— Да в таком! Знаешь, сколько мы с Волдресом разыскивали Краевского в прошлый раз? Почти месяц! И ничего, не жаловались! Такую тьму народа пришлось перелопатить, пока этого Ушастика выудили, что просто…
— Угу. Слушай, а у этого Ушастика сильно большие уши были?
— Да нет, обыкновенные. У него просто фамилия Ушастов. На редкость отвратительный тип — это он и доставлял Краевскому всякие донорские органы. Что попроще, конечно. Мозги и все такое этот профессор где-то еще выкапывал…
— Угу. Ладно, я понял. Но ты так ничего путного и не предложил.
— Ну чего тут предлагать-то… Поработать надо. Скажем, объявление в газету дать перво-наперво. Потом обойти всех Бариновых и Краевских в городе, наверняка кто-нибудь окажется родственником того, нужного. Можно в ту передачу обратиться, как ее… «Ищу себя», что ли?…
— Гениально, Ватсон! — прохрипел я. — Только вот ты забыл, что мы ищем не Васю Иванова, слесаря с соседней улицы! Краевский с Бариновым — жутко засекреченные личности. Это все равно как если иностранный шпион начнет спрашивать у прохожих на улице: «А где тут у вас секретный завод баллистических ракет?» Толку не будет, а вот неприятностей можно нахлебаться…
— А Волдрес справился.
— У Волдреса был опыт. К тому же он, если не ошибаюсь, был человеком. А когда такая вот мумия, — я с ненавистью посмотрел на свое отражение в зеркале, — о ком-нибудь расспрашивает, ее сразу начинают в чем-то подозревать. Ну сам посуди — разве законопослушный гражданин станет разгуливать в маске? Серый Плащ, например… Вот фигли он ходит в маске? Рожу прячет, конечно…
— Это все, конечно, так, — не желал сдаваться Рабан, — только ты, патрон, не забудь и своем преимуществе!
— Каком именно?
— А Направление? Раздобудь фотографию или какой-нибудь предмет того, кого ищешь, — и все проблемы отпадут!
— А то б я без тебя не догадался. Может, заодно подскажешь, где что-нибудь такое добыть?
Рабан задумался. Надолго. Пока он размышлял, я успел съесть все, что мне приволокли на ужин, плюс половину ложки… Ну, в общем, я нечаянно откусил пол-ложки и проглотил этот невкусный алюминий, прежде чем сообразил, что делаю. Гадость. Ну ничего, переварится. Оставшуюся половинку я разрезал на стружку и смыл в унитаз — мне совсем не хотелось рассказывать той официантке, как я съел ложку. Уж лучше скажу, что потерял.
— Помнишь, я тебе говорил про нашего заказчика? Которому понадобился проект «Зомби»? — нарушил молчание Рабан.
— Угу. И что с ним?
— Я не уверен… может быть, он его уже давно выбросил…
— Угу.
— Нет, это я к тому, что у него было письмо от Баринова. Что-то насчет того, что проект близится к завершению… и все такое. Он нам показывал. Это ведь можно назвать личной вещью?
— Хочешь сказать, что Баринов переписывался с иномирцем?
— Да это не к нему письмо было. Он так и не признался, откуда его взял… хотя мы особо и не расспрашивали. Но ведь подойдет?
— Надо думать. И где сейчас ваш друг?
— Один шаг. Стартовать?
— В другом мире… — с каким-то удовлетворением хмыкнул я. — А ты уверен, что сможешь вернуть меня сюда же? Мне что-то не хочется на этот раз очутиться где-нибудь в снегах Антарктиды.
— Не, патрон, проблем не возникнет! — с просто-таки неприличной горячностью вскинулся Рабан, — Вернуться в исходную точку легко — трудно попасть туда, где еще ни разу не был.
— Тогда стартуй.
— Ллиасса аллиасса алла и сссаа алла асссалла! Алиии! Эсе! Энке илиалссаа оссса асса эллеасса оссо иииииии! Эссеееаааааааа! Алаасса!
До чего же все-таки удобно путешествовать между мирами — даже из комнаты выходить не нужно. Произнес все эти «ссы» и «ассы», и готово — ты уже там, куда не долетит ни один самолет, лети он хоть миллион лет. Благодать, да и только. В глазах, правда, двоится, но ведь всего какую-то секунду.
Я очутился посреди леса. Точнее, лесочка — очень уж крохотные здесь росли деревца. Самое высокое было лишь вдвое выше меня, а остальные и вовсе… До верхушки вполне можно допрыгнуть. И плоды на них росли какие-то странные — словно бы желуди, только размером не больше горошинки. Про листья вообще молчу — никогда в жизни не слышал о том, чтобы листья имели форму почти правильных пятиугольников.
— А тут все пятиугольное, — сообщил Рабан. — И все очень маленькое. Это не мир, это анклав. У него у самого форма додекаэдра. Длина стороны — два с половиной километра.
— И впрямь, маленький, — согласился я. — Карманный мирок…
— А тут ты в самую точку попал, патрон. Именно карманный. Его сотворил один очень могучий маг — для одного себя. На настоящий-то мир ни у одного колдуна сил не хватит, а вот небольшой анклав — пожалуйста. Потом он умер, а Додекаэдр остался. Ну а лет десять назад здесь поселился Йехудин — тот, к кому мы идем. Он, правда, не маг, а ученый, но среди ученых тоже бывают Высокие Мастера.
— Небо здесь красивое… — почему-то сказал я.
