— Мы не можем его оставить, иначе поднимется шум и начнется погоня.
— У нас ничего нет для погребального костра. К тому же дым привлечет внимание. — Я не знала, что делать. Если Сэдрин потребует с меня ответа за смерть этого несчастного, неуважение к трупу лишь отягчит мою вину.
— Его тень не поблагодарит тебя за сжигание его костей, невежественная жительница низин, — выбранил меня Сорград. — Они должны лежать там, где осталась его вера, несмотря на весь его ужас перед Илкеханом.
По кивку брата Грен помог ему отнести тело в одну из ям рядом с упавшим священным камнем.
— Позвольте мне.
Шив простер руки — земля, слежавшаяся за целый год дождей и солнца, раскрошилась в свежевспаханную зябь и полезла из-под брошенного тела, засыпая его сверху. Труп задергался, будто живой, и вскоре исчез из виду.
Сорград пробормотал что-то, смутно напоминающее молитву, на каком-то архаичном Горном наречии, не доступном моему пониманию.
Грен безмятежно посмотрел в яму.
— Да хранит Творец его кости, пока Мать не заберет обратно его душу. — Он использовал те же выражения, что и эльетимм.
— Мизаен и Мэвелин? — догадалась я.
Древним Горным людям хватало этих двух богов. И даже в наше время горцы не слишком почитают остальной пантеон.
Шив глубоко вдохнул, не отрывая взгляд от ямы. Почва осела, стенки разгладились, и вскоре яма стала такой же плотной, как была.
— Славная работа, Шив, — одобрил Райшед с противоположной стороны новой могилы. — Теперь пошли красть лодку.
Сатайфер, Часовой остров
3-е предлета
Хэлис быстро пересекла пляж. Длинная тень скользила за ней по золотистому от солнца песку.
— Ты ведь не гадаешь, нет? — Она посмотрела в блестящую лужу, оставленную среди мокрых камней отступающим морем.
— Нет, — заверил ее Узара, стряхивая с ладоней песок. — Хотя Гуиналь думает, что при работе с природными лужами эльетиммским колдунам будет труднее меня найти.
Наемница удивилась.
— Я думала, вам нужны антикварные серебряные чаши и бесценные чернила.
— Мелким магам и шарлатанам без них никак не обойтись, — развеселился Узара. — Да, чернила или масло облегчают работу, но я могу гадать в чем угодно.
Гуиналь куталась в мягкий серый плащ, спасаясь от рассветного холода.
— А твое Высшее Искусство не может показать нам, как у них дела? — поинтересовалась Хэлис.
— Думаю, их лучше оставить в покое, — бесстрастно отозвалась барышня. — Шив перенес их на край острова, далеко от владений Илкехана. Если по какой-то несчастливой случайности эти колдуны почувствуют мой интерес к тому месту, у Илкехана только появится повод для подозрений.
— Не стоит рисковать, — твердо заявил Узара.
— Ты уверена, что Илкехан не заметил их прибытия? — Хэлис посмотрела на мирный океан. Солнце, огромное, оранжевое, стояло на горизонте, и на едва заметных волнах блестела золотая дорожка. Берег был чист, приливы и отливы уже смыли все свидетельства резни.
— Я ничего такого не ощутила. — Гуиналь тоже обратила взор на северо-восток, в сторону невидимых Ледяных Островов.
— Типы вроде него подозревают всех и вся, — проворчала наемница. — Так они спасаются от ножей в спину.
— У них есть Шив, — напомнил Узара. — Если они столкнутся со злобой Илкехана, Шив свяжется с нами или с магами в Хадрумале.
— И кончит жизнь идиотом, пускающим слюни? — подбоченилась Хэлис.
— Не кончит, если он осторожен, а он будет осторожен, — настаивал Узара. — И теперь, когда мы вместе, нужны только я, Ларисса и Аллин, чтобы вернуть их обратно. Нам даже не нужен Шив для полной магической связи.
— Илкехан не сможет тронуть магов на таком расстоянии, пока их охраняет Высшее Искусство, — добавила Гуиналь.
— Если он не привлечет на помощь тех своих адептов. — Хэлис нахмурилась, глядя на центральные острова Сатайфера, скрытые в тумане за темно-синей водой.
— Главное, не позволить Илкехану учуять, что враги у него под носом. Значит, надо удержать его внимание здесь, на сражении его людей. — Узара кивнул на Гуиналь. — Мы обсуждали, как лучше всего это сделать. Ты не хочешь сотворить немного магии, Хэлис?
— Я? — изумилась наемница.
— Ты ведь умеешь петь? — простодушно спросил Узара. — Скажем, походный марш или канатную песню вместе с корабельной командой?
Гуиналь держала в руке книгу, ее пальцы белели на фоне потемневшей от древности кожи. Позолота, когда-то украшавшая корешок, почти стерлась, невозможно было прочитать название.
— Высшее Искусство в этих песнях старинное, но от того не менее действенное.
— Что вы задумали? — Наемница была заинтригована.
— У пиратов остался один парусник. Это только одномачтовый шлюп, но он мог бы прорваться к открытому морю, — хладнокровно ответила дворянка. — Мы обсуждаем, как отговорить их от этой попытки.
Хэлис вновь уставилась на море.
— «Эринго», «Кувшинка» и «Звезда» отрезали им бегство на юг. Другие наши три корабля стерегут здесь, на севере.
Узара поднял брови.
— А разве шесть кораблей на севере и шесть на юге — не лучше? А может, девять?
Наклонив голову набок, Хэлис скрестила руки.
— Как?
Маг ухмыльнулся.
— Эфирная иллюзия.
— Я уверена, что джалквезан в «Балладе о Гаридаре и ста его овцах» создает зеркальные образы, чтобы запутать врага. — Даже Гуиналь не смогла сдержать усталую улыбку.
Хэлис кивнула, но через минуту насупилась.
— А эти колдуны не дурачат нас каким-то маскарадом Высшего Искусства? Не показывают тебе то, что ты хочешь видеть, пока бандиты Мьюрдарча крадутся по проливу?
— Никаких шансов, — покачала головой барышня. — В этом состоит преимущество эфирного дальновидения над гаданием.
— Ты уверена? — Наемницу явно терзали сомнения. Новая мысль осенила ее. — Если ты можешь видеть сквозь любую иллюзию, какую они творят, почему бы им не раскусить твой трюк?
Гуиналь казалась оскорбленной.
— Потому что я сделаю так, чтоб они не раскусили.
Но тут вмешался Узара.
— Хэлис, пожалуйста, допусти, что мы так же разбираемся в своем деле, как ты — в своем.
— Конечно. — Примирительная улыбка озарила суровое лицо наемницы, и она поклонилась с притворной торжественностью. — Прошу прошения и у вас, и у вашей светлости, маги. Итак, каков план?
Гуиналь показала книгу.
— Мы убедим по одному человеку на каждом корабле, что это их защитит, а он уговорит остальных
