чтобы она приостанавливала дорожное движение на время прохождения свадебной процессии.
– Конечно, сэр, непременно об этом позабочусь, – с готовностью ответил Суэйн и просиял: Лаура была его любимицей. – Надеюсь, мисс Ханичайл приедет на свадьбу, и тогда я смогу сразу убить двух птиц одним камнем, образно выражаясь.
– Сможете, – сказал Маунтджой с довольным видом. – Леди Софи и мисс Маунтджой позже согласуют с вами все детали.
– Спасибо, ваша светлость.
Довольная улыбка играла на лице Суэйна, когда он покидал Маунтджой-Хаус. Случай обещал быть очень выгодным, особенно если учесть свадьбу Лауры и расследование убийства сэра Гарри Локвуда. Возвращаясь домой на автобусе, он думал о том, что сможет взять с собой собаку на свадьбу в Суинберн. Он думал и о том, что утрет нос полицейскому департаменту Нью-Йорка, разыскав убийцу сэра Гарри Локвуда.
Глава 37
Алекс вел маленький красивый «бугатти» с открытым верхом по извилистой дороге в рыбацкую деревушку Позитано. Он посмотрел на Ханичайл, сидевшую рядом с закрытыми глазами. Ее волосы трепал ветер. Она была бледной и измученной на вид, но на лице ее играла улыбка.
– Почти приехали, – объявил Алекс, делая очередной поворот.
Ханичайл выпрямилась на сиденье, убрала с лица волосы и посмотрела на прекрасный вид за окном.
Деревушка раскинулась по крутому обрыву; ее маленькие домишки были увиты бугенвиллеей и цветущей геранью; на веревках висело разноцветное белье. Далеко внизу, в заливе, имевшем форму полумесяца, на глади лазурной воды стояла на якоре «Аталанта»; в безоблачном голубом небе парили чайки, а воздух был пропитан запахами дикого тмина, розмарина и моря.
– Я даже вообразить себе не могла, что на земле есть такое красивое место, – произнесла в восторге Ханичайл, вспомнив прочитанные в детстве книги и свои мечты увидеть мир. – Оно великолепно!
– Подожди, скоро ты увидишь «Аталанту», – сказал Алекс с довольным видом. – Она само совершенство.
Два молодых матроса в тельняшках и белых брюках ждали их у лестницы, ведущей вниз, в гавань. Они с восторгом встретили Алекса и весело поздоровались с Ханичайл.
Оставив матросов позаботиться об их багаже, Алекс и Ханичайл, взявшись за руки, спустились вниз по ступеням и зашагали по булыжной дороге вдоль деревушки. Время от времени они останавливались, чтобы полюбоваться балконами с цветущей на них геранью и прочими цветами. Местные ребятишки бежали за ними, крича «буон джорно» и смеясь, преследуемые сворой лающих собак.
В маленькой гавани их ждала «Аталанта».
– Моя гордость и радость, – проговорил Алекс, глядя на свою сверкающую на солнце яхту. – Она у меня уже десять лет, но доставляет мне большое удовольствие.
«Аталанта» была построена в виде клипера: корпус из тикового дерева, с тремя мачтами, острыми обводами и развитой парусностью; команда судна из десяти человек выстроилась в шеренгу, приветствуя Алекса и Ханичайл. Алекс знал их всех по именам. Он пожал каждому руку и представил Ханичайл, затем повел ее осматривать яхту.
Декор судна был четким и простым, без ненужных украшений, и все было в безукоризненном порядке. Палубы из тикового дерева гладкими, как шелк; предметы из меди отполированы до блеска; канаты свернуты в клубки. Капитанский мостик был таким, каким он должен быть на прекрасной яхте: с последними навигационными приборами и морскими картами, аккуратно сложенными в просторные ящики. Нос яхты украшала полированная медная табличка с указанием названия судна; на главной мачте развевался флаг ее владельца.
