любит мороженое, а я люблю, когда Маша довольна. А в этом кафе мороженое просто великолепное. Мы сидели с ней за столиком и разговаривали о… вечном.
— А я там тоже был со своим другом, — вклинился Эль. — У него удачно прошла предзащита диплома, и мы решили отпраздновать это двумя-тремя… кусками пиццы.
