… Подвиг, стяжавший в потомках больше славы, чем веры.[2277]
Ненавидя жестокость, вы сами выказываете жестокость и, не обретя еще свободы, уже хотите господствовать над противником. (Сенаторы Луций Валерий и Марк Гораций – восставшим плебеям.)[2278]
Люди пугают других, чтобы не бояться самим.[2279]
Лучше поздно воспротивиться наглости и безрассудству, чем никогда. [2280]
Из врагов не осталось никого, кто мог бы сообщить о поражении. [2281]
Несчастье наставляло нас в благочестии.[2282]
Войны существуют для молодых.[2283]
Мир надежен там, где его условия приняты добровольно, а там, где хотите иметь рабов, нечего рассчитывать на верность.[2284]
Убегая от судьбы он, как это обычно бывает, мчится ей навстречу. [2285]
Оружие благочестиво в руках у тех, у кого уже ни на что не осталось надежды.[2286]
[Об Александре Македонском:] Каким бы громадным ни казалось нам величие этого человека, оно остается величием всего лишь одного человека, которому чуть больше десяти лет сопутствовала удача.[2287]
Как это обыкновенно бывает, большая часть восторжествовала над лучшей.[2288]
На первом месте стоит человек, который сам может подать дельный совет; на втором – тот, кто этого совета послушается; а тот, кто сам совета не даст и не подчинится другому; тот – последний дурак. (Перефразированная цитата из Гесиода).[2289]
Чем меньше страха, тем меньше опасности.[2290]
Как больной человек ничтожное заболевание переносит труднее, чем здоровый тяжелую болезнь, так и больное потрясенное государство не перенесет никакой беды, и не потому, что эта так тяжела, а потому, что нету сил поднять еще какое-то бремя.[2291]
Доверие обязывает к доверию.[2292]
Легче всего терпеть знакомое зло.[2293]
В больном теле одна застарелая немощь порождает другую.[2294]
В обстоятельствах трудных, когда надеяться почти не на что, отчаяннейшие решения всего правильнее.[2295]
Пылкие и дерзостные замыслы хороши лишь на первый взгляд: осуществление их мучительно, а результаты печальны.[2296]
Суеверие в мелочах видит волю богов.[2297]
Страх все истолковывает в худшую сторону.[2298]
Добавленное напоследок всегда кажется самым важным.[2299]
Люди, оправдывая себя, бывают удивительно красноречивы.[2300]
Всякая толпа (…) похожа на море: (…) его могут всколыхнуть и легкий ветерок, и ураган.[2301]
Всякое преступление безрасчетно.[2302]
У нападающего всегда больше воодушевления, чем у обороняющегося.[2303]
Неизвестное больше страшит.[2304]
Муж и вождь не упускает счастливого случая и подчиняет его своим замыслам.[2305]
Люди к благу менее чувствительны, чем к беде.[2306]
Прошлое легче порицать, чем исправить.[2307]
Счастью следует доверять всего меньше, когда оно всего больше. [2308]
Лучше (…) вечный мир, чем мечты о победе.[2309]
Условия мира предписывает не тот, кто просит о нем, а тот, кто его дает.[2310]
Редко даруются людям сразу и счастье, и здравый смысл.[2311]
Римляне расширили свою державу не столько победами, сколько милостивым отношением к
