Лоб был разбит. Арон это понял только теперь. Кровь затекала в глаза. Он чувствовал, как ее ногти вонзаются ему в спину. По спине текли пот и кровь.

— Господи! — простонал он. — Господи, Господи...

И тут он увидел Иисуса.

Или кого-то очень похожего. Сквозь завесу из собственной крови, в глубинах зеркала, за мерцанием отраженных сумерек... он увидел молоденького мальчика, распятого на кресте, рельефный силуэт на фоне солнца, которое только-только начало выходить из полного затмения.

Зеркало плавилось... зеркало таяло, обращаясь в туман... он вдруг почувствовал под ногами влажную землю и человеческие черепа... Шеннон прижалась к нему всем телом, и он понял — она пьет из него жизнь...

— Господи... — прошептал он.

И мальчик сошел с креста и раскрыл Арону объятия, и кровь текла из пяти священных ран. У мальчика было лицо Тимми Валентайна. На его дрожащих губах — пятна смазанной крови. В глазах — свет вечной несмерти.

Арон упал в объятия своего спасителя — он падал и падал... и это падение растянулось навечно.

* * *

наплыв

Что-то ударилось в дверь номера снизу, у самого пола. Из щели под дверью просочился противный запах. Пи-Джей и Хит переглянулись, и каждый без лишних слов сделал то, что диктовали традиции их культуры — у них у каждого был свой способ, чтобы защитить и себя, и другого. Хит достала из сумки веревку сайсин и прилепила ее поперек двери скотчем. Пи-Джей вытряхнул на пол свои священные камни и сложил из них круг, заключив в него себя и Хит.

В дверь продолжали ломиться. Пи-Джей с Хит ждали, что будет дальше.

— Премкхитра, — скрипучий старческий голос.

— Не сейчас, — сказал Пи-Джей Хит. — Он явился со злыми намерениями. Нам надо как-то его обмануть. Его послали за нами — кто-то желает нам зла.

— Но он же мой дедушка...

— Да. — Пи-Джей взял ее за руку и отвел на диван. — Но еще не время.

* * *

наплыв: зеркала

Брайен и Петра сидели в ресторане отеля. Просто сидели и даже не разговаривали. Ждали. Сами не знали — чего. Вскоре к ним присоединился и Эйнджел. Вошел в их кабинку, обитую красным винилом, и сел рядом с Петрой.

— А где твоя мама, Эйнджел? — спросил Брайен.

— Потерялась где-то в тумане, — ответил тот.

Подошла официантка, и Эйнджел заказал мороженое с горячей сливочной помадкой.

— Сначала надо поесть нормально, — сказала Петра. Он начал было возражать, но все-таки послушно изменил заказ на куриный салат. Брайен до сих пор поражался тому, как быстро Петра стала для Эйнджела почти как мама. Они нуждались друг в друге. Они были друг другу необходимы. И Брайен пока что не понял, как он сам вписывается во все это. Он пока был не готов к роли папы в этом странном союзе. Пока еще — нет. Он вообще был не из тех мужчин, из которых получаются хорошие папы.

В ресторан вошел Джонатан Бэр и направился прямиком к их кабинке.

— Привет, Эйнджел, — сказал он.

— Привет, — сказал Эйнджел.

— Это и есть твой друг-писатель?

— Ага.

— Дзоттоли, верно? Послушайте, а вы никогда не писали сценарии для кино?

— Пробовал, но так ничего и не сделал. — Про себя Брайен подумал, что, может быть, стоит с ним познакомиться ближе, с этим Бэром. Кто знает, как это отразится на его дальнейшей карьере.

— Только не говорите, что вы снова уволили сценариста, — сказал Эйнджел.

— Хуже.

Петра быстро взглянула на Брайена. Но он уже и сам все понял.

— Он умер, да? — Он посмотрел на Эйнджела. Эйнджел плакал. Как маленький. Он тоже понял, что произошло. Он не должен был ничего знать. Но, кажется, он все знал. — В каком он номере?

