редакционные задания, помогут с публикацией литературных произведений и прочее — в общем, говорили все то, что полагается в подобных случаях. Ничего не выполнили. Только «Березниковский рабочий» публиковал на своих страницах его роман с продолжением. Платил немного. В следственном деле Данилкина находится Справка о гонорарах от Молотовского государственного издательства: за 1948 г. выплачено 5598 рублей; за 1949 г. — 1170 рублей — впятеро меньше1.
Ремесленные училища в те времена пользовались заслуженно дурной репутацией. Для городского школьника угодить в него было все равно, что попасть в колонию:
«Во всяком случае, нас тогда стращали и тем, и другим с примерно равным воспитательским успехом. «Ремеслуха» — спецодежда, казарменное житье, дисциплина, пайковая кормежка впроголодь. «Чтоб тебя ремесленники съели!» — было тогдашним ходовым присловьем. И точно — забирали туда, начиная с четвертого класса»2.
Ремесленное училище № 22 отличалось от подобных ему учебных заведений разве что составом. В нем на полное государственное обеспечение были принудительно помещены мальчики — подростки, потерявшие родителей. Нравы воспитанников существенно расходились с правилами поведения учащихся советской школы. Они дрались, крали что ни попадя, наводили страх на мирных горожан, пили. В общем, озорничали. В феврале — марте 1948 г. ребята в классных помещениях упражнялись прицельной стрельбой из рогаток по
