важно знать, что Артур поручит тебе делать дальше, а уж самого как-ниѓбудь изловим, с таким помощником он от нас не уйдёт!
- А если он придёт именно этой ночью? - испуганно спросил Самохвалов.
- Что ж, примем бой! - приосанился Богачёв. - Врачи не в счёт, а наши охранники, скажу тебе честно, бывалые ребята: тот, что помоложе, в ОМОНе служил, а старый - ещё круче, в ВДВ, пускай даже поваром... И потом, с тобой нас уже четверо бойцов! - Серёга чуть не расхохотался, припомнив фильм 'Двенадцать стульев'. - Я дам тебе парабеллум!
За пустой болтовней час пролетел незаметно. 'Агентурист' на ходу выдумывал леденящие душу истории о блестящих победах над пресѓтупниками всех мастей и рангов, а Самохвалов слушал, вздыхая то поѓнимающе и участливо, то с осуждением пороков человеческих. Проникся, блин, коллега!
- Всё, брат, пришла пора, - Серёга встал и, не сумев, как ни старался, выдавить слезу, всё-таки вспомнил еще один бессмертный афоризм, на сей раз от капитана Жеглова. - Эх, мне бы пойти!.. Нельзя, он меня вмиг расколет! Давай, я верю в тебя!
Естественно, не верил ни на медный грош. И не ошибся в ожиданиях.
- Я 'Пилигрим', я 'Пилигрим', прошу ответить 'Варяга', - через минуту донеслось из динамика трубки.
- На приёме. Один.
- Это что? Ага, семь минус... Шесть!
'Ух, сука, - подумал Богачёв, - о числовом пароле слова не сказал!'.
- Сколько человек?
- Оттуда?
- Да! - раздражённо рявкнул невидимый Маловскис.
- Шестеро врачей и три охранника.
- Тебя не засекли с радиостанцией?
- Нет-нет, конечно, нет!
- Отвечай коротко и ясно, ты - в эфире. Кто у них старший?
- Богачёв. Бандитская морда, думаю, бывший мент или ГБ-шник.
- Оружие?
- Богачёв с пистолетом, охранники с винтовками.
- Можешь им порошка подсыпать?
- Нет, они едят и пьют только своё, меня не подпускают.
'Ага, и порошочек у тебя, сука, остался! Наглотаешься его сеѓгодня - будьте-нате!'...
- Про меня могли что-нибудь узнать? Ты не сказал в горячке?
- Нет, что вы?! Конечно, нет.
- Опиши мне женщин-врачей.
- Одна, кажется, Ольга, - средних лет, маленькая полненькая шатенка...
- Дальше.
- Пожилая женщина...
- Дальше!
- Худая брюнетка где-то ваших лет...
- Достаточно, я понял, - оборвал Маловскис. Серёге даже показалось, что он потёр руки. Есть цель шефа! - Сделаем так: я сам приду...
- Вам нельзя, вас схватят!
'С-с-сука!!!'.
- Отчего ты так решил?
- Ну... это... видите ли, они же - крутые профи!
'Скоро, падло, убедишься!'.
- Я приду, когда они уснут, а ты подашь сигнал - нажмёшь на рычаѓжок с левой стороны корпуса радиостанции. Сам минут через пять после этого лезь под топчан и затаись там. Понял?
'Хрен ты, марамой, оттуда вылезешь!'.
- Понял.
- Жду сигнала, 'Пилигрим'. Отбой!
- Всего хорошего!.. Алло! Алло! А что сказать генералу? Ой!
Вот именно, что 'ой!', - подумал Богачёв и выключил мобильный теѓлефон-радиостанцию. Касаемо агента 'Марамой' ему всё было ясно. Как и с целью боевиков. Оленька Шнайдер прибалта не заинтересовала, Баѓбушка ВДВ, при всей 'мягкости' её характера, тоже, до Зойки дело не доѓшло, а вот Кореянка...
- Ну что, товарищ, как прошло?! - вскочил он при виде входящего агента.
- Думаю, он клюнул на нашу удочку, - с достоинством ответил тот и отхлебнул воды из чайника. - Фу, аж в горле пересохло!.. Спрашиѓвал, сколько вас, что делаете, велел любой ценой выяснить время ваѓшего убытия и ровно в девять утра выйти с ним на связь. Господин генерал, этот негодяй явно готовит новый теракт!
Серёга нахмурился.
- Что ж, я ожидал чего-нибудь подобного... Враг, безусловно, коварен и дерзок, но и мы, товарищ, тоже ведь не пальцем деланы, верно? Да ты садись, коллега, пеѓрекуси после трудов праведных!
Серёга вскрыл банку тушенки и похлопал по фляге с колодезной станичной водой.
- Выпьешь?
- Благодарю, коллега, не употребляю, - отказался Самохвалов, подсел к столу и принюхался к пряной консервированной свинине. - А вот закусить и вправду стоит. Эх, нелегка наша с вами доля!
- Ничего, товарищ, год-другой пройдёт, и втянешься. Поначалу всем тяжело. Даже я, при всём своём опыте, взмок здесь, тебя ожидаючи... Ты пока хава... э-э, закусывай, а я до ветру схожу да людишек спать отправлю. Поутру, чувствую, нас жестокая сеча ожидает, пусть отдохѓнут...
Жестокой сечи, равно как и сигнала Богачёва, ожидал дозорный Елиѓзаров, рассредоточивший радистов, разведчиков и стрелков, сутки пробездельничавших в городе. О группе захвата Самохвалов не подозреѓвал, ибо десантировалась она из санитарных машин задолго до того, как оглушённый 'сывороткой правды' пилигрим-марамой пришёл в сеѓбя. Казачьи ретрансляторы сотовой телефонной связи перекрывали терриѓторию вокруг пансионата, и Рогачёв беседовал с генеральным дозорным, не опасаясь быть услышанным противником.
- Шефа успели запеленговать? - спросил он из положения 'до ветру'.
- Даже послушали их с 'Пилигримом' разговор. 'Варяг' примерно в пяти километрах от стойбища. Я уже перекрыл периметр, буду брать на подходе. Убери своих на случай, если придётся стрелять.
- Все уже, типа, спят в машинах.
- Типа?
- Как бы... Костян, этот шеф нужен только живым!
- Ага, поучи дедушку кашлять. Кстати, гетману можешь пока не звоѓнить, я уже доложился. Как наш диверсант?
- Сейчас откушает и посидит на стрёме, пока я, типа, спать буду. У него сегодня памятный вечер - всё в последний раз...
Вольготно развалившись на топчане и усиленно щипая себя за мягкие участки тела, Серёга не пропустил момента, когда агент 'Махатма', щёлѓкнув рычажком тон-вызова, полез под собственное ложе. С полчаса в окѓруге было абсолютно тихо, потом вдали громыхнули два одиночных выстреѓла, а ещё несколько минут спустя в коттедж ввалился Костик Елизаров с бесчувственным блондином на плечах.
- Фу, тяжелый, гад!
'Варяг' полетел на пол.
- Ещё четверых взяли, одного валить пришлось.
- Финита, бля, комедия! - вскочил Серёга и пнул по самохваловскоѓму топчану. - Наверх вы, товарищи, все по местам! Подымайся, марамой, гости к тебе!
- Я же не знал, товарищ генерал... - залепетал из-под своего одра горе-пилигрим. - Клянусь, я больше не буду!
