питала сомнения на этот счет. Достаточно было послушать рассказы моего возлюбленного о бесплодной погоне за слухами и подозрениями — тогда он по поручению своего принца охотился на воров, избивших младшего сына Дома из-за фамильного кольца. Только позже, когда наши пути пересеклись, Райшед узнал, что это был келларинский артефакт.
— Гуиналь, — предостерег Темар.
— Хорошо.
Она сжала от досады губы, но успокоила эфир ритмичным заклинанием. Воздух опустел, спящие лица исчезли, и я внезапно осознала, что у меня онемели плечи и шея, а голова раскалывается от боли.
— Мне нужен свежий воздух. — Перид, пошатываясь, встал, и Райшед быстро открыл дверь.
— Я обойдусь выпивкой. — Даже Грен казался неуверенным в себе, а это случалось так же редко, как безлунная ночь.
Положив голову в ладони, я почувствовала сильные пальцы Райшеда, растирающие мои плечи.
— Что ты видел?
Мой возлюбленный подумал.
— Цвета, формы, но ничего конкретного. Зар не видел даже этого.
— Еще один пример, где Высшее Искусство и магия стихий не смешиваются? — Я слегка потерла виски кончиками пальцев и, прищурившись, посмотрела на Райшеда. — Что теперь?
— Зар пошел за магами. С тобой все в порядке? — Его мрачный вид обещал кое-кому неприятности, если со мной что-то неладно.
Я осторожно кивнула:
— Вроде да.
Встав на колени, Райшед привлек меня к себе. Я положила голову ему на плечо и очень серьезно подумала о том, чтобы пойти спать и оставить все как есть по крайней мере до утра.
— Где Аллин?
Открыв глаза, я увидела Темара, трущего лицо тыльной стороной рук.
— С остальными магами. Они собирались обсуждать, какую магию могут себе позволить, не нарываясь на атаку эльетиммов. — Райшед встал и, подняв меня с табурета, сам на него сел. Я плюхнулась к нему на колени и обняла за шею.
— Узара говорил, что Аритейн помогла ему придумать за зиму некоторые способы защиты, — устало добавила Гуиналь.
Короткое время мы сидели молча, пока Хэлис не распахнула ногой дверь и втащила внутрь громоздкую корзину бутылок.
— Если вы закончили, давайте послушаем ваши сведения и составим план.
Мы поморщились от грохота и звона стекла. Все, кроме Грена, который тотчас оживился.
— Всегда лучше заканчивать с выпивкой в руке. — Он взял пузатую бутылку, залитую воском.
Хэлис предложила нам на выбор несколько разных вин.
— Так что вы узнали?
Пока Темар объяснял, не вызвав ни у кого большого удивления, что за пиратами стоит наш старый враг, прибыли маги. Шив обнимал Перида, с пристрастием осматривая его лицо: не повредило ли Высшее Искусство возлюбленному? Узара отнес вино молчащей Гуиналь, со всей учтивостью советуя ей выпить. Он даже ухитрился раздобыть где-то серебряный кубок, украшенный позолотой.
— Мы можем вытащить оттуда Налдета? — спросила Аллин. Судьба мага тревожила ее с тех пор, как нам пришлось оставить его у пиратов.
— Он один из нас, верно? — Сорград помог Грену отодвинуть стол к стене, и братья сели на него, лениво качая ногами. По примеру младшего старший отхлебнул белого бренди.
— Гуиналь? — Темар передал Аллин бледно-зеленую бутылку Каладрийского белого, и девушка сделала нерешительный глоточек.
— Слишком рискованно. — Дворянка вздохнула с красноречивой досадой и обвела взглядом всех урожденных магов. — Вам лучше ограничивать свою магию теми вещами, которые находятся в пределах досягаемости, которые вы можете видеть. Эльетиммы не должны вас атаковать, если вы не ищете что-то за гранью ваших непосредственных ощущений.
— Значит, мы все-таки можем вышибить пиратов из воды огнем и молнией? — Сорград подмигнул Лариссе, которая стояла немного в стороне от Шива и Перида, молчаливая и настороженная. Девушка робко улыбнулась в ответ.
