причинит горгулье хоть какой-нибудь вред — ведь та и сама умела дышать огнем. Заклинание невидимости я истратил на предыдущем Отражении, удирая от стимфалийских птиц, а все остальное, чем я в данный момент располагал — вроде заклинания идентификации ядов — помочь мне никоим образом не могло. Защита, между прочим, уже иссякала, а тварь по-прежнему не торопилась снижаться. Надо было срочно что-то придумывать, или меня подадут к столу с хрустящей поджаренной корочкой. Я огляделся по сторонам… Ага, вот! На равнине, где я находился, было разбросано немало валунов. Я подхватил один из них — примерно в полтора пуда весом — и метнул в горгулью. На моей родине, в Киммерии, одно из самых распространенных соревнований среди молодежи заключалось в метании тяжелых (до центнера весом) камней — кто дальше. У нас вообще было много разных полезных состязаний — бег с бревном на плече, прыжки через лошадь в полном вооружении и прочее. В юности эти соревнования особенно нравились мне еще и потому, что я в них всегда выигрывал.
В горгулью я с первого раза не попал — подрастерял навык. Хрипло каркая и ругаясь на ломанном тари, горгулья резко ушла в верх и в сторону, предлагая ничью. Ну уж нет! Я подхватил с земли второй камушек и сделал еще один бросок. Есть! Удар не убил горгулью, а только слегка оглушил, заставив потерять высоту. С торжествующим криком я бросился к бестии и отрубил ей голову прежде, чем она успела взлететь.
Это столкновение показало, насколько полезно во время путешествия по Отражениям располагать каким-нибудь средством передвижения, более быстрым, чем собственные ноги. Я отыскал мир почти нормальный мир — что на таком расстоянии от Аваллона сделать было не так-то просто — в котором жили почти нормальные люди с оленьими рогами на голове. Эти почти нормальные люди катались на почти нормальных лошадях — в основном, фиолетовой, синей, зеленой и ярко-оранжевой масти. Я остановился на зеленой, извлек из Отражений некоторое количество местной валюты, расплатился и отправился в путь — верхом.
Тем же вечером я заночевал в уютной пещерке в каком-то гористом сумрачном мире, и был разбужен шорохами и возмущенными детскими голосами.
Встав на ноги, я увидел толпу бородатых карликов, вооруженных факелами, ножами и молотками. Малыши были чем-то недовольны. Заметив, что я проснулся, они бросились вон из пещеры — все, кроме одного. Оставшийся, судя по важному виду, которой он на себя напустил, был местным боссом.
— Чё те надо? — Спросил я.
— Ты — чужой. — Карлик обвиняюще ткнул в мою сторону толстым указательным пальцем. — Ты должен заплатить за проезд по нашей земле.
Я пожал плечами. Мне не хотелось с ними ссориться.
— Ладно. Сколько я вам должен?
— Ни сколько, а что. — Палец маленького засранца переместился в сторону моей лошади. — Отдай нам лошадь, и мы тебя пропустим.
— Гм… А может, сойдемся на горшке с золотом?
— Нам не нужно твое золото! — Отрезал карлик. — У нас самих его навалом.
— Если вам нужна еда, я могу дать вам что-нибудь из своих запасов.
— Нет. Нам нужна лошадь. Только лошадь.
— Но почему?
— Таков обычай, возникший после того, как архангел Корвин проехал по нашим землям! — Важно изрек карлик. — Теперь у всякого проезжающего мы забираем лошадь — если только, конечно, он не Корвин.
— Хмм… А как вы поступите с Корвином?
— Не хочешь ли ты нас уверить в том, что ты и есть он? — Карлик бросил на меня презрительный взгляд. — Не держи нас за идиотов. У тебя даже и огненного меча нет.
— Я его внук.
— Брехня!
Этот карлик начал меня раздражать.
— Послушай, недомерок! — Сказал я. — Я хотел поступить с вами по-хорошему, но, вижу, не получится. Вы не получите ни золота, ни жратвы — ничего!
