же затянуло в кинжал. Остальные, один за другим, оказались там же. В кинжале кто-то сыто икнул и у меня в голове прошелестело:
– Спасибо, хозяин, наконец, я сыт, если еще такие встретятся, не забывай меня, подкармливай.
– Ты тот сморчок старый, что ли?
– Он самый, – и хихикнул.
– На хрена ты мне нужен? Отдам шаману, найдет он тебе службу.
– Хозяин, не делай этого, – с испугом говорит этот хмырь.– Посадят меня в какой-нибудь тотем и буду до скончание веков в нем сидеть, а с тобой весело, многое увидеть можно.
– Почему ты в том мире всех проклинал?
– Да на меня тоже проклятие навесил один тамошний божок, вот я и хулиганил. Да не так уж плохи иногда были мои проклятья. Встретился бы ты с Касей, Фрасей и Михеем? Нет, – говорит. – Вот браслетик очень нужный у тебя на руке сейчас, тоже благодаря мне появился. Так что не все плохо было, а меня просто подкармливай вот такими уродами и я тебе могу очень помочь.
'А ведь прав старый сморчок',– подумал я, 'и в том мире его проклятия в половине случаев приносили пользу'.
– Ладно, – говорю, – живи пока здесь, а там видно будет.
Черномордые валялись на земле и запалено дышали. Подошел к Вождю, тот с трудом сел и спрашивает:
– Где шаман? Убью сейчас, скотину!
– Что он натворил?
– Вчера, когда вешали барончика и рыцарей решил забрать себе их души и заставить служить. Когда этих вздернули покамлал немного и сказал что все, они у него в бубне сидят и выполнят все приказы. Сегодня утром я дал ему люлей, не фига не делает, только курит какую – то хрень, говорит, что с духами общается, этот придурок разозлился и выпустил из бубна вчерашних духов. Они сначала отметелили его самого, а потом взялись за нас. На фига нам такой шаман, с ним и врагов не надо, сейчас порешу гада.
– Погоди, – говорю, – где он? Почему не подчиняются духи этому придурку, интересно, сила в нем есть, но чего-то не хватает. Взял у него бубен, Уг Хак меня кое-чему научил и выбил на нем дробь. Выкинуло меня сразу в астрал, бывал я там с шаманом и что это такое представление имел. Осмотрелся, в одном месте толпиться куча духов, один на вид очень древний, ругается и кому – то хочет отвесить пинка, но не получается.
– Уважаемые, – спрашиваю мысленно, – что случилось? Мельтешение прекратилось и старичок уставился на меня.
– Чего тебе здесь надо, придурок?
– Повежлевее, пожалуйста, а то загоню вас сюда, – и показал на призрачный кинжал. Старичок присмотрелся и тут же его как подменили.
– Вот до этого козла хотим добраться, а ты не обижайся, редко к нам заглядывают сейчас измельчали шаманы, – и грустно добавил, – если до него не достучимся, не знаю что и делать. Слабеем мы без общения вот с такими уродами, жертвы ни одной от него не видели уже с год и как его сюда вытащить и объяснить все этой скотине, не знаем. Без защиты нашим потомкам будет трудно выжить. Вот и печалимся.
– Можно посмотреть, уважаемые? – спрашиваю. – Может смогу чем помочь?
– Смотри, – говорит старикан, – возможно у тебя что и получиться. Всмотрелся, да это же шаман черномордых, его то и стараются вытащить сюда эти духи. Как то надо им помочь.
– Почему, – спрашиваю, – он сюда не может выйти?
– Мою кость потерял, скотина, вот у него и пропала с нами связь.
– Где он мог ее потерять?
– Да спер у него один хмырь, а он и не догадывается, корячится, новых духов старается привязать к себе. Вот чуть башку ему сегодня и не открутили.
– Может, я помогу найти ему этот мосол? Дедок ощетинился:
– Не мосол, а косточка из моего указательного пальца, кстати, очень мощный артефакт. Специально оставил ее своим потомкам шаманам в этом клане, а ты мосол говоришь.
– Как его определить?
– Легко, – говорит дедок, – магическим зрением глянешь и увидишь: оранжевым светом она светиться.
– Пошел искать, – говорю и вынырнул из астрала.
