было не нагреть. Люк пробежал пальцами по грубым, шероховатым заплатам скафандра и взял Каллисту за руку.
– Тебе придется его надеть, Каллиста.
– Я не позволю тебе жертвовать собой,– отказалась она,– как не позволил бы мне ты на 'Глазе Палпатина'.
Люк прижал ее руку к своей щеке.
– Я и не собираюсь жертвовать собой. Я могу уйти глубоко в транс и замедлить обмен веществ, жизнь будет при этом поддерживаться. Затем мы станем ждать. И надеяться.
Каллиста все еще неохотно глянула на отремонтированный скафандр, затем пристально посмотрела в ясные синие глаза Люка. Как бы ей хотелось прочитать сейчас его мысли, его чувства…
– Может быть, я сумею вступить с кем-нибудь в контакт посредством Силы,– сказал он,– послать мысленное сообщение. Сомневаюсь, чтобы кто-нибудь его прочитал, но мы должны попытаться.
Каллиста медленно натягивала на себя толстую ткань скафандра.
– Да,– сдалась она наконец,– мы должны попытаться. – Перед тем как надеть шлем, она поцеловала Люка.– С тобой все будет хорошо? – полуспросила она.
Он бледно улыбнулся.
– До тех пор, пока ты будешь здесь, чтобы приглядывать за мной.
Синие глаза Люка закрылись, зрачки закатились вверх – он погружался в себя по методу джедаев, входя в глубокий транс, отделявший его стеной от остальной части вселенной.
Каллиста рванулась за ним, но ее хватка успела соскользнуть с Силы прежде, чем она успела дотронуться до своих способностей. Ей не удалось даже начать входить в глубокий транс джедаев, в который перенес себя Люк.
Она глядела на него, сердце ее разрывалось от любви к нему, и с новой энергией пыталась разорвать она в своем сознании молчание Силы. И снова увидала темные тени возможностей, соблазнявших ее легким способом вызвать Силу снова: Перейди на сторону тьмы! – даже если для этого потребуется поддаться злу.
– Нет,– прошептала она себе, хотя знала, что Люка сейчас не потревожит. Уходя от темного выбора, она потратила столько сил, что испугалась быстрого на этот раз возвращения настойчивых теней.
В тихой кабине становилось все холоднее и холоднее. Скафандр сморщился, когда она свернулась рядом с Люком, сохраняя энергию и желая быть рядом с ним.
Он же, казалось, превратился в статую. На щеках осел иней от еле различимого дыхания. Ей отчаянно хотелось дотянуться до его мыслей, разделить с ним усилия по отправке просьбы о помощи, но сознание Люка оставалось для нее закрытым.
Потерпевший крушение корабль тихонько относило к внешним окраинам пояса астероидов, щиты – на минимальной энергии, система жизнеобеспечения не работает, и Каллиста на нем в полной темноте и одиночестве.
В раковине бесформенной Силы, которой он обернул себя и свой разум, Люк Скайуокер сосредоточил все свои мысли в едином луче материального крика через пространство и время. Слова его неслись по линиям Силы, соединяющей все сущее в космосе.
Он вызвал в памяти антенны Облачного Города, висящие над облаками… Ведь он всего лишь позвал тогда, еще не зная правды о сестре, не зная о связи между ними. Сейчас Люк знал, кого просить о помощи.
– Лейя! – воззвал он из далеких окраин астероидного пояса, зов его летел во всех направлениях.– Лейя!.. Лейя!..
39
Измученная постоянным раздражающим напряжением, в котором прошел дипломатический визит в крепость Дурги, еще в придачу выбитая из колеи потрясающей новостью о том, что адмирал Даала все еще жива и готовит нападение на Новую Республику, Лейя молча сидела в своем комфортабельном кресле дипломатического челнока. Хэн уводил его от Нал Хутта, огибая Луну Контрабандистов, правя в открытый космос, где их ждал флот Акбара.
Освободившись от необходимости носить неудобный дипломатический мундир, Хэн снова облачился в свою старую привычную одежду – черный жилет, белая рубаха и темные штаны, видавшие лучшие дни. Лейя тоже была бы не прочь переодеться в удобную одежду, да позабыла упаковать ее, готовясь к неожиданному представлению в мире хаттов.
Рядом Си-3ПиО добросовестно зачитывал составленный им список дел, ожидавших ее по возвращении на Корускант. Его тонкий учтивый голосок обстоятельно напоминал ей одно, другое, третье, о чем она забыла или вовсе не хотела вспоминать, или сознательно игнорировала. И пока Си-3ПиО продолжал с неуемным энтузиазмом перечислять малозначащие мелочи правительственной жизни, Лейя погружалась в беспокойную дремоту. Плавное покачивание дипломатического корабля было как электронный массаж. Мысли ее расплывались. Дыхание стало ровным…
И внезапно – как будто удар копьем… Лейя вытянулась в струнку. Конвульсивная дрожь, мурашки на похолодевшей коже… Дыхание перехватило. Снова прилетела мысль, пронизавшая ее разум.
Лейя…
Лейя!
– Люк? – прошептала она. Си-3ПиО, все еще зачитывавший свой список, наконец заметил, что что-то случилось.
– Хозяйка Лейя, с вами все хорошо?
Хэн живо обернулся с пилотского кресла с выражением беспокойства на лице.