— Вы их знаете. Они живые легенды Зоны. Они обходятся маломощным или нелетальным оружием или вовсе без него, оружие скорее всего для людей. Не догадались, нет? — лукаво спросил ученый. — они живут в наиболее агрессивных, с нашей точки зрения, я имею ввиду точку зрения сталкеров и остальных людей присутствующих в Зоне, местах. В тех местах где плотность и активность фауны зашкаливает за все разумные пределы. Ну? Все еще не вспомнили?
— Лесник и Болотный Доктор? — изумленно выдохнул Бобр. — да не может быть…
Сахаров довольно улыбался разглядывая реакцию Бобра.
— Вот видите Бобр, я не ошибался на ваш счет, вы — ученный указал на сталкера шариковой ручкой — определенно можете понять этот закон и мало того вы подсознательно знаете его и пользуетесь им… в некоторой степени.
— Профессор, вы наверное что-то путаете, я же хотел убить излома, я даже ждал когда он приблизиться. — вдруг сосредоточенно и хмуро сказал Егор.
— Ошибаетесь уважаемый, вы не хотели убить излома, по крайней мере если бы вы всем своим существом хотели убить его, он бы с такой же яростью атаковал вас. Повторяю, вы в душе не хотели убивать его. Если вы действительно будете хотеть уничтожить какое-либо существо, то инициализируете тот же эмоциональный всплеск среды и всех ее активных носителей, и тогда вам по силам будет справиться только с низшими хищниками,… например крысой — лучезарно улыбаясь повторил профессор. — Очень вероятно если бы вы вышли через дверь не думая об изломе, он бы и не тронул вас. Хотя есть вероятность, что он бы окликнул вас, вы бы увидев и узнав его испугались за свою жизнь представив себя погибшим, и среда среагировала бы соответственно, он бы повинуясь ей убил вас. Возможно, вы бы были уверены в своих силах и приняли бы бой, постепенно понимая что проигрываете и проиграли бы бой. Но если бы на вашем месте был Лесник или Болотный Доктор, не было бы никакого боя и не было бы никаких смертей.
— Но тогда… тогда, когда я тащил Артема, да, вот тут, в двухстах метрах от ворот я же… я же был готов драться с кадаврами, я был готов убивать их всех, а они прошли мимо. — чувствуя что почва его убеждений постепенно уходит из под ног и мозг ищет спасительной зацепки за прежние убеждения почти закричал Егор.
— И снова милейший, вы ошибаетесь, вы не хотели убивать зомбированных, вы хотели защитить человеческую жизнь, всеми своими силами. Реакция инициированной вами среды была соответствующей, поймите среда стала соответствовать вашей психо — эмоциональной окраске, если хотите вашему жгучему желанию сохранить Артема. Как только вы сформировали свое желание, она инициированная вашим намерением включила сирену, конечно руками долговцев, она же активировала их активность и отрешила интерес зомбированным к вашим персонам и далее позволила вам без ранений выбраться из передряги.
— Но почему бы ей тогда, этой вашей реакции среды не развернуть кадавров в другую сторону? — спросил сталкер.
— Возможно если бы вы хотели этого еще сильнее, они бы и развернулись. В конце концов кадавры, как вы их называете не имеют в отличие от человека функционирующей центрально нервной системы, их мозг не способен проявлять свою волю и самостоятельно инициировать реакцию среды, их так сказать антенны связи представлены обрывками нервных тканей и они подчиняющиеся изменяющейся среде заставляют двигаться тело. Но тут конечно тоже много вопросов, но это если вам интересно к некробиологу Трофиму Ивановичу. Ну так о чем я… — Сахаров потер переносицу — а, так вот, если бы ваше желание было еще сильнее, я уверен вы бы смогли развернуть или остановить зомбированных.
— Профессор, — взмолился Бобр — я больше не могу, вы же ставите все с ног на голову!
— И снова ошибаетесь, дорогой мой сталкер Бобр, сейчас я как раз и ставлю все в вашем сознании с головы на ноги.
Бобр откинулся на спинку стула растерянно глядя куда-то в сторону в пол. Ученый видя такое состояние сталкера вежливо осведомился.
— Может чайку?
Бобр благодарно кивнул.