— В восемьсот пятом. Полицию уже вызвали, — сказал Джонатан. — Хотя приедут они не так скоро. Они из соседнего города едут. Можно сходить посмотреть. Не хотите? Я такого кошмара в жизни не видел. Какое-то жуткое самоубийство или что-то вроде того.

Они поднялись из-за стола и чуть ли не бегом бросились к выходу. Не стали даже дожидаться заказов. Официантка уставилась на них во все глаза.

— Мы скоро вернемся, так что не отменяйте заказы, — сказал ей Брайен на ходу.

Несколько человек ошивалось в коридоре, рядом с дверью в номер 805. Большинство вроде бы персонал отеля. Но был и один продюсер — стоял чуть в сторонке, разговаривал по мобильному телефону. Брайен думал, что народ будет биться в истерике и вопить, но все просто стояли, глядя на дверь совершенно пустыми глазами, как массовка в «Рассвете мертвецов». Дверь была распахнута настежь, и никто не пытался их остановить. Брайен, Петра и Эйнджел вошли в номер. Эйнджел включил свет.

У нас дома мы бы так просто сюда не вошли, подумал Брайен. Но здесь все по-другому. Здесь никогда ничего не случается. Здесь даже машины не закрывают, когда бросают их на улице...

— О Господи, — прошептала Петра.

Эйнджел вообще ничего не сказал.

Брайен ждал совершенно другого. Прежде всего — постель. Развороченная постель, от которой буквально веяло сексом. На полу лежала разбросанная одежда — женская одежда. И к тому же нарядная. Такая, которую надевают на праздник или, скажем, когда собираются в церковь. Но женщины не было. Рядом с кроватью, между кроватью и шкафом, темнела лужа крови. А сам Арон Магир был в дверце шкафа. Именно так — в дверце шкафа.

Его тело было наполовину утоплено в зеркале, как будто он пытался пройти сквозь него, но застрял посередине. Локти торчали наружу. Он был абсолютно голый. Все зеркало было заляпано кровью. Смотрелось все это так, как будто стекло растаяло, чтобы пропустить его внутрь, а потом вновь затвердело... сомкнувшись прямо на нем.

— Он хотел разыскать Тимми, — тихо проговорил Эйнджел.

Идея была совершенно безумной, но в ней была своя логика. Льюис Кэрролл. «Алиса в Зазеркалье» и все такое.

— А женщина здесь была, она кто? — спросил Брайен.

— И где она теперь? — добавила Петра.

И тут снаружи раздались шаги. В номер вошел рослый лысеющий полисмен.

— Ладно, — сказала он с порога. — Без паники, мы обо всем позаботимся. — Он посмотрел на Брайена, Петру и Эйнджела. — Я Дэвид Карсон. Вам, ребята, что-нибудь известно?

— Нет, — сказал Брайен.

Карсон увидел тело.

— Срань господня, — вырвалось у него. — Все остальное, должно быть, с той стороны. — Он открыл дверцу шкафа. Внутри не было ничего, кроме одежды. И на дверце с той стороны тоже не было ничего. Просто гладкая поверхность. Арон Магир не прошел через зеркало. Он просто исчез. То есть наполовину. — Будь я проклят, — сказал Карсон. — Это что, вы, киношники, так шутите? Со спецэффектами балуетесь или что?

Эйнджел пододвинулся ближе к Брайену с Петрой. Взял их обоих за руки и прошептал:

— Должно быть, он умер как раз на пути туда. Вот почему он не прошел.

— На пути куда? — так же шепотом спросила Петра.

— В зеркало. На ту сторону. Туда, где Тимми по-прежнему жив.

В номер вошли еще несколько полицейских, и Брайен с Петрой и Эйнджелом потихонечку выбрались в коридор и направились к лифтам. У них за спиной щелкали фотокамеры.

Они поехали сразу наверх. Есть никому не хотелось — так что не было смысла спускаться обратно в

Вы читаете Валентайн
Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

1

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату
×