Как убивали 'Спартак' 2

версии «Спорт-Экспресса», где оказался наряду с Титовым одним из всего двух спартаковцев.

А кроме того, неудобных, «ковалевских» вопросов перед высоким спартаковским начальством хорват не ставил. Что убедило руководство клуба в незыблемости порочного сталинского принципа: «Незаменимых нет». Порочного — потому что незаменим каждый. А уж тот, кто честно работал годы на благо команды — и подавно. Но люди здесь — материал. Винтики.

И кто знает, как поведет себя это руководство, когда у нахваливаемого сегодня Плетикосы случится спад — а спады бывают у всех без исключения голкиперов. В топ-менеджменте сегодняшнего «Спартака», увы, принято ценить людей, только пока у них все в порядке.

Но чтобы команда была настоящей, не только главный тренер — все руководство должно вызывать у футболистов чувство, что они надежно защищены. Что они — одна семья. Как это было, например, в «Локомотиве» времен Юрия Семина.

Федун с Шавло держатся от игроков на такой подчеркнутой дистанции, что те понимают: большие начальники живут в своем мире, им — не до простых смертных в трусах и футболках. И случись что с ними — помощи сверху ждать не придется. Скорее — подтолкнут дальше, в пропасть. Зачем нужен отработанный материал? Легче ведь купить новый.

А потом и его точно так же — поматросить и бросить.

Об этом убедительнее всех смог бы рассказать еще один вратарь красно-белых — Алексей Зуев. Голкипер, который отдал красно-белым шесть лет карьеры. И пусть играл от случая к случаю, тем не менее именно с ним «Спартак» выиграл свой последний до сегодняшнего дня трофей — Кубок России 2003 года. Да и два последних матча группового турнира Лиги чем-пионов-2006/07 — ничейный с «Баварией» и победный со «Спортингом» — в воротах красно-белых из-за травмы Ковалевски провел именно Зуев. А потом…

Потом, в начале 2007-го, с ним случилась слишком тяжелая история, чтобы он когда-нибудь о ней рассказал. Слава богу, она уже позади.

Вообще-то клуб должен был сделать так, чтобы за пределами Тарасовки о ней не узнал вообще никто. А когда руководители не просто бросают на произвол судьбы человека, с которым случилась беда, но еще и гендиректор выносит ее на публику — дальше падать, по-моему, некуда.

А Шавло в интервью «Спорт-Экспрессу» говорил на эту тему пространно. Привожу эти цитаты только потому, что они уже были опубликованы. Более исчерпывающей иллюстрации человеческих качеств генерального директора «Спартака», по-моему, быть просто не может. Меня больше всего поразило даже не подробное перечисление фактов — хотя и оно тоже, — а развязная интонация, с какой все это было изложено. Речь шла о человеке, которому было очень, очень плохо…

— На первом же сборе в Турции Зуев травмировал ногу и говорит Федотову: «Если завтра не улечу в Москву — умру. Мне здешний климат не подходит». Владимир Григорьевич перепугался, звонит мне: «Что делать?» — «Если ситуация не улучшится — берите ему билет на самолет. А то он всю команду на уши поставит». Тем временем появляется интервью, где Зуев играет на гитаре, песни собственного сочинения поет. Дискотека какая-то… И началось! В Москве Зуев дважды приходил ко мне. С Библией. Клал ее на стол и нес какой-то бред: «Если сделаете меня основным вратарем «Спартака» — мы сто процентов станем чемпионами».

Потом, как часто бывает, вмешался агент. «Друг, — говорим ему, — мы не стали выплескивать про Зуева весь негатив в газеты. Ты же понимаешь, что будет с игроком, если рассказать обо всех его странностях». — «А как же Черенков?» — возражает тот. «Ты не сравнивай Зуева с Черенковым! Федор, несмотря на болезнь, играл — да как! А этот только ходит и рассказывает, какой он великий вратарь». Агент пообещал положить Зуева в больницу. Но вскоре приключился инцидент на бензоколонке.

Как вы о нем узнали?