— Было бы очень кстати, — хрипло произнес он.
Через пару минут очаровательная девушка в белом халате принесла разнос с чайником, наполненными чашками чая, конфетками, печенюшками и нарезанными фруктами. Выпив в полном молчании, одну, потом вторую чашку чая, сосредоточенно думая обо всем, что было услышано Бобр встрепенулся.
— Да профессор, а зачем же вы вызывали меня?
— Очень хороший вопрос, я рад что вы пришли в себя. Это дает нам шанс, что вы выслушаете мое предложение и в свете полученной признаться очень небольшой, но практически значимой для вас части информации вы с большей вероятностью сможете выполнить мое э-э-э поручение. Более того, я бы не попросил вас и никого другого выполнить для меня что-то, если бы у него не было шанса выполнить его. Хватит на моей совести смертей, — оттягивая вдруг ставший тесным воротничок и понизив голос сказал Сахаров. — Итак, — хлопнув ладонью по столу и отгоняя ненужные воспоминания сказал ученный. — Речь идет о походе в Рыжий Лес с нашим сотрудником Валерием Степановичем к Леснику. Возлагаемая на вас функция обеспечить проход туда и обратно нашему сотруднику. Задача нашего сотрудника произвести замеры изменения психо — волновой активности среды при воздействии мозговой активности Лесника. В дальнейшем эти замеры будут использоваться для искусственной коррекции агрессивных реакций среды генерированными импульсами. У нас есть определенные разработки, которые работают, кстати Валерий Степанович будет использовать прототип устройства в вашем походе, но мозговые излучения Лесника — это качественно другой показатель. Вам придется пару дней сопровождать Лесника.
— А что если он откажется? Он же вроде бы гостей не любит?
— Любит не любит, это субъективно. Мы… хм… точнее вы с Валерием Степановичем тоже туда не с пустыми руками пойдете. Лесник предупрежден, он вас будет ждать, но вы все равно должны учесть, что это он, а не мы делаем ему услугу.
— И… сколько вы мне заплатите? — спросил Бобр, чувствуя себя довольно неловко поднимая вопрос о деньгах с таким ученым мужем.
— Размер вашего вознаграждения — сто тысяч.
Печенька, выскользнув из потерявших контроль пальцев, с негромким бульканьем упала в чашку с чаем.
Следующие два дня сталкер готовился к выходу в Рыжий Лес. Его подготовка заключалась в несколько часовом прослушивании курса лекции от Сахарова в его кабинете. Профессор с удовольствием делился необходимыми для выживания в Рыжем Лесу теоретическими выкладками.
— Егор, исходя из тех теорий, которые вы теперь знаете и можете интегрировать в ваше видение Зоны, вы можете сказать мне почему я не прошу отправить туда долговцев? — спросил профессор.
— Ну, наверно, — чувствуя себя как школьник на экзамене и вытирая руки о выданные ему гражданские штаны и рубаху отвечал Бобр. — наверное долговцы будут ожидать что Рыжий Лес агрессивен и Лес нападет на них? — полу ответил полу спросил сталкер.
— Правильно. А что можно сделать чтобы не пострадать в данной ситуации? Пожалуйста выдвиньте свои версии и гипотезы, я как говорил всегда стремлюсь изучить ваш, неповторимый полевой опыт сталкера. — подбодрил ученный, — поскольку это также является одной из ключевых позиций в моих исследованиях. Итак?
— Ну наверное… — помявшись начал рассуждать вслух Егор, — наверно если бы Долговцы думали об окружающей их среде как об агрессивной и в ней были бы только слепые псы, крысы и плоти… и… мало аномалий…
— Как возле периметра? — уточнил профессор.
— Ну да, — согласно кивнул Бобр — то среда бы проявила свою агрессию а долговцы как пить дать перебили бы всех мутантов. — прикидывая и так и этак ситуацию отвечал Егор. — Сахаров согласно кивнул. — а если в Рыжем Лесу… то наверно не справятся ребята, нет, не справятся. — сказал Егор. — там кровососы не убиваемые, чернобыльские псы, снорки, псевдогиганты… аномалия на аномалии … нет если эта, как ее среда захочет их уничтожить, то у нее все шансы.