В городе М. Очерки социальной повседневности советской провинции в 40-50-х гг.

пироги, да пышки, а мне все синяки, да шишки'.

С приветом»²

Рабочие, у которых отняли дополнительные хлебные пайки, стал­кивались с другими трудностями, нежели их начальство. Они про­сто голодали. Руководители Чусовского металлургического завода в июне 1947 г. просили о помощи обком партии: «В настоящее время завод никаких видов дополнительного питания не имеет. Рабочие за­вода, одиночки, многосемейные и рабочие на трудоемких работах, и особенно инвалиды войны и труда и семьи погибших, не имея ника­ких видов дополнительного питания, получаемые ими нормирован­ные продукты по карточкам расходуют в первые десять дней месяца, а остальное время находятся в весьма тяжелом продовольственном состоянии. В связи с создавшимся тяжелым продовольственным по­ложением падает производительность труда, увеличивается заболе­ваемость, и все это вместе взятое не может не отразиться на выполне­нии плана завода»¹.

Из Соликамска писали в Москву: «Рабочие не обеспечиваются промышленными товарами. Многие рабочие совершенно раздеты и разуты. <...> Из-за отсутствия мыла белье не простирывается. Рабо­чие, не имея смены белья, спят в верхней грязной одежде»².

Местное начальство просит от властей — все равно, областных или центральных — товаров по коммерческим ценам, иначе гово­ря, расширения зоны свободной торговли. Зимой 1947 г. Хмелев­ский отправляет телеграмму Косыгину: «В связи с отменой хлеба холодным