выглядел соответствующим образом. На шляпе было написано «Валшэбник»…

«Никогда не верь написанному. Но все равно, уже слишком поздно. У нас мало времени».

– Погодите, погодите, – поспешно перебил Ринсвинд. – Что происходит? Ты хотела, чтобы тебя украли? Почему у нас мало времени? – Он обвиняюще ткнул в шляпу пальцем. – И вообще, ты не можешь позволять, чтобы тебя просто так крали, тебе полагается пребывать на… на голове аркканцлера! Сегодня была церемония, мне следовало присутствовать…

«В Университете происходит нечто ужасное. Нам ни в коем случае нельзя было там оставаться, понимаешь? Ты должен отвезти нас в Клатч, там найдется человек, достойный носить нас».

– Зачем?

В голосе шляпы, решил Ринсвинд, присутствовало нечто странное. Он звучал так, что не повиноваться ему было невозможно. Если бы этот голос приказал ему прыгнуть с обрыва, Ринсвинд успел бы пролететь полдороги, прежде чем ему пришло бы в голову, что он ведь мог ослушаться.

«Близится погибель всех волшебников».

– А почему? – виновато оглянувшись, спросил Ринсвинд.

«Грядет конец света».

– Как, опять?

«Я не шучу, – угрюмо буркнула шляпа. – Триумф Ледяных Великанов, Абокралипсис, Тайная Чаевня Богов – полный набор».

– И мы можем этому помешать?

«Будущее не дает на сей вопрос четкого ответа».

Непреклонный ужас, застывший на лице Ринсвинда, медленно поблек.

– Это что, загадка? – уточнил волшебник.

«Возможно, будет проще, если ты просто исполнишь то, что тебе говорят, вместо того чтобы пытаться что-то понять, – посоветовала шляпа. – Девушка, положи нас обратно в коробку. Вскоре нас будет разыскивать множество людей».

– Эй, погоди, – не унимался Ринсвинд. – Я не раз видел тебя, и раньше ты никогда не говорила.

«Не было необходимости что-либо говорить».

Ринсвинд кивнул. Это показалось ему логичным.

– Послушай, сунь ее в коробку и давай сваливать, – поторопила его девушка.

– Пожалуйста, чуть больше уважения, юная дама, – высокомерно отозвался Ринсвинд. – Ты имеешь честь обращаться к символу древнего института волшебников.

– Тогда ты его и понесешь, – парировала она.

– Эй-эй! – заорал Ринсвинд, поспешая за девушкой, которая вихрем пронеслась через несколько переулков, пересекла узкую улочку и свернула в очередной проулок между двумя домами, которые, точно пьяные, наклонялись друг к другу так, что их верхние этажи самым натуральным образом соприкасались.

– Ну? – остановившись, резко спросила девушка.

– Ты ведь тот самый таинственный вор, да? – осведомился он. – О тебе все говорят, о том, как ты крадешь даже из закрытых сокровищниц. … А ты не такая, как я себе представлял…

– Да? – холодно отозвалась она. – И какая же я?

– Ну, ты… меньше ростом.

– Слушай, ты идешь или нет?

Уличные фонари, вещь редкая в этой части города, вообще исчезли. Впереди не было ничего, кроме настороженной темноты.

– Я сказала, пошли, – повторила девушка. – Чего ты боишься?

Ринсвинд набрал в грудь побольше воздуха:

– Убийц, грабителей, воров, карманников, щипачей, разбойников, бандитов, насильников и гоп- стопщиков, – перечислил он. – Мы же направляемся прямиком в Тени [8].

– Да, зато сюда не придут нас искать, – указала она.

– О, придти-то придут, просто обратно не выйдут, – успокоил Ринсвинд. – И мы тоже. Я имею в виду, такая красивая юная дама, как ты… страшно подумать… то есть некоторые личности здесь…

– Но ты же будешь рядом и защитишь меня, – возразила она.

Ринсвинду показалось, что за несколько улиц от того места, где они стояли, послышался топот марширующих ног.

– Знаешь, – вздохнул он, – я почему-то не сомневался, что именно так ты и скажешь.

«Да. По этим зловещим улицам мне придется пройти, – подумал Ринсвинд. – А по некоторым – пробежать». В эту туманную весеннюю ночь в Тенях стоит такая темень, что вам будет слишком темно читать о продвижении Ринсвинда по жутковато-мрачным улицам, так что это описание поднимется над богато украшенными крышами и лесом искривленных дымовых труб и полюбуется немногочисленными мерцающими звездочками, которым удалось пробиться сквозь клубы тумана. Оно попытается не обращать внимания на долетающие снизу звуки – топот бегущих ног, посвист, скрежет, стоны, приглушенные вскрики. Может быть, это какое-то дикое животное рыщет по Теням после двухнедельной диеты…

Где-то неподалеку от центра Теней – этот район до сих пор не целиком нанесен на карту – расположен небольшой дворик. По крайней мере, здесь на стенках горят факелы, но проливаемый ими свет – это свет самих Теней: скупой, красноватый, с темной сердцевиной.

Ринсвинд, пошатываясь, ввалился во двор и повис на стене, ища у нее поддержки. Девушка, что-то напевая себе под нос, шагнула в багровый свет у него за спиной.

– Ты в порядке? – спросила она.

– Хр-р-р, – отозвался Ринсвинд.

– Не расслышала?

– Эти люди… – вырвалось у него. – Ну, то, как ты пнула его в… когда ты схватила их за… а потом ударила ножом прямо в… кто ты?

– Меня зовут Канина.

Ринсвинд какое-то время смотрел на нее ничего не выражающим взглядом.

– Извини, – наконец буркнул он, – мне это ни о чем не говорит.

– Я тут недавно, – пояснила она.

– Да я и не думал, что ты здешняя, – кивнул Ринсвинд. – Я бы о тебе слышал.

– Я сняла здесь комнату. Зайдем?

Ринсвинд взглянул на облезлую вывеску, едва различимую в дымном свете потрескивающих факелов. Она сообщала, что гостиница, скрывающаяся за небольшой темной дверью, носит название «Голова Тролля».

Вы можете подумать, что «Залатанный Барабан», всего час назад бывший ареной неприличной потасовки, – малопочтенный трактир с дурной репутацией. На самом деле, это самый что ни на есть почтенный трактир с дурной репутацией. Его клиенты обладают некоей грубоватой респектабельностью – они могут спокойно убивать друг друга, как равные равных, и делают это вовсе не из мстительности. Ребенок может зайти в этот трактир за стаканом лимонада, и самое страшное, что его будет ждать, – это затрещина от матери, когда та услышит, как обогатился словарь ее чада. В спокойные ночи трактирщик – если он точно знал, что библиотекарь не появится, – ставил на стойку миски с орешками.

«Голова Тролля» была настоящей сточной канавой. Ее посетители, если бы исправились, почистились и вообще до неузнаваемости изменились, могли бы – всего-навсего могли бы! – надеяться на то, что их сочтут обыкновенными наимерзейшими отбросами общества. В Тенях каждый отброс – настоящий отброс.

Кстати, та штука, что болтается над входом, вовсе не вывеска. Решив назвать гостиницу «Головой Тролля», хозяева не стали мелочиться.

Ринсвинд почувствовал, что его подташнивает, и, прижимая к груди бурчащую коробку, шагнул внутрь.

Тишина. Она сомкнулась вокруг них, почти такая же густая, как дым от дюжины субстанций, гарантированно превращающих любой нормальный мозг в сыр. Сквозь смог различались блестящие,

Вы читаете Посох и шляпа
Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату
×