— Тогда, — карлик надменно сложил руки на бочкообразной груди, — ты останешься здесь навечно! Мы в любую минуту можем обрушить туннель!..
Прежде, чем он успел продолжить, я схватил его за шиворот и приподнял над землей.
— Вот как?! В любую минуту?! А что при этом будет с тобой, ты не подумал?!
Карлик не успел ответить — его слова заглушил грохот. Земля вздрогнула и закачалась. Стало темно, как в гробу. Когда все слегка устаканилось, я зажег волшебный огонек и осмотрел пещеру. Так и есть. Толстопузые уродцы завалили выход.
— Мы не поддаемся на шантаж и провокации. — Изрек карлик, по-прежнему болтаясь в метре над землей.
Остаток ночи он молчал, поскольку я превратил его в вешалку. Я попинал завал, но стало ясно, что карлики постарались на совесть, и просто так из пещеры не выбраться. Ладно. Утром я отсюда уйду, а пока… пока я вернулся к своему ложу и лег спать. В глубине пещеры беспокойно топталась зеленая лошадь.
Через несколько часов я проснулся от головной боли — воздух в пещере быстро заканчивался. Я вытащил из Отражений фонарь и достал колоду. Я мог бы уйти в Аваллон, но тогда мне пришлось бы заново проделывать весь тот путь, который пока еще не привел меня к моей цели. Поэтому я сдал пустой Козырь, вытащил из сумки принадлежности для рисования и взялся за работу. Мне требовалось изобразить всего- навсего площадку перед пещерой, в которой я оказался заточен. Спустя пятнадцать минут козырь был готов.
Я привел в чувство карлика — захотелось немного позлорадствовать перед отбытием.
— Я колдун. — Сказал я ему. — Я сейчас уйду отсюда, а ты останешься в этой пещере до тех пор, пока не сдохнешь от голода. Или от недостатка кислорода. Вы ведь, кажется, готовили для меня именно такую участь?
Карлик сложил руки на груди и горделиво промолчал. Я пожал плечами и всмотрелся в карту. Через несколько секунд изображение обрело глубину. Я взял лошадь под уздцы и шагнул наружу. Поблизости никого из маленьких засранцев видно не было — вот и прекрасно… Не успели мы оказаться на другой стороне, как моя лошадь заржала и встала на дыбы. В чем дело? Удерживая ее, я увидел, как на землю со стороны крупа плюхнулся тучный коротышка — тот самый, которого я оставил в пещере. В последний момент он уцепился за хвост моей лошади и проехал до следующей станции без билета. Теперь он поспешно удирал. Я мог бы легко догнать его, но не стал этого делать. Я рассмеялся и крикнул ему вслед «Беги-беги!» Его неожиданная смекалка развеселила меня, и этим он выкупил свою жизнь.
Спустя три недели после встречи с карликами я наткнулся на странное место. Это был лабиринт, но не Сломанный, а самый обыкновенный — мешанина проходов, коридоров, развилок. Чем дальше я забирался в Отражения, тем бесформеннее становились Сломанные Лабиринты, а странностей в окружающем их пейзаже все прибавлялось и прибавлялось. В конце концов, думаю, я снова сбился с пути и в результате забрел в это непонятное Отражение. В обнаруженном мою лабиринте таилась какая-то магия, но какая именно, с ходу я разобраться не мог. Лабиринт был огромным, занимал пространство в десятки, может быть даже — в сотни миль. Я не исключал того, что в его центре может находиться то, что мне нужно — та таинственная бессистемная структура, в которую должны были эволюционировать Сломанные Лабиринты по мере приближения их к границам Хаоса… Если таковая структура вообще существует.
Вначале я думал, что доберусь до центра без особых проблем, но все оказалось не так просто. Спустя несколько часов, оценивая результаты своих трудов, я был вынужден признать, что, фактически, даже не сдвинулся с места. Я был уверен, что еду к центру — было очень много развилок, пожалуй, даже слишком много — а в результате я очутился там же, где и начинал. Я попробовал еще раз — с тем же результатом. Тогда я остановился перекусить. Подозрение, что в деле замешана какая-то магия, переросло в уверенность.