согласился Диагор.
Они сели под тень паруса, где не мог их видеть Марцелл. Купец разложил прямо на палубе игральную доску и положил на нее стаканчик с костями и свой денарий.
- Ты только сначала мне покажи, как это делается! - попросил его Крисп.
Диагор взял в руку стакан, помешал в нем кости и – дном кверху - опрокинул на доску.
- Вот так, - объяснил он. – А теперь – ты!
Крисп в точности повторил каждое его движение.
- Не густо! - изучив кости, развел руками купец – Это самый худший бросок из всех, что только могут быть, и называется он – «собака». Теперь давай посмотрим, что выпадет у меня… Итак, раз… два… Хвала богам! «Венера» - самый выигрышный бросок.
Не успел Крисп и глазом моргнуть, как его денарий перекочевал в пухлую, влажную ладонь купца.
- Ну, а на что ты играешь теперь?
Купец с надеждой покосился на бывших рабов Криспа, даже не подозревая, что они уже свободные люди, но Крисп вдруг воскликнул:
- Погоди, я сейчас!
И помчался в каюту. Здесь он нашел одежду, которую купил ему отец в Афинах, и выскочил с ней на палубу.
Охранник проводил его удивленным взглядом. И стал внимательно присматриваться к тому, что происходит под тенью парусника.
А там Крисп, вернувшись, показывал одежду Диагору.
- Вот, смотри! Совсем новая!
- Я вижу! – ощупывая дорогой хитон, кивнул купец.
- И очень дорогая! Я в ней на приёме у самого императора был...
- Я понимаю, – повторил купец и решительно объявил: - Десять денариев!
- Так мало? – поразился Крисп. - Насколько я помню, отец платил намного дороже!
- Ну, хорошо, только из уважения к твоему отцу – двадцать денариев и не ассом больше.
- Ладно, давай! - махнул рукой Крисп. - Только теперь ты бросай первым!
Купец, тщательно поболтав стакан у самого уха, опрокинул его на игральную доску. И снова у него выпала «Венера». Крисп, как не старался, опять проиграл, и его одежда перекочевала на колени купца…
- Ну что, теперь играем на них? – впервые выказывая свое желание, кивнул на рабов Диагор.
- Нет! - решительно помотал головой Крисп. - Я сейчас что-нибудь придумаю! Подожди меня!
«Придумаю… Но - что? Где мне достать деньги, чтобы выиграть хотя бы один золотой? Золотой?!»
Он бросился со всех ног к отцу и, путаясь в словах, попросил вернуть ему монету, которую тот подарил ему на счастье.
- Я же тебе говорил не подходить сюда! – напомнил Марцелл, не отводя его, как прежде, подальше от кормы, и Крисп смог услышать обрывок спора.
- Что твои боги обещают человеку после смерти? - спрашивал отец Нектарий.
Жрец пожимал плечами и бормотал в ответ что-то невнятное.
- Зачем тебе ауреус? – спросил Марцелл, доставая монету. – Надеюсь, на этот раз он пойдет на благие цели?
- Да, конечно! На самые