— Что будет полезно, — сухо заметил Райшед, беря у Хэлис красное вино.
Сорград бросил на него загадочный взгляд, встреченный Райшедом с полной невозмутимостью. Из-за всего происходящего у них еще не было реальной возможности присмотреться друг к другу, но скоро это случится. Я взяла у Райшеда бутылку и глотнула Ситалкского, его бодрящая терпкость прогнала усталость, затуманивающую ум. Мне лучше находиться рядом, чтобы не дать моим старым друзьям и моей новой любви дойти до рукопашной из-за их несомненных различий. Я не ожидала, что они понравятся друг другу, но надеялась, что они по крайней мере будут уважать таланты друг друга.
Хэлис заботило иное.
— Мы не избавимся от пиратов, пока их поддерживает эфирная магия.
— Мы тоже не безоружны. — Узара улыбнулся Гуиналь, но мы все увидели беспокойство в его глазах.
— Ты уверена, что выстоишь против этих троих? От нас тебе будет мало проку. — Темар повел рукой, показывая на меня, Грена и Перида. — Узара, нельзя ли уговорить ту женщину-Шелтию помочь нам?
— Аритейн? — Гуиналь с сожалением покачала головой. — Даже если б Аритейн согласилась оставить Хадрумал, я не думаю, что она смирилась с предательством Эрескена, обманувшего ее и ее народ. Одно это сделало бы ее страшно уязвимой.
— Выходит, теперь у нас гораздо больше причин для беспокойства, чем пираты. — Райшед задумчиво покачал бутылкой. — Зачем Илкехану Сатайфер?
— Эльетиммы, захватившие эти острова, будут кинжалом у горла Витранселя и всех тормалинских портов, — нахмурилась Хэлис.
Не знаю почему, но мне привиделся Ледышка, подрезающий свое растение. Я вспомнила, как моя мать вела постоянную войну со спорышом. Этот зловредный сорняк вновь и вновь появлялся среди лекарственных трав и цветов, которые она выращивала на скромном участке, выделенном ей богатым купцом — владельцем того большого дома. Всякий раз, когда мать думала, что победила, словно в насмешку над ней появлялся еще один бойкий стебель с красновато-белыми цветами. Я была тогда глупой пухленькой малышкой и, помню, резвилась в саду, когда мой отец в один из своих редких и таких долгожданных визитов осторожно выкопал все заботливо выращиваемые левкои и кусты анютиных глазок, каждый одревесневший побег нарда, закутанный кожистыми зелеными листьями. Он бережно положил их во влажную тень, а потом выкопал все до единого корни того проклятого спорыша, прослеживая каждый упрямый корешок до самого конца. Я вспомнила заговорщицкую усмешку отца, когда он лег на черную почву, чтобы дотянуться как можно дальше. Его медные волосы запылились, лицо было испачкано землей. Обычно мне запрещали копаться в грязи, но, не устояв перед таким удовольствием, я присоединилась к отцу и к тому времени, когда мы закончили, стала такой же чумазой, но по крайней мере моя мать никогда больше не видела спорыша.
— Мы должны избавиться от Илкехана. — Было удивительно легко выразить словами такую важную мысль. Так же легко, как бросить горсть рун, которые или обогатят тебя или сломают тебе шею. — Все ведет к нему.
— Ты говоришь «мы»? — Райшед заглянул мне в лицо. Я знала, что он понял.
— Келларину никогда не собрать армию для сражения с эльетиммами. — До Темара явно не дошло. — Император пойдет воевать за наши интересы? Он мог бы набрать корабли, людей?
— Забудь ты о своих когортах, — не выдержал Сорград.
— Не думаю, что Тадриол решится на такой шаг, — медленно сказал мой возлюбленный. — Он успешно вышел из прошлогодней сумятицы, но сьеры ведущих Домов по-прежнему следят за ним. Ему не позволят излишней самостоятельности.
Неожиданное прибытие Темара серьезно нарушило сложную игру за влияние, которую вели между
