Клавиш биенье в квартирном фридмоне, Тайнопись трещин на желтом фоне, Крови кипенье от склянки чефира Нам заменили сокровища мира.
- Он был восторженным романтиком-ученым (аспирантом). Затем - женился, был влюбленным в жену романтиком. И влюбленным в детей отцом! А в эпоху рынка стал романтиком-кооператок- вечно захмеленный эндорфинами. При всей термоядерности закаменел в своем романтизме. Но вдруг!.. Размечтался ведь о чем: «Срублю бабки!». А получилось: ни (наехали и все отобрали - рейдерский захват).
Купил дешево армейское обмундирование. Но не мог продать - не шло. армейские тряпки совсем не воинственно гнили в подвале. Как у Гоголя «клади и стога обращались в чистый навоз».
Экскурсия.
- Внимание - подъезжаем к величайшему поэту - памятнику Пушкину!
- А руку к козырьку нужно приложить? А кричать «Здравия желаем»?
- А сейчас - к самому великому писателю - Гоголю!
- Пушкина я слыхал. А кто такой Гоголь? Гегель? Бебель?
- А кто путает Гоголя с Гегелем, Бальзака - с Бльзаминовым - тому не место здесь!
- А тем, кто юмора не понимает, тоже не место здесь...
Наташе (нашей приемной- лет так 8) задали перечислить любимых писателей. «Заходеров, Олеша, Эйдельман, Льоса.» = то есть с полки все подряд списала (Льоса - «Панталеон» - про роту проституток в армии).
По Фрейду, сознательное - это конъюнктурное поведение, словно изо всех сил скрывают что-то. а это не так. Мне, например, скрывать нечего.
Кира:
бабок, ни дедокзаплесневевшие про Плюшкина: - Не думай, что - если ты для Славы половина - то и всякая жена занимает такое же место. обычно - одну десятую (я не думаю, напротив, я думаю, что занимаю в жизни Славы одну трехсотую часть).
-
- Детский писатель, а такие запои!
- Он приобщается так к детству - на четвереньках ходит.
«Лит. Россия» напечатала разгромную рецензию на меня. Цитируют отрывок о копуляции бабочек. Славу все время просят теперь:
- Дай почитать Нинкин рассказ, где бабочки е.утся!
Даша потянула книжку в рот (ей 5 месяцев). Антон цитирует Булгакова: «Искусству захотела?»
У него был эпиграфический запой.
2.12.15 Скопировала из интернета (2011-12-23 08:16) эссе Соколовского Леонида о нас
Смех - это одна из бесчисленного множества дверей любви.
Если сравнивать - мне стиль Горлановой нравится больше, чем стиль Довлатова. Он кажется мне светлей. У Довлатова все равно мир одиночки, циничный, отстраненный и чуточку обиженный. Намного меньше радости. Здесь же - семья. Мир семьи для того и создан, чтобы беречь нас от мира нас самих- одиночки: нехорошо человеку быть одному. Радость здесь можно разложить на: радость волшебного одомашнивания мира - женская стихия - и радость игры - мужская стихия, идущая от Букура. В основе лежит любовь к жизни - нормальный фон человека без серьезных психических расстройств, на котором мы все движемся, как на фоне неба.
Чтение книги Горлановой дало мне весьма интересное чувство, которое я почти позабыл: удовольствие от того, что я принадлежу к касте интеллигенции.
Понятно, что цели такой не ставилось, но вещи Горлановой - объективно гимн интеллигенции. Потому что они показывают радость ее бытия; массу радостей, которых лишены не интеллигенты. Вот, этим людям сорок лет, и они бедны - они рисуют картины! Беседа для них - это пир наподобие платоновского, хлеб и чай - не еда, а трапеза, как во времена Мандельштама, и чем более наг мир, тем сильнее проступает его священность. Это веселое и слегка циничное мужество, прекрасно знакомое с изнанкой жизни - я не променяю его на машину, шашлыки по воскресеньям и пьянки в конторе по пятницам. . Я должен уточнить: я имею в виду не сопротивление эпохе - это депрессивная ерунда. Любая городская улица, со всеми своими людьми, как всегда полна таинственности и великолепия. Надо восторженно ловить шум времени. Я имею в виду сопротивление вялости и сну - сопротивление окружающей тебя среде «своих», в том числе интеллигентов. Я имею в виду сопротивление холоду зла. Я имею в виду сопротивление навязываемому тебе как основу собственного шага. Как Горлановы сопротивляются?
. А сопротивление советскому строю! Диссидентские рассказы Горлановой вызывают у меня безусловное сочувствие и поддержку. На этом выросла стойкость их семьи; но этим она не исчерпывается. Советский строй исчез, а сопротивление продолжается. Помню, как один критик в «Независимой газете», оценивая претендентов на «Букера», высказал свое пфэ «Роману воспитания». На том основании, что «кукиши в кармане» советскому строю устарели и вообще что-то второсортное по своей природе. Фамилии его не помню. Скажем, Фамусов. Только для Фамусова было бы естественно даже не вспомнить о таком слове как гражданственность. Мне стало стыдно за него.
Итак, они не сошли с пути, и каждый текст был актом сопротивления. И вот результат: они живы, и это в их годы! Какое удивление видеть двоих, целых двоих живых людей с полной мерой внутреннего огня, которые действительно в силах что-то делать. На самом деле В.И.Букур - конечно, соавтор всех произведений Н.В.Горлановой, и дело не в записанных за ним остротах. Дело в мировосприятии. Букур одаряет Горланову своим мировосприятием, причем кажется, что очертания этого дара можно даже обрисовать, сравнивая с остальными рассказы, где Букура рядом нет.
Во-первых, они более однотемны. Атмосфера та же - чудесная, приятная, сладкая среда