Шаман уже пришел в себя, Вождь готовился ему выдать еще люлей.
– Погоди, – говорю. Осмотрел окружение Вождя, у мордоворота, что встречал нас в волосах ярко светилась оранжевым светом какая то хрень, поманил его и говорю:
– Давай сюда.
– Что? – спрашивает.
– А что ты спер у шамана, выкладывай.
Набычился черный и сразу послал кулак мне в морду, ну да это не своих задохликов бить. Врезал ему от души в челюсть, пролетел он метров пять, но еще шевелится, пытается встать. Поднял его над головой и со всей дури, плашмя, приложил об землю. Хекнул он и отключился. Вождь смотрел, вытаращив глаза, ничего не понимая, самого мощного воина из его клана вырубили за несколько секунд.
– Успокойся, – говорю, – сейчас все поймешь. Достаю из волос косточку от пальца прашамана, беру посох, разъединяю его, вставляю внутрь мосолок и, соединив, бью по башке шамана недоучку. Тот свел глаза в кучу и повалился на бок.
– Теперь его воспитанием займутся духи предков, вылетел он в астрал. Давай выпьем пива, – говорю Вождю, – скоро шаман вернется и все тебе объяснит.
Налили по кружке, потом по второй, тут и этот недоучка вернулся из астрала. Только Вождь хотел его позвать, как тот вскочил, схватил посох и начал им охаживать громилу. Тот уже пришел в себя и новая порция люлей ему не понравилась. Хотел дать сдачи, но тут за него взялись духи предков. Гоняли они его часа полтора. Все черномордые смотрели на это представление, вытаращив глаза. Вспомнили утреннюю пробежку, все рванули подальше от мордоворота, потом успокоились и начали ржать. Тот, как и недавно, наматывал круги вокруг лагеря. Шаман тоже схватился за кружку и залпом выдул литра два сразу. Маленько успокоился и рассказал Вождю про кражу артефакта из посоха.
– Я незнал про него, откуда этому уроду стало известно, не понимаю.
– Разбирайтесь вы здесь, а я пойду, дела у меня, – и двинул в замок. Зашел проведать сэра Генриха, тот лежал на постели и сметал с подноса принесенный ему завтрак. Повеселел и увидев меня попытался встать, но эльф ему не разрешил.
– Через недельку, – говорит, – можно будет. Хотел он разразиться речью, но и тут ему сказали, что говорить тоже нельзя. Вышел от него, решил заглянуть к Олии. Только открыл дверь, сразу раздался визг и мне в башку чем – то запустили, но увиденное мне понравилось. Эльфийка почти голая, несколько тряпок на ней и Олия, как бы помягче сказать, тоже не совсем одетая. Запустили кувшином, голова выдержала, он нет. Помотал башкой и смотался от греха подальше, вспомнил, что голые девчонки с мужиками сделали у бани. Вышел во двор, там уже десяток подвод из ближайших деревень стояли груженые продуктами и разной фигней, ждали приказа разгружаться.
– Чего стоим? – спрашиваю,– забыли куда все это складывать? Быстро за дело.
– Надо бы записать от куда и сколько, – говорит один шустрый мужичок.
– Вот ты этим и займись, да почаще поглядывай на стену, чтобы не было желания сжульничать.
Он побледнел, но согласно закивал головой и мужички стали таскать все в подвал. За стеной, напротив повешенных стояли кучкой видимо старосты, а черномордые рядом скалились и нагоняли на них страх. Полегоньку жизнь в баронстве налаживалась, сэр Генрих оклемается, назначит управляющего в замок барона Ольгерта. Недельку здесь еще побудем и двинем на остров Громовержца, надеюсь, принцессы не разбежались и все еще ждут меня. В хлопотах прошел день, лег поздно, встал тоже. Умылся, сошел в зал, найти что-нибудь перекусить, слышу шумит там кто-то и видимо давно. Впереди меня стоят десяток мужиков, по одежде двое из них бароны, остальные их вассалы. Впереди этих два разряженных юнца двадцати или чуть больше лет. Один из баронов с елейной улыбкой говорит:
– Леди Олия, вы сейчас в очень трудном положении, на ваших плечах управление двумя