Нам из МВД письмо прислали! Гражданин Зуев на автозаправочной станции угрожал пистолетом другому гражданину. Так, мол, и так, просим принять меры. Зуева легко могли бы упечь в кутузку, если бы не служба безопасности клуба. При ее содействии отпустили парня… Пистолет у него, по- моему, газовый. Но ситуация все равно неадекватная. С ним не знаешь, как себя вести! Заходит с Библией, и черт знает, что у него на уме? Мы и на базу потому перестали Зуева пускать. Вдруг ему что-то не понравится, прыгнет в кого-нибудь двумя ногами, а у нас футболисты с миллионными контрактами!

Зуев — игрок «Спартака»?

— Уже нет. Со «Спартаком» он был связан долгосрочным контрактом. После всех этих историй вызвали его: «Леша, мы готовы платить тебе зарплату до лета, пока не откроется трансферное окно, и постараемся устроить тебя в другой клуб. Да, произошел какой-то срыв, но полежишь в больнице, через пару месяцев оклемаешься, начнешь потихоньку тренироваться с дублем». — «Договорились».

Спустя два дня вновь звонит агент: «С учетом того, что Зуев помог «Спартаку» прошлой осенью в Лиге чемпионов, мы настаиваем, чтобы вы отдали игроку всю зарплату до конца года». «Итак идем вам на уступки, — говорю. — Ведь после письма из милиции вообще можем уволить его по статье». Тогда Зуев с подачи агента подал жалобу в КДК. После разбирательства я сказал: «Ладно, поступаем иначе. Расторгаем контракт, вытачиваем, как положено, зарплату за два месяца, — и шагайте на все четыре стороны». Зуева, с одной стороны, жалко. С другой — на его примере проучим всех агентов, которые ребятам лишь мешают. Вешают лапшу на уши, сбивают с пути: «Что за гроши ты тут получаешь? Завтра пойдем в «Локомотив», там дадут в три раза больше».

Нашли для себя ответ, что произошло с вратарем?

Врачи полагают — что-то наследственное. А мы сначала думали, что Зуев в какую-то секту попал. Главное, складывалось впечатление, что клуб его судьба волновала больше, чем семью. Обрываем телефон жене, родителям: «Вы в курсе, что творится с Лешей?» — «Да, но ничего не можем сделать». — «Хоть врачам его покажите, проведите обследование»…

Вместо того чтобы вылечить тяжело заболевшего человека, выгнали его из команды, лишили средств к существованию — и все это лишь для того, чтобы «на его примере проучить всех агентов»…

Употреблять о больном на тот момент человеке выражения, да еще и в газете: «Нес какой-то бред», «Упечь в кутузку», «Черт знает, что у него на уме», «Вдруг ему что-то не понравится, прыгнет в кого-нибудь двумя ногами, а у нас футболисты с миллионными контрактами», «Дискотека какая-то»…

Не нахожу в себе сил ни на какие комментарии.

Слава богу, Алексей уже здоров. Дай бог, чтобы все у него в жизни сложилось хорошо — и чтобы он вернулся в футбол. А если вернется — чтобы никогда не встречал на своем пути таких руководителей клубов, как Сергей Шавло.

*****

В январе случилась еще одна история, крайне негативно повлиявшая на ситуацию в «Спартаке». И почти полностью лишившая Федотова рычагов влияния на команду.

Два бразильца, Жедер и Моцарт, прибыли из отпуска с недельным опозданием. Жедер, правда, звонил техническому директору Смоленцеву и предупреждал, что припозднится. Смоленцев ему ответил жестко: «Нет, ты должен быть на сборе, как и все, 7 января».

Моцарт не звонил. А потом говорил, что его отпустил главный тренер. В клубе люди считают, что так оно и было — либо произошло элементарное недопонимание. Потому что если выходка Жедера ни для кого не стала неожиданностью, то Моцарт, бывший капитан итальянской «Реджины» — человек ответственный, никогда никуда не опаздывающий.

Есть версия, что именно обида Моцарта на Федотова привела к тому, что первые полсезона талантливый бразилец откровенно провалил. И лишь Черчесову, сбившему у него четыре килограмма лишнего веса, удалось привести его в чувство.

— Моцарт из тех игроков, которые обязательно должны за собой следить, — подтвердил в июле Шавло. — Широкая кость и постоянная беда с лишним весом. Балансирует на грани. Даже чуток лишнего — тут же заметно. Не успевает, фолит, собирает карточки… Такого Моцарта, как сегодня, нам не надо. Сумеет Черчесов поднять его на прежний уровень — бразилец