Главный салон, просторный, с простым кремовым шерстяным ковром, стульями и софами, обтянутыми серо-коричневым льном, с мраморным камином, в теплые летние месяцы украшали букеты простых полевых цветов: крупных маргариток, кукурузных початков и папоротника. В обеденном салоне стоял антикварный сосновый стол на двенадцать мест с обитыми черным льном стульями; на палубе, под синим тентом, стоял другой стол с синими парусиновыми стульями для обедов на свежем воздухе. Все было, как выразилась Ханичайл, само совершенство.
– Мы отчалим, как только вернется корабельная шлюпка с нашим багажом, – сообщил Алекс.
– А куда мы плывем? – спросила Ханичайл, сияя от счастья.
– Куда укажет нам лунная дорожка, – ответил Алекс, улыбаясь.
Стюард показал Ханичайл ее каюту. Она была большой и просто декорированной, в морских сине-белых тонах. На полу лежал тканый, в бело-синюю полоску, ковер; накрахмаленные шторки на иллюминаторах, окольцованных бронзой, были синими, с белыми держателями; на кровати – простое белое льняное покрывало.
Ванная комната была большой и роскошной. Служанка уже развешивала здесь вещи Ханичайл в просторном стенном шкафу. Ханичайл улыбнулась, вспомнив свое путешествие на «Королеве Мэри» и свой бедный гардероб. Сейчас она имела даже больше того, что могло удовлетворить женщину. И сейчас у нее был Алекс.
Ханичайл проснулась в шесть часов, чувствуя себя отдохнувшей. Приняв душ, она надела длинное открытое голубое шифоновое платье, расчесала свои светлые волосы, которые роскошной волной упали ей на плечи, и вышла босая на палубу.
Заходящее солнце окрасило море в огненно-красный цвет; в Позитано горели огни, и звуки музыки разливались над спокойной гладью воды. Над отвесными скалами висела полная луна. Ханичайл подумала, что более прекрасного заката никогда не видела.
– Закат принадлежит тебе, – сказал Алекс, глядя на нее с восхищением. – Полагаю, что и лунный свет тоже. Сегодня мы счастливы, Ханичайл. К нам благосклонны солнце, луна, звезды – все сразу.
– Да, мы счастливы, – согласилась она, падая в его объятия.
Алекс прижал ее к себе и почувствовал прикосновение ее груди, запах ее волос. Он поцеловал Ханичайл долгим нежным поцелуем, наполненным любовью, а потом внимательно посмотрел ей в глаза:
– Я не могу поверить, что ты действительно здесь и что мы принадлежим друг другу, по крайней мере на какое-то время.
– Я могу остаться навсегда, – сказала Ханичайл. – Только попроси.
Вздохнув, Алекс выпустил ее из своих объятий и подошел к столу, где в ведерке со льдом стояло шампанское.
– Выпьем за тебя, Ханичайл, – сказал он, наливая в бокалы вино. – Сейчас ты можешь забыть о прошлом. Ты должна забыть, что случилось с Гарри, и быть счастливой.
Они обедали, сидя под синим тентом и слушая плеск волн за бортом, а после обеда сели в корабельную шлюпку и поплыли на берег, в деревню, где гуляли, взявшись за руки, по мощенным булыжником улочкам. Устав от прогулки, посидели в маленьком кафе, потягивая граппу и наблюдая за группой пожилых мужчин, шумно игравших в домино.
Стало смеркаться.
– Завтра наступит новый день, – сказал хозяин кафе. – А сейчас пора спать.
Что-то напевая себе под нос, он стал убирать приборы со столов.
– Buona sera, Capitano. Buona sera, Signora[9], – весело сказал он, глядя на щедрые чаевые, которые оставил Алекс. – Molte grazie. A piu tarde. [10]
Вернувшись на яхту, Алекс и Ханичайл сели на палубе.
– Я помню, когда увидел тебя на борту «Королевы Мэри», в твоих глазах были звезды такие же яркие, как эти, – сказал Алекс, глядя на звездное небо.
– Мне кажется, что с тех пор я сильно повзрослела, – ответила Ханичайл, вздохнув.
Яхта слегка вздрогнула, когда подняли якорь и запустили моторы. Алекс посмотрел на часы. Была