Поэтому Ричард мог почерпнуть оттуда лишь удручающе куцую информацию, да еще к тому же предвзятую.
Больше сведений Коло фиксировал, когда был напуган и, похоже, использовал дневник как способ обдумать возникшую задачу в попытках найти решение. Довольно долго он был напуган теми сведениями, что поступали в замок о шимах. Кое-где Коло фиксировал в дневнике то, что прочитал в докладах, будто чтобы оправдать свои страхи и спрятать от самого себя степень своей озабоченности.
Ричард помнил, что Коло упомянул волшебника, которого отправили, чтобы он разобрался с шимами, Андер. Кто-то там Андер. Полного имени Ричард не помнил.
Волшебник Андер гордо носил прозвище «Гора». Надо полагать, здоровенный был мужик. Впрочем, Коло его явно недолюбливал и в своем дневнике частенько называл «Шишкой на ровном месте». Из дневника Коло Ричард вынес впечатление, что этот Андер много о себе воображал.
Ричард отлично помнил, как в одном месте Коло возмущался, что люди не применяют как должно Пятое Правило Волшебника: учитывай то, что люди делают, а не только то, что говорят, ибо деяниями выявляется ложь.
Коло был явно в бешенстве, когда писал, что, не учитывая многие деяния, люди не применяют Пятое Правило к волшебнику Андеру, иначе давно бы поняли, что он блюдет интересы только себя, любимого, а вовсе не своего народа.
— Ты так и не сказал, что такое шимы, — нарушила размышления Ричарда Кара.
Порыв ветра раздул золотой плащ Ричарда, будто подталкивая вперед. Только вот куда? Вокруг летали жуки, в молодой траве стрекотали кузнечики. Далеко на западе отчетливо виднелась летящая клином на север стая гусей.
Когда на свадьбе всплыл вопрос о шимах, Ричард не придал им серьезного значения. Зедд тогда отмел их страхи, да к тому же мысли Ричарда тогда были совсем о другом.
Но позже, когда возле дома духов была убита курица, потом погиб Юни, а при приближении той куриной твари у Ричарда мороз пробегал по телу, а затем еще и Зедд добавил кое-каких сведений, растущая тревога вынудила Ричарда припомнить все, что ему известно о шимах. Прежде он просматривал дневник Коло в поисках других решений и не слишком обращал внимание на сведения о шимах, но все же усилием воли и при помощи почти постоянной сосредоточенности вспомнил довольно много.
— Шимы — древние существа, созданные в Подземном мире. Чтобы призвать их в мир живых, нужно прорвать Благодать. Будучи порождениями Подземного мира, они сотворены одной лишь Магией Ущерба и поэтому, едва появившись в мире живых, немедленно нарушают равновесие. Будучи полностью творениями Магии Ущерба, для существования в нашем мире они требуют Магии Приращения, ибо существование есть форма проявления Магии Приращения, и потому шимы, пока находятся здесь, высасывают магию из нашего мира.
Кару, которая мало что знала и понимала в магии, этот ответ явно запутал еще больше. Ричарду ее растерянность была вполне понятна. Он тоже мало что знал о волшебстве и сам не очень-то понимал то, о чем сам ей только что сказал. Он даже не был уверен, что эти сведения точны.
— Но как они это делают?
— Представь, что мир живых — это ведро воды. А шимы — дырка в ведре, которую только что открыли и через которую вытекает вода. Как только вся вода вытечет, ведро опустеет и рассохнется и перестанет быть пригодным к дальнейшему употреблению сосудом. Можно сказать, что оно отныне пустая раковина, лишь жалкое подобие того, чем была раньше. Само присутствие шимов здесь высасывает магию из мира живых, как дырка в ведре, но, чтобы привести их в этот мир, они были вызваны в виде существ. У них есть их собственные свойства. Они могут убивать. Будучи волшебными существами, они могут, если хотят, принимать облик того, кого убивают — курицы, например, — но при этом сохраняют свое истинное могущество. Когда я всадил в курицу стрелу, шим сбросил свой ложный облик.
Настоящая же курица с самого начала валялась дохлой у стены. Шим лишь принял ее форму для маскировки, чтобы преследовать нас.
У Кары появилось несвойственное ей озабоченное выражение.
— Ты хочешь сказать, — она глянула на стоящих вокруг, что шимом может оказаться кто угодно?
— Из того, что я понял, шимы — сотворенные магией существа, и у них нет души, поэтому они не могут принимать человеческий облик, только животный. По словам Зедда, верно и обратное: у Джегана есть душа, и поэтому он может проникать лишь в человеческий разум, ибо сноходцу требуется кто-то с душой.
Когда волшебники создавали оружие из людей, у тех тварей, которых они творили, душа сохранялась. Именно поэтому ими можно было управлять — в какой-то степени, во всяком случае. Шимами же, как только они оказываются в мире живых, управлять невозможно. Это одна из причин, по которой они так опасны. С тем же успехом можно пытаться договориться с молнией.
— Ладно, — подняла Кара палец, как бы делая для себя заметку, — значит, человеком это быть не может. Отлично. — Она указала на небо. — Но не может ли один из этих жаворонков оказаться шимом?
Ричард поглядел на пролетавших птах.
— Думаю, да. Если он мог стать курицей, то наверняка может убить любое животное и принять его форму. Хотя особой необходимости в этом нет. С тем же успехом он может спрятаться в луже у твоих ног. — Ричард указал на влажную почву. — Один из них совершенно определенно предпочитает воду.
Кара глянула на лужу и отошла на шажок.
— Ты хочешь сказать, что тот шим, который убил Юни, прятался в воде? Охотился за ним?
Ричард бросил быстрый взгляд на Чандалена и кивнул.
— Шимы прячутся или поджидают в темных местах, — продолжил он. — Они каким-то образом перемещаются по кромкам предметов, вроде трещин в камнях или кромке воды. Во всяком случае, так полагают. Коло писал, что они скользят по кромке, там, где что-то встречается с нечто. Некоторые прячутся в огне и могут перемещаться на искрах.
Он покосился на Кэлен, вспомнив, как вспыхнул дом мертвых, где лежало тело Юни